Требуется обниматель для маленьких чудовищ

1. Странный незнакомец.

1. Странный незнакомец.

Душа требовала мести. Мгновенной и жестокой. И холодным я это блюдо подавать не собиралась. Месть должна быть горячей. Лучше огненной! И я имела на нее право. Право на огненную месть!

Проблема была в другом, имея моральное право на месть, отомстить предателю я сейчас не могла. Просто у меня не было на акт возмездия возможности. Никакой!

Я не могла придушить Егора, пристрелить, сбросить с моста, утопить в ванной, отравить… Не было у меня ни сил, ни оружия, ни даже денег.

Чтобы нанять профессионала, или хотя бы любителя, как известно, нужны деньги.

А ещё в тюрьму мне не хотелось. Ведь справедливая месть должна быть безнаказанной, а у нас в стране законы мстителей не приветствуют.

А статьи против предателей в уголовном кодексе нет. Если они, конечно, предают не родину. Ведь женские сердце, по мнению законотворцев, менее ценно, чем безопасность страны…Несправедливо. Обидно. И больно, ибо желание отомстить сжигает меня, подавляет волю к жизни, даже воздух, которым я дышу, давит изнутри.

- Прекрасная леди, м-м, девушка, простите, что отвлекаю. Но позвольте спросить: верите ли вы существование иных миров?

Месть. Месть. Изменщик же заслуживает жестокое наказание?

- Приношу свои извинения еще раз, так верите ли вы в существование миров с разумной жизнью?

Измена же, как самый агрессивный яд, отравляет жертву. И выходит, мне не просто изменили, меня отправили. Как мне снова доверять людям? Как принимать ухаживания, заранее ожидая предательство? Как довериться мужчине, когда ни один из них больше никогда не вызовет доверия? Ещё и поэтому очень плохо быть сиротой и не иметь папу и старших или хотя бы младших братьев.

Пусть бы я натерпелась от шуток родственников мужского пола, и носки бы мне за ними собирать пришлось, и посуду мыть. Но сейчас я могла бы пальцем указать папе или братьям на обидчика. И все! Остались бы от Егорушки только рожки да ножки. И вообще, зная, что у меня есть защитники, вряд ли этот недочеловек рискнул бы меня обидеть.

А сейчас мне самой приходится носить рога, а козлина, который обещал любить и заботиться, счастлив с моей лучшей подругой.

Он привел ее в наш дом, а я была вынуждена съехать в бабушкину деревенскую избушки. Ничего, кроме документов, я с собой не забрала, и подавать заявление на развод ходила в бабушкином же винтажном платье.

- Леди, м-м, девушка мне очень неудобно досаждать вам и навязывать свое общество. Но позволю себе повторить вопрос…

Я сморщилась от навязчивого бормотания над моим ухом. И недовольно подняла голову. Рядом со скамейкой, на которую я присела, стоял молодой мужчина. Очень специфической наружности. Наверное, участник какой-то исторической реконструкции. Сейчас же модно наряжаться во всяких необычных или просто исторических личностей и жить чужой жизнью.

Не было желания заводить сейчас знакомство, хотя импозантный незнакомец и внешностью и манерами располагал к себе. Возраст его было сложно определить, но я сразу обратила внимание на его высоченный рост и военную выправку. Он даже в темно-зеленом сюртуке с яркой вышивкой и кожаных штанах, плотно облегающих, ноги не выглядел смешным

- Вы так и не ответили на мой вопрос, - неожиданно настойчиво продолжал чего-то ждать от меня странный тип. Голос у него, кстати, был очень приятным.

Я задумалась. И не могла вспомнить, какой вопрос он мне задал. Пришлось просто быть вежливой:

- Если вы хотели сесть, то садитесь, я никого не жду.

- Благодарю. - Галантно поклонившись, проговорил незнакомец. - Позвольте представиться – Бергдис Холгер из рода Кьярвал.

И мужик, не дождавшись, пока я озвучу свое имя, сел рядом со мной.

На скамейке, длиною около полторы метров, он сел именно рядом со мной. Меня он, конечно, не касался, но нарушение моих границ я чувствовала отчётливо.

- Другие миры. – Проявил упорство новый знакомый. – Анастасия, вы верите в существование других миров? - Неожиданно спросил тот, кто назвался Бергдисом Холгером из рода Кьярвал.

- А как вы узнали мое имя, - холодея, спросила я. Точно же помню, что его не озвучивала.

А Бергдис Холгер из рода Кьярвал кивком указал на мою сумочку, которую я прижимала к себе. – На брелке указано ваше имя. «Анастасия» звучит как песня горного родника.

Я при всем желании не смогла сдержать фырчанья. Что еще за песня горного родника? Но брелок с моим именем на сумочке имелся, я сама его себе на восьмое марта покупала, ведь Егор не спешил меня подарками баловать.

А перед странным мужчиной, сидевшим рядом, мне стало стыдно. Подумала о нем черт знает что!

- Верю ли я в существование других миров? – Уже более дружелюбно уточнила я. - То есть, верю ли я в жизнь после смерти? В Рай и Ад?

Мне сейчас как раз проповедей от сектанта и не хватало, самое время для религиозного просвещения – это я пробурчала себе под нос.

- Простите? - Как-то переспросил сосед по скамейке.

А я выдохнула с шумом и поднялась на ноги: сил и времени на душеспасительные беседы у меня не было совершено.

Бергдис Холгер из рода Кьярвал тоже встал и, мягко улыбнувшись, проговорил.

- Не умею я развлечь леди беседой. Наверное, я вас напугал.

Не из такого я теста, чтобы испугаться нескольких глупых вопросов. Да и интересы для сектантов я не представляю, нет у меня ни ценной недвижимости ни счетов в банке

Поэтому я ответила мужчине вежливой улыбкой, тряхнула юбку от своего винтажного светло-зеленого платья, как будто именно для этого и поднимать со скамейки, и села на свое место.

Хотелось думать, что я села по собственной воле, а не действовала под гипнозом странного знакомого. Что-то подозрительно быстро он расположил меня к себе.

- А вы из какой секты? - Спросила я у мужчины. - Имя у вас такое… интересное.

- Обычное для моей родины имя. - Заметил мой собеседник и снова спросил про иные миры.

- В Бога я верю, - искренне проговорила я, - и в загробный мир тоже верю. А в то, что всем воздастся по их заслугам, я очень надеюсь.