Трёхкомпонентная теория любви

Глава 3

«Что-то намечается»

Олеся

По утрам не так темно и морозно, хмурые облака сменились солнцем, а через толстый слой снега начал проглядываться асфальт. Зима и правда заканчивается или февраль просто дразнится? Он это дело любит.

Москва необъятна по сравнению с Кимрами, – городом в котором я родилась и жила все восемнадцать лет. В первое время, я смотрела на карту метро и у меня захватывало дух. До сих пор путаюсь в пересадках и не различаю ветки, в особенности голубую и синюю. В метро страшно из-за того, что люди двигаются напролом, без пауз, стопов и тормозов. Не дай бог, ты не сравняешься с их темпом, когда будешь идти к эскалатору. Сразу злые NPC затопчут и разбираться кто прав, кто виноват точно не будут.

Я живу на станции метро Отрадное, это спальный район на серой ветке, почти что конечная. И какого было мое счастье, когда я узнала, что мне не нужно будет ездить на метро до университета. От дома до остановки путь в десять минут, а там я плюхаюсь на восемьсот семидесятый автобус и еду прямиком до Лосиноостровской. Наташка тоже ездит этим автобусом, только с Бабушкинской. Иногда мы с ней пересекаемся по утрам, но это случается крайне редко. Наташка совсем не пунктуальная, а я на пары опаздывать боюсь. Зачем мне эти проблемы? Еще слечу со стипендии и придется возвращаться в Кимры, а там…Ничего интересного по сравнению со столицей.

Вожу пальцем по запотевшему окну, сидя в самом хвосте автобуса. Рисую сердечки, сквозь которые смутно проглядываются силуэты суетливых прохожих, укутанных в куртки, пуховики, шубы. У всех физиономии одинаково-хмурые. Это потому, что утро бывает добрым только для тех, кто не работает и не учится.

Выхожу на своей остановке и перекидываю рюкзак через плечо. Вроде бы уже студентка, но школьные привычки остались. Не могу таскать учебники и тетради в сумках, спина ноет, а рюкзак - самое то. Пусть я и выгляжу с ним как восьмиклассница.

– А я сегодня быстрее тебя приехала, – хвастается Наташа, встречая меня у раздевалки.

– Это надо отметить хот-догами в буфете, – отшучиваюсь я, попутно расстегивая пуховик.

– Они очень калорийные, – морщит нос Моисеева.

– Да ладно тебе, хватит калории считать. Это прием пищи, а не математика, – разматываю шарф закрученный в неадекватное количество слоев и наконец-то чувствую себя человеком. Терпеть не могу зимние шмотки. Скорей бы лето.

– Девчонки, привет, – в раздевалку заходит радостный Волошин.

Даня такой красивый, что сейчас я чувствую, что сильно ему не соответствую.

Мои руки машинально поправляют волосы. Уверена, сейчас выгляжу как клуша. А может и хуже. Даже причесаться не успела после того как шапку сняла.

– Привет, – здороваюсь сипло и откашливаюсь.

– Ну что, в пятницу тусим у тебя? – подмигивает мне Даня, а я опять дар речи теряю.

Прихожу в себя, только когда ловлю недовольный взгляд Наташи. Ой, что сейчас начнется. Она же ко мне в гости миллион раз напрашивалась, а я сочиняла отговорки, потому что квартира не моя и было неловко кого-то звать…С Даней же Вика разговаривала и все как-то само собой получилось.

– В пятницу? Давайте в пятницу, – улыбаюсь я. Ни руки, ни ноги не слушаются. Конечности онемели, а сердце бьется неровно.

– Договорились, принесем чего-нибудь, – говорит Даня, вешая куртку на крючок.

Надо бы и Моисееву позвать, а то совсем неловко получается. Вижу, как она поникла и нахмурилась.

– Ты тоже приглашена, Наташ, я хотела сегодня тебе об этом сказать.

После моих слов лицо Наташи озаряется улыбкой. Опрокидывать Моисееву не хочется. Она моя лучшая университетская подружка. Добрейшей души человек с которым я все пары могу смеяться без остановки, качая мышцы брюшного пресса. С Наташкой никакие походы в зал не нужны. Иногда с нами в универе тусуется еще и Толик Жилин, но он так часто прогуливает. Я не видела его уже месяц. Толя у нас как приглашенная звезда. Приходит на пары эпизодически, рассказывает кучу интересных историй и сплетен, а потом вновь исчезает.

– А Арсений? – вспоминает про диплодока Наташа.

Она мне все уши про Арсения прожужжала. Видела его один раз в жизни и то на фотографии. Умудрилась же что-то симпатичное разглядеть. Что именно? Великая загадка человечества. Я считаю, что хроническое недовольное лицо априори не может быть привлекательным. Вика хотя бы умеет улыбаться, а этот…

– Арсения выгоним или запрем где-то, чтобы не мешал, – буркаю я.

– А Арсений это кто? – интересуется Даня, взлохмачивая волосы.

– Дед сварливый и наш сосед по совместительству, – не хочу о нем говорить. И представлять, что он будет сидеть с нами в пятницу тоже не хочу. Фу, фу, фу. Черкасов точно меня опозорит.

– Дед? – Волошин приподнимает брови.

– Никакой он ни дед, – отмахивается Наташа. – Он наш ровесник и брат-близнец Вики.

– Ого, вы что втроем живете? – С каждым вопросом Даня удивляется все сильнее и сильнее. Надеюсь, наличие парня в моей квартире его не спугнет.

– Увы, – вздыхаю со вселенским сожалением.

До аудитории мы идем втроем и садимся рядом, когда пара начинается. Недели не прошло, а мой план дает свои плоды. Рядом с Даней я волнуюсь, но с каждой минутой чувствую себя расслабленнее. Парень моей мечты сидит так близко, наши локти почти что соприкасаются! Что там дальше? Страсть?

Страсть - сильное, доминирующее над другими чувство человека, характеризующееся энтузиазмом или сильным влечением к объекту страсти. Объектами страсти могут быть как люди, так и предметы или идеи.

Прокручиваю в голове вещи и идеи к которым я питаю страсть. На первом месте, однозначно, окрошка, а на втором книги или ночные бутерброды. Кажется, еда и любовные романы сдвинули Даню с пьедестала, но я пока что не могу оценить насколько сильно меня к нему влечет. Волошин красивый, но того, что я оцениваю его внешность на твердую десятку не значит, что меня влечет к нему и примагничивает. Нам нужно сблизиться, чтобы перейти к самому сложному пункту трехкомпонентной любви. Кошусь на Волошина, он сосредоточенно слушает преподавателя, подперев обеими руками подбородок. Взгляд мечется от его губ, к волосам и ресницам. Поцеловала бы я его прямо сейчас? Нет, у нас же лекция, это было бы странно. Но мне этого хочется, наверное. Нет! Отбрасываю всякие «наверное». Даня мне нравится, значит и сомнений в том, что я хочу поцеловать его быть не должно.