Третье пробуждение

Глава 2. Дальние земли

Севериго отложил свиток, облокотился на спинку скамьи и посмотрел в глаза любимой, в которых весело играли золотистые огоньки свечей.

— А ты знаешь, где находится Ирмар?

— Нынешних детей учат, что западнее пустыни Мёртвых ничего нет, но я-то знаю, что там богатейшие земли, все перламутровые мечи и доспехи выкованы из руды, что добывают там, а лазурные берега в тех краях усыпаны россыпями жемчугов и золотых самородков, — задумчиво произнесла Наяна.

— А были времена, когда Синлад считал Ирмар частью своих земель. Это была наша самая процветающая колония, основа нашего богатства. Сейчас там бывают только самые отчаянные торговцы, из них почти никто не возвращается. Поэтому товары оттуда в большой цене, и выдают их за талисманы могучей силы, и я уверен, что ты слышала про кантаров чудотворцев, – сказал Севериго.

— Да, на базарах про них только и разговоров, мол летают они и камни в злато превращают, а заодно побрякушки с запада продают втридорога, иногда выдавая за них вещицы из обугленной до синевы стали, по которой размазывают капельку белого золота, но скажу тебе прямо, люди на базарах совсем недалёкого ума. Многие на закате бросают монетку за порог, чтобы задобрить Призрачного торговца. А в ветреный день ставят мисочку молока с шафраном, чтобы отвадить злых духов Носкора. Я в свежесть их самой тухлой рыбы скорее поверю, чем базарным слухам про чудотворцев с запада.

— То, что носкорцы и воры-торговцы самые заурядные людишки, не вызывает сомнений. Но слухи о кантарах пошли от множества странников, что побывали в Ирмаре, и все твердят одно и то же.

— Ты веришь, что они летают? — точёная чёрная бровь Наяны озорно поползла вверх.

— Я человек науки, я ни во что не верю, пока это не доказано, и ничего не исключаю, пока это не опровергнуто. Позволь мне кое-что рассказать, а выводы ты сделаешь сама. Официальная летопись гласит, что Носкор потерял интерес к Ирмару из-за того, что Эльс, центр по отливу жемчужной стали, достаточно окреп, чтобы дать отпор любому вторжению, окреп он и настолько, чтобы не зависеть от Синлада. Но нет науки более превратной, чем история. Спрос на жемчужную сталь сегодня так возрос, что перламутровые доспехи приносят больше вреда, чем пользы своим обладателям. За полный доспех легко могут убить. Носкорские тысячники даже воронят свои нагрудники, а наши наёмники прячут доспехи под тканью, чтобы скрыть их ценность. Если бы каждый ирмарский воин носил такие доспехи, Носкор бросил бы все силы на захват Ирмара только ради боевых трофеев, — продолжил Севериго.

— Если бы тебя слышал летописец, он возразил бы, что звездочёты, описывая будущее, попадают то пальцем в небо, а то и лицом в грязь. Каждый из них клялся небом писать правду и ничего кроме правды, и они очень хвалятся этим, — озорно парировала Наяна. Летописцы описывали прошлое, а звездочёты будущее, среди них не могло быть согласия.

— И именно по этой причине ни один летописец не решится написать того, что было на самом деле, — мудрейшие разорвали бы такую летопись, а может и самого летописца. Ходят слухи что носкорцев вышвырнули из Ирмара вовсе не воины Эльса, а чудотворцы кантары, обрушившие с небес потоки огня. Прошло сто с лишним лет и правды нам никогда не узнать, но отголоски тех битв слышны и по сей день, в музее Синлада хранятся оплавленные мечи, как раз тех времён, словно огарки свечей, — Севериго спокойно продолжил свои объяснения.

— Я их видела, там написано, что вулкан в Ирмаре выплеснул поток раскалённой лавы на отряд захватчиков, — продолжала спорить Наяна, она не была на стороне летописцев, но ей нравилось спорить с мужем.

— Нет милая, вулканы не сражаются с людьми, да и какой мечник станет топить своё оружие в раскалённой лаве? Да и нет вулканов в Ирмаре. Но дело не в этом, и даже не в слухах купцов, готовых наплести всё что угодно, чтобы заключить сделку. Сто десять лет назад, когда носкорцы спешно покидали Ирмар, они прихватили очень много трофеев, в том числе и несколько десятков свитков.

— Ах вот он ваш запретный плод, – сразу догадалась Наяна.

— Именно. Свитки составляют длинный трактат, Аклороспетум, что с ирмарского переводится примерно, как третье таинство или третье пробуждение. Написан он был кантарами, маленьким племенем кочевников, скитавшихся по просторам Ирмара, о них мало что знали до той войны, а после неё считается, что их всех перебили. Кантары почти никогда не пользовались письменностью, оставив после себя разве что рисунки на скалах, и эти свитки остаются единственным свидетельством их чудес. Впрочем, письмена никогда не интересовали носкорцев, особенно те, которые способны прочесть лишь несколько десятков человек по эту сторону пустыни. Поэтому Аклороспетум за бесценок был продан синладским торговцам и благополучно перекочевал в архивы Тангламана и пылился там много лет, пока совсем недавно библиотекари не постарались перевести их. В свитках оказались инструкции, как летать, разжигать огонь взглядом, ну и заодно прямым текстом написано, как обрести божественные силы и нести волю ирмарского божества Имрока.

— Неужели мудрейшие и просвещённые поверили в старинные сказки далёкого народца?

— Нет, конечно же не поверили, на самом деле всё это сочли фольклором. Ты же понимаешь, что мудрецы Круга претендуют на то, что им известны все таинства мира от премудростей выращивания морковки до мистерий управления государствами. Никто из них никогда не поверит в существование каких-то чудес, к тому же ничего из этого так и не удалось повторить. А потом обнаружили свиток с именами. Каждый, кто на него смотрел, видел сперва своё имя. И вот это уже было действительно странно, и мудрейшие решили изучить свитки более детально…