Трамплин над пропастью

Глава 9

Мальчишка сидел на бортике бассейна с самым несчастным видом, какой только Райан у него хоть когда-либо наблюдал. Для любого другого человека его вид мог бы показаться самым обычным — ну, может, малость задумчивым, — но Райан знал своего подопечного уже достаточно хорошо, чтобы понимать: уже сам факт, что Люк сидел у бассейна без движения, говорил о многом.

Черт, да у него даже волосы были сухими!

Райан молча сел рядом, обдумывая, как начать разговор. Спрашивать: “что случилось?” — было бесполезно, это он тоже уже знал.

— Так что с вертолетом? — спросил он, вспомнив, как воодушевлен был Люк утром.

— Ничего, — уныло пожал плечами Харпер. — Даже не сфоткались.

— Ожидаемо, — кивнул Райан. — А как нога у Яна?

— Лучше. Мазь помогла, — Люк отвернулся.

Ну вот и что с ним делать? Не мороженым же кормить. Не тот возраст уже, чтобы все печали так легко выветривались из сердца. Да и не помогало мороженое. Райан уже пробовал.

— Ты звонил матери?.. — все-таки рискнул спросить Райан. Потому что именно после звонков родительницы Люк обычно впадал в депрессию — насколько это слово было к нему применимо.

— Нет, зачем? — Люк криво усмехнулся.

Этого следовало ожидать. Миссис Харпер никогда не звонила сама. Насколько Райан знал, Люк по собственной инициативе постоянно клал деньги ей на счет, но она не звонила, даже чтобы поблагодарить. Спортивные, общественные и любые другие успехи сына словно бы не интересовали ее вовсе. Люк не производил впечатления человека, которого это волновало, но почему-то ведь появилась вдруг эта усмешка сейчас.

— Уверен, твой отец гордился бы тобой, — сказал тогда Райан. Да избито, да пафосно. Но обычно работало — с другими.

Но явно не в этот раз.

— Мой отец… — Люк издал какой-то странный смешок. — Гордился?.. Нет, мистер Коннор. Сомневаюсь.

— Почему? — Райан не был великим психологом и понятия не имел, стоит ли расспрашивать. Но у парня явно что-то случилось, и пускать все на самотек точно было бы ошибкой.

Парень некоторое время молчал. Смотрел на воду. Райан даже потянулся было, чтобы утешающе погладить его по спине...

— Мой отец каждый день молился, чтобы я сдох, — сказал Люк, и рука повисла в воздухе. — И очень старался, чтобы мы с мамой это слышали.

Райан не знал, отчего больнее укололо сердце — от смысла сказанного или от того, что Люк назвал эту холодную равнодушную женщину мамой.

— Сколько тебе было? — спросил он, борясь с желанием прочистить горло.

— Мало, — бросил Люк сухо. — Очень мало. Но все-таки достаточно, чтобы запомнить, — тут он резко поднялся на ноги, взмахнул руками, разгоняя кровь, сделал пару наклонов. — Не нужно, мистер Коннор, — сказал затем с едва заметной горечью в голосе. — Не волнуйтесь, я буду работоспособен и без душещипательных бесед.

— Иногда нужно и просто поговорить, — заметил на это Райан. — Работоспособность — это хорошо, но меня волнует не только она. Ты хороший парень, Люк. Да и жизнь — это ведь не только спорт.

— Не знаю. У меня есть только он.

С этими словами Люк развернулся и пошел к вышке, а Райан обхватил себя руками за плечи: ему внезапно стало стало холодно от того, как равнодушно и вместе с тем уверенно прозвучал его голос.

***

III

Люк куда-то запропастился. Ян был одновременно рад этому и взбешен. Вот какого черта? Неужели непонятно, что им нужно поговорить?! И что работу надо доделать, и вообще…

И все-таки извиниться. Снова. В конце концов, Харпер не виноват, что у Яна вдруг случился приступ самобичевания. Скорее всего, он и правда не имел в виду ничего плохого, и лишиться работы из-за глупого недоразумения было бы верхом идиотизма. Тем более что работать с Люком Яну нравилось. Не просто как типа хлебное место и непыльная работенка, а по-настоящему. Что не отменяло того, что Харпер — напыщенный болван!

Но Люк все не возвращался на их виллу, и накал эмоций начал стихать. Он был особенным — Ян всегда это знал. Не психопат, конечно, но… Чем больше Ян об этом думал — тем сильнее понимал: у Люка были проблемы. И, наверное, с коммуникацией тоже, хотя с виду так и не скажешь.

— Вот же… Принцесса Эльза, нашлась! — выплюнул Ян вслух, пытаясь заглушить неприятный голосок совести.

Зря он вспылил. В конце концов, Харпер же не просто спортсмен — он олимпиец. Даром что не попал в сборную в этот раз. В голове-то уже все работало по олимпийской схеме: если прыжок, то на высшие баллы, если медаль, то золотая. Иначе ради чего это все? Уж сколько Люк пахал ради этой своей олимпийской мечты, Ян уже знал не понаслышке. Но это ведь не значило, что остальные должны так же. И Харпер, скорее всего, это понимал… Наверное.

Да, черт побери, им определенно нужно было поговорить.

***

— Люк. Люк, проснись.

Люк кивнул, но глаза не открыл, хотя уже отличал сон от яви. Во сне он не помнил, что было, в яви слышался дальний гул и, похоже, тряслись стены.