Травница

Глава 1

День в столице Меодарии был тёплым и солнечным. Солнце так и зазывало на улицу своими ласковыми лучами. Словно бы не творилось никакого хаоса, не было борьбы за трон между двумя принцами, не было уличных драк и смертей.

Молодая меодаррка Эйрида не собиралась никуда выходить — работы в лавке учителя было непочатый край, — но тёплое солнышко так и манило к себе.

— Эх… — эльфийка мечтательно глядела в окно.

— Что такое, солнечный зайчик? — учитель выглянул из-за прилавка и с отеческой теплотой улыбнулся ей. — Что ты там увидела?

— Погода сегодня прекрасная, учитель, — Эйрида повернулась к старому эльфу, который воспитывал её с тех пор, как она была росточком. — Так хочется выйти на прогулку, собрать цветущих трав… а работы непочатый край.

Учитель задумчиво посмотрел на девушку, рассуждая, что же можно сделать. В целительской лавке, через которую прошло немало эльфов и эльфиек, и правда было много дел. Нужно было разобрать потрёпанные книги, валявшиеся на полу и покрытые толстым слоем пыли; приготовить целительные отвары про запас, чтобы попавшие в переделку жители столицы могли сразу купить нужное снадобье, не дожидаясь очереди у врача. Да и просто прибраться на деревянных полках и прилавках не помешало бы. А то запах пыли порой перебивал ароматы трав и лекарственных зелий.

— Знаешь, Эйрида, — задумчиво сказал учитель, — прибраться ты можешь и после прогулки. Заодно соберёшь атэлас — он как раз зацвёл. А зелья я могу сделать и сам.

— Правда? — Эйрида подпрыгнула со скамейки, притопнув каблучками. — Спасибо, учитель!

Целитель улыбнулся, радуясь, что смог порадовать свою ученицу.

Эйрида была похожа на свою мать: такая же хрупкая, розовощёкая и весёлая. Все черты и повадки она унаследовала от неё. Единственное отличие было в глазах. Похожие на голубые кристаллы, они сверкали при зажжённых свечах.

— Только успей справиться до заката, сама же знаешь, — голос эльфа стал тихим, почти заговорщицким. — Повыползают «лилии» и «ящеры» и начнут рвать друг друга. Не хочу, чтобы ты попала под руку какого-нибудь пьяницы.

— Обещаю, учитель, — Эйрида кивнула. — Я буду вовремя.

Целитель кивнул и проводил взглядом эльфийку, которая уже выскакивала из лавки.

Летнее солнце играло в русых волосах Эйриды, теряясь в их густоте и оставляя на поверхности лишь капельки блеска. Тёплый ветер обдувал её светлые щёки, а трава щекотала лодыжки. Эйрида бежала по траве и рассматривала столицу: каменные дома, в тени которых прятались редкие прохожие; плакаты и флаги с ящерами и лозунгами: «Сделаем Меодарию снова великой!», «Меодария для меодарцев!», «А что ты сделал для будущего?» и прочие воинственные призывы.

«Ну, прямо сейчас я делаю всё, чтобы подданные Меодарии дожили до следующего короля, не погибнув в дворовых драках», — пронеслось у Эйриды в голове.

Хоть она и считалась коренной меодаркой, поскольку родилась в столице, на местных белокурых и белокожих она совсем не была похожа. И это было неудивительно: её бабушка и дедушка были рождены в Астерре, а в молодости переехали в Дель-Роан, где и родилась мама Эйриды. Когда же её маме было около пятидесяти вёсен, семья перебралась в Меодарию, где тогда только зарождалось правление короля Меорима. Условия были лучше, да и природа благоприятней для ребёнка. Тут мама девочки и выросла.

Вскоре столица осталась позади, и Эйрида оказалась в небольшом лесочке неподалёку. Как и сказал учитель, атэласа сейчас было хоть отбавляй — то, что нужно для зелья, избавляющего от ран. Эйрида наклонилась над травой, аккуратно обрывая длинные изящные листочки.

Тёплый сок попадал на пальцы, слегка пощипывая ранки на мизинцах.

— Вот так, главное — не повредить корни, — Эйрида сложила пару травинок в сумку и углубилась в лес. Комары пощипывали открытую кожу, и эльфийка то и дело похлопывала себя по плечам. — Ой, противные! Ну-ка, кыш отсюда! — Она замахала руками, отгоняя назойливых мошек.

Эльфийке, несмотря ни на что, нравилось находиться в лесу: наблюдать за птицами, изучать новые травы, иногда пробовать их на вкус. Хоть такие эксперименты нередко заканчивались отравлением, это не останавливало юную девушку.

Так и сейчас Эйрида не остановилась на одной траве и дошла до опушки леса. Присев на пенёк, она вдруг заметила белку.

— Ой, белочка! — Эйрида подпрыгнула и подошла ближе к дереву. Зверёк таскал орешки в дупло, виляя хвостиком и мелькая по стволу. Деревце было уже не молодым и немного подсохшим, поэтому белка сорвалась вниз, оперевшись на хрупкую веточку.

— Иии!

— Оп! — Эйрида поймала её на руки. — Вот так, крошечка, не переживай. Сейчас всё исправим.

Эйрида прикоснулась к стволу и закрыла глаза, прислушиваясь к себе. Так уж получилось, что от матери ей досталась не только внешность, но и одна незамысловатая способность — исцелять всё и вся. Стоило ей прикоснуться к засохшему цветку и пожелать, чтобы тот зацвёл, как он тут же распускался. Так же она могла залечить любые раны, кроме смертельных. Перед смертью даже магия была бессильна.

Эйрида выдохнула — и сквозь её пальцы потекла холодная энергия. Серебро, вырвавшееся из-под кожи, впиталось в кору дерева. На ветках вновь появились почки, сухая кора налилась соком, ветви стали крепче.

— Вот так, маленькая, — Эйрида усадила белочку на ветку.

Отошла от дерева и плюхнулась на пенёк. Холодный пот побежал по телу, руки слегка задрожали. Дар требовал сил и небольшой передышки после использования. Животное завиляло хвостом и упрыгало в глубь дупла.

Эйрида уже собиралась отправиться дальше…

— Кар! Кар! Кар!

— Ай! — девушка подпрыгнула. — Проклятая птица, стрелы на тебя нет!

Воронов меодарка не признавала совершенно, считая их громкими, страшными и противными, да и, откровенно говоря, побаивалась. Она всегда старалась скрыться от этих птиц. Так и сейчас она побежала с опушки, едва не выронив из сумки целебную траву.