Трёхкомпонентная теория любви

Глава 4

Олеся

«Лисички»

– Я не знаю зачем взялась за это, – Вика всплескивает руками, – за месяц нужно столько дел сделать!

– А подробнее? – откусываю огурец и смотрю на тарелку Черкасовой.

Мы минут двадцать назад ужинать сели, я давно тарелку опустошила, а Вика к еде даже не притронулась. Дело плохо. Знаю подругу, когда она нервничает, то ничего не ест. У меня ситуация противоположная.

– Нашему универу исполняется пятьдесят лет. В течении месяца разные факультеты устраивают мероприятия. Я ляпнула про бал-маскарад. Кто за язык тянул? Декан меня назначил главным организатором! Я за месяц ничего одна сделать не успею!

Ого, Вика психует. Значит это для нее действительно важно.

– Что там делать-то? Зал украсить? И заставить всех прийти в масках?

– Фуршет нужен и музыканты!– теперь Вика хватается за голову.

– Фигня вопрос. Сделаем, – обещаю я, воруя ломтик огурца из ее тарелки.

Ну что? Она все равно овощи всегда оставляет.

– Ты поможешь? – в глазах Вики загорается огонек надежды.

– Конечно. У Наташи старший брат в группе играет. Считай музыкантов нашли.

– А дресс-код?

– Коктейльный? Что думать? Пусть парни приходят в костюмах, а девочки в платьях.

Делов-то. Вика набрасывается на тарелку с едой, а я пишу Наташе по поводу музыкантов. Это же не Met Gala, а самое обычное студенческое мероприятие. Из-за него париться точно не стоит. Вика слишком ответственная, если её назначили организатором, то она в лепешку разобьется, но сделает все на высшем уровне. Черкасова в любом деле скорпулезна: раскладывает вещи в шкафу по цветам, собирает аутфиты для похода в универ с вечера, каждое утро укладывает волосы и всегда ходит на маникюр, даже если приходится тратить на него последние деньги. К выбору парней она относится так же серьезно. Вике это очень мешает. Понравился ей Ваня из параллели в десятом классе, но она его отвергла, потому что он красивый, но любит кататься на байке без шлема. Для Черкасовой такая беззаботность - красный флаг. Не осуждаю, но иногда недопонимаю.

– Угадайте, что у меня в руках, – слышу голос Арсения, поднимаю голову и вижу наводящую тоску физиономию.

– Ключи от другой квартиры? Ты съезжаешь? – радостно предполагаю я.

Глупо рассчитывать на чудо.

– У меня в руках причина по которой у тебя, Бех, никогда не будет парня, – Черкасов вытаскивает руку из-за спины и я вижу свой лифчик с вышитыми лисьими мордочками. – Я сколько раз говорил проверять барабан стиральной машины после стирки?

Щеки горят от стыда. Почему нельзя было молча вытащить его и отнести на сушилку? Да потому, что этому клоуну нужны зрители!

– Дай сюда! – выхватываю лифчик и слышу треск ткани. – Когда ты свои трусы с бананчиками на полотенцесушитель закидываешь - я молчу!

– Это мои счастливые трусы, – делится ненужной информацией Арсений.

– Вот и вешай их к себе в комнату!

– Бех, это я для тебя стараюсь, – говорит Черкасов. – Когда ты еще мужские трусы увидишь?

Замахиваюсь на Арсения лифчиком, не в силах больше препираться словесно. Он хватает его и наматывает себе на кулак, не переставая пытливо пялиться. Маньячина гребанный.

– Сень, давай только завтра такие концерты не устраивай, – просит Вика спокойно.

– А что у нас завтра? – Арсений морщится. Он терпеть не может, когда его называют Сеней. Один раз, в детстве, я имела неосторожность сократить его имя и он растоптал мои куличики над которыми я час карпела в песочнице. Козел.

– Гости! Лесин одногруппник придет вместе с другом. Веди себя нормально, – строго чеканит Вика. В очередной раз готова расцеловать подругу. Потому что меня бы Черкасов точно не послушал.

– Неужели к нам Данечка придет? – Арсений вскидывает брови. – Я хочу на это посмотреть.

– Откуда ты знаешь про Даню?! – чуть ли не верещу я.

– Бех, стены тонкие, а ты только о нем и говоришь, – Черкасов откашливается и начинает пародировать женский голос: – У Дани такие глаза красивые и руки. Даня секси. Интересно, какие девушки нравятся Дане?

– Когда они придут, не смей открывать рот, – требую я, рыча на него как волчица перед нападением и протягиваю руку. – Верни мне лифчик.

– Ты про этот топик для пятиклашки? – Черкасов вешает лифчик мне на плечо при этом мерзко хмыкая.

Сегодня ночью я задушу его подушкой и глазом не моргну.

– Сень, ну прекрати! – возмущается Вика.

– Кое-кто превращает нашу квартиру в свинарник и не убирает за собой вещи, – парирует Арсений.

Таких чистоплюев как диплодок еще поискать надо. Когда я съезжала от родителей, то радовалась, что никто больше не будет ворчать на меня за то, что я не вовремя вымыла посуду. Зря. Мои родители ангелы, по сравнению с Арсением. Как ни старайся, он все равно найдет к чему придраться.

– Ты не можешь свалить куда-нибудь в пятницу? Желательно до утра, – ворчу, хоть и осознаю, что моя просьба весьма беспардонная.

– И оставить вас с двумя незнакомцами? Точно нет, – отвечает он с раздражением.

– Тогда прошу тебя, не вылезай из комнаты или хотя бы не позорь меня, – меняю интонацию на умоляющую. Знаю Арсения, он точно не пойдет на уступки, но попробовать стоит.

– Будешь за меня посуду мыть две недели? А вещи мои стирать и гладить?

Неужели это все - цена спокойного вечера с Даней?

– Получается, ты предлагаешь сделку? – скрещиваю руки на груди и погружаюсь в раздумья.

– Ага, буду держать рот на замке, если ты будешь мои просьбы выполнять. Всего две недели.

– Не соглашайся, – шепчет Вика.

Но мне позориться перед Волошиным никак нельзя, мы сейчас на этапе сближения. Если верить словам про тонкие стены, то у Арсения мощные рычаги давления. Он наверняка все наши разговоры с Викой слышит, когда не врубает музыку, сотрясающую побелку на потолке.