Требуется олигарх с покладистым характером

Глава 11

Вечером Алина сидела за компьютером и разглядывала мужчин, посетивших её страницу. От одного из них пришло сообщение.

«Здравствуйте, Алина! Меня зовут Артём. Я человек, который вам подходит».

Она заинтересованно вгляделась в фотографию мужчины, сфотографированного на фоне голубого моря: такие же голубые джинсы подвёрнуты, белоснежная футболка подчёркивала рельеф торса. Глаза закрывали солнцезащитные очки. Вспомнив замечание Ленки, Алина улыбнулась. Очки были в тему: на небе светило яркое солнце.

Она поймала себя на мысли, что Артём ей кого-то напоминал, но кого – она вспомнить не могла.

В дверь позвонили, и на пороге, с неизменным букетом «Четыре сезона», состоящим из пяти розовых гвоздик и с таким же неизменным «джентльменским набором», как и ожидалось, стоял Вениамин. Алина не удержалась и зевнула. Вениамин Хренов был предсказуем до зубного скрежета.

– Не помешал?

– Проходи, – обречённо вздохнула она и посторонилась.

Два часа Вениамин рассказывал о своей работе в банке. Отчитался о проделанной и переделанной работе как на службе, так и дома, а Алина терпеливо слушала, изо всех сил стараясь унять зевоту.

«Что ж тебе, Веня, после всех твоих трудовых вахт дома-то не сидится», – думала она, кивая соседу.

– Алина, тебе со мной скучно?

– Скучно, – кивнула она, но тут же спохватилась, ведь обижать людей не любила. – Я не тебя имела в виду, мне вообще скучно.

– Ты хотела танго научиться танцевать, а я знаю, где это можно сделать…

– Спасибо, Веня, я подумаю.

– Пойду я… Тебе отдыхать нужно.

– Иди, Вениамин, спокойной ночи.

И как только за Веней закрылась дверь, Алина снова уселась за компьютер. «Удивительно, но почему мне кажется знакомым это лицо? Где я могла его видеть?»

На экране появилось новое сообщение – англичанин Рей не обделил её своим вниманием. Ну что же, приятно, но сердце не запело. Алина выключила компьютер и улеглась в кровать. Сон не шёл, она вспомнила Андрея и улыбнулась своим мыслям. Интересно, придёт он в выходные под ёлку или нет? Ей вдруг очень захотелось, чтобы Андрей обязательно появился.

***

Романов накормил дочь завтраком и принёс из кладовки корзину.

– Ты никак, папочка, за грибами собираешься?

– А ты со мной хочешь пойти?

– Нет, я за два дня должна пейзаж закончить, а то Мышильда снова шелестеть начнет.

– Лизавета!

– Папуля, не шуми, лучше скажи, для кого ты кружку берёшь?

– Для русалки.

– Русалки в лесу не водятся, там только кикиморы.

– Ну, значит, для неё – одному пить чай скучно.

– Чай? – Лиза отложила в сторону кисточки и подошла к отцу. – А с каких это пор ты чайком баловаться начал?

Андрей смутился и пожал плечами:

– Да недавно.

– Я так понимаю, с тех пор, как кикиморка появилась, да? Никуда одного отпустить нельзя.

– Лиза, мы просто собираем грибы и почти не разговариваем.

– Чай тоже молча пьёте?

– Практически да.

– Ладно, пои её чаем и сам на него переходи, а то ты всё кофе да кофе, а это вредно.

Андрей уже подходил к калитке, когда его окликнула дочь:

– Подожди, – она подбежала к нему и сунула в руку две конфеты. – Кики угостишь.

– Выдумщица ты, Лизок, – улыбнувшись, покачал он головой, а когда оказался в намеченном месте, то подумал: «Мох у дерева не примят – значит, Лина не приходила».

Андрей присел на ствол и закурил, пить чай одному не хотелось. Уходя, он оставил в выемке ствола Лизины конфеты, но, набрав корзину грибов, не удержался и вернулся к ели: конфеты остались нетронутыми. Он разочарованно вздохнул и пошёл домой.

– Ну что, папуля, понравились мои конфеты Кикиморе?

– Она почему-то не появилась.

– Ты расстроился?

– Есть немного.

– Не расстраивайся, может быть, она завтра появится.

На следующий день Алина тоже не пришла.

«И где мне её теперь искать? – от неожиданно пришедшей мысли Романов даже остановился. – А мне это нужно? Я её почти не знаю. Странно, почти не знаю, а тянет. – Он вспомнил улыбку Алины и улыбнулся сам. – Да ещё как тянет!»

– Папа, я могу её в деревне поискать, – предложила вечером дочь. – Ты её фамилию знаешь?

– Не знаю. Может быть, она лишь изредка к кому-то в гости приезжает…

– Да, – Лизавета наморщила нос. – Если она всего-навсего в гости приезжала, тогда накрылась твоя кикиморка рваной пилоткой.

– Как это?

– Ну, пролетел ты с ней, как фанерка над Парижем. – Глянув на отца, Лиза махнула рукой. – Папа, не грузись. Надейся, что у неё здесь дача или очень хорошие друзья, и приезжает Кикимора сюда постоянно.

– Да ладно, Лизок, жили без неё и дальше проживём. Вообще, её Алиной зовут.

– Красивая?

– Я не понял.

– Как это – чаем поил и не понял? Папа, ты меня пугаешь.

– У неё на голове бандана была.

– А лицо?

– У неё, Лизавета, очень красивые глаза, серо-голубые, как у лани. И ещё красивые руки.

– А фигура?

– Судя по ногам, с фигурой полный порядок.

– Так, получается, Кикимора, то есть, Алина, красавица?

Андрей задумался,

– Больше да, чем нет.

– Интересно, чья возьмёт…

– Ты о чём, Лизонька?

– Да это я о своём, о девичьем. Папа, а какие поэты тебе нравятся?

– Гумилёв, Ахматова, Бродский, Визбор. Лермонтов нравится.

– Я пока только Лермонтова знаю.

– Какие твои годы, Лизавета, обязательно прочтёшь. У этих поэтов замечательные стихи.

– А какая музыка тебе нравится?

– Из классиков Чайковский, Бетховен, Шопен. А ещё мне нравится современная колбаса.

Лиза широко распахнутыми глазами взглянула на отца:

– Правда, что ли?

Дочь была искренне удивлена, и Романов смутился:

– А что, я такой старый?

– Да что ты, папочка, ты у меня моложе всех молодых. И вообще, ты у меня самый суперский!

– Ты мне сегодня, дочь, задаёшь неожиданные вопросы.

– Это плохо?

– Нет, счастье моё, это хорошо, правда, только неожиданно. Но мне нужно смириться с мыслью, что моя девочка растёт и становится барышней. И ещё, Лиза, у меня к тебе огромная просьба: прежде чем что-то предпринять в своей жизни, посоветуйся со мной. Даже если я в душе буду против того или иного поступка, я тебе обещаю, что мы всегда сможем найти компромиссное решение. И ты… ты не наделаешь глупостей и не испортишь себе жизнь. А я постараюсь быть тебе не только хорошим отцом, но и другом.