Трамвай в Вечность

Глава 17 "После дождя"

Александр снова очнулся. На кухне уже слышалось шуршание, и рядом с ним стояла Рина, смотря на него, и легонько раскачивая старую кровать, стараясь разбудить его, напевала что-то себе под нос.

— Что...

— Не "что" а доброе утро! И немедленно вставай, сегодня ты с Алисой на поле, ну и я с вами! Быстрее-быстрее, завтрак и на поле! — торопила его Рина.

Спустя час, когда солнце показалось на горизонте, и начало слепить и припекать с одного бока, группа в восемь человек шагала на поле. Вовсю бурлила жизнь, весь животный мир наслаждался лучами солнца, и жизнью.

Рина шагала впереди отряда по давно вытоптанной тропинке к полю, за ней следовал Александр, за Александром Алиса, за Алисой следовала Агнес, которую сегодня освободили от готовки. Остальные следовали за ними в тишине. Солнце продолжало припекать когда они разбрелись по своим участкам. Алиса вздохнула, и начала перекапывать землю.

Спустя три часа они заметили что на них снова надвигается грозовой фронт. Александр подал знак Алисе, и она засуетившись, побежала искать остальных. Но они не успели. Как только они собралась уходить, дождь полил. Мелкий тёплый.

Александр поднял голову вдыхая ноздрями воздух который пах землёй, дождем и полем. Они пошли обратно, и Александр тихо напевал себе под нос песню, которую он услышал давно но она пришлась кстати.

"Ты стоишь и глядишь на раскрытую дверь.
Эта дверь не в Париж и не в модные нынче салоны.
Эта дверь на войну и все падают, падают с крыш,
Капли серых дождей на твои золотые погоны

А тебя впереди, ждет последний твой бой
И его избежать, не поможет пожалуй, и чудо.
Но бежать от войны, это принцип не твой,
Лучше здесь умереть, чем уехать отсюда.

И пускай эту землю умоют дожди,
Память свято хранит обагренные кровью страницы.
Ты судить о тех днях с высока с горяча подожди,
Это прошлое в наше окно может быть постучится.

Ты судить о тех днях с высока с горяча подожди,

Это прошлое в наше окно может быть постучится.

Ты стоишь и глядишь на раскрытую дверь....

Алиса замолкла, слушая тихую заунывную песню, идя вперёд, прикрывая голову платком.

Она поравнялась с ним, и тихо спросила.

— Что за песня? Не слыхала. Такая тихая и печальная.

— "Золотые погоны" Александр снял верхнюю одежду, накинув её на плечи Алисы.

Девушка отвернулась, и прошла вперёд.

Рина молча шла впереди, и мокрая земля чавкала под её галошами. Дождь усиливался. Они все промокли до нитки, и подошли к избе уставшие и промокшие насквозь, видя как Елена жестами показывает им "быстрее!" открыв дверь. Девушки забежали в избу. Александр зашёл последним.

Елена осмотрела группу оценивая степень их намокшей одежды.

— Александр, Алиса, Рина, Агнес на печь. Остальные рядом с печкой погреетесь, потом поменяетесь. И переоденетесь в сухое.

Александр сидел на печи, справа на него навалилась Агнес, слева на него навалилась Алиса которая была не самой худенькой дамой.

Александр молчал. Печка грела сильно, из-за того что девушка с Румынской ССР, иногда подкидывала дрова в печку, а Елизавета ( с Чешской ССР) — принесла им тяжёлые пуховые одеяла.

Елена смотрела на них снизу вверх.

— Больные как работать то будем? — задала вопрос Елена.

— Никак. — ответила ей Агнес, громко чихнув.

— Поняла. Елена отошла в сторону. — Вторая группа, на печь, а первая спускается и отогревается снизу!

Александр спустился вниз, и подал руку Алисе, заметив на лице Елены ухмылку, которая быстро исчезла.

Алиса спустилась с лестницы, и помогла спуститься остальным. На печь быстро залезла вторая группа.

— Прошу к столу, больные. Я поняла у нас теперь лазарет, а не изба. Быстрее! — отдала она этот приказ.

Чихая, и кашляя они подошли к столу. На столе не было ничего кроме железных кружек и молока с мёдом в них.

— Что смотрите? Лена стояла позади них. — Пейте и спать!

Ей никто не ответил. Группа молча попив, разошлась в свои кровати. День сурка готов был повторится в Вечности снова... Или все же нет..?