«третий был первым»

Головы в голове.

— Я не могу этого сделать, Марат. Просто не могу… — выдохнул Алибек, вытирая руки о бумажное полотенце.

Голоса в его голове были привычными спутниками. Он давно перестал считать их чем-то странным — скорее, это был дар. Подарок, который позволял ему рассуждать, спорить, принимать решения и даже поддерживать самого себя в моменты тишины.

У каждого из голосов было своё имя. Марат — агрессор, гнев и импульс в одном лице. Он поднимался на поверхность, когда требовалась жесткость или защита.

Султан — полная его противоположность: рассудительный, спокойный, логичный. Именно Султан помогал Алибеку анализировать ситуации и выбирать наиболее разумный путь.

Внешне Алибек ничем не отличался от обычного человека. Самый обычный, ничем не примечательный аналитик в крупной компании, занимающейся внедрением нанотехнологий в космическую отрасль. Одиночество — разве что оно выдавало в нём некую странность.

На работе он старательно держал свои внутренние голоса взаперти. Цифры требовали сосредоточенности, точности, молчания. Лишь в туалетной комнате он позволял себе немного расслабиться — дал Марату и Султану высказаться, пошуметь, поспорить.

В четырёх кафельных стенах было безопасно быть не одним.

— Алибек! Ты не можешь держать нас взаперти! Мне неудобно… я себя чувствую как привязанная собака! — резко заговорил Марат внутри его головы.

— Тебе всегда нужен бунт, — спокойно ответил Султан. — Ты мешаешь ему сосредоточиться на работе.

— А ты, как всегда, философствуешь. Без нас он бы ничего не добился — и ты это знаешь не хуже меня!

— Так, оба заткнулись! — резко оборвал их Алибек. — Марат, ты мне надоел. Продолжишь в том же духе — забуду тебя. Запечатаю в чертогах памяти навсегда.

— Что за тон, Алибек? Мы так не разговариваем! — возмутился Султан.

— Всё! Угомонились оба. Я иду работать.

Он резко открыл дверь кабинки и вышел — и тут же столкнулся с Сергеем, который стоял у раковины, вытирая руки и глядя на него с удивлением. Алибек не ожидал встретить кого-то. Он был уверен, что в комнате никого нет — кран не шумел, шагов не было слышно.

— О, привет, Серёга! — неловко улыбнулся он.

— Ты… с кем-то там разговаривал? — спросил Сергей, нахмурившись.

— Да, — Алибек хмыкнул, — по телефону. Друзья достали — бездельники.

Сергей посмотрел на него чуть странно.

— По телефону?.. Но… он же на твоём столе. Весь день звонит без остановки. Я его на беззвучный поставил.

Алибек на секунду замер. Его лицо застыло.

— Ну… — выдавил он, — в какое время мы живём? Тебя удивит, если я скажу, что у меня есть ещё один телефон? — он попытался улыбнуться, но это вышло слишком напряжённо.

Сергей ничего не ответил. Высушив руки, он молча вышел из туалета.

Алибек тяжело облокотился о раковину, уставился в своё отражение. Глаза подёрнуты усталостью. На лице — почти тревога.

— Вот о чём я и говорил, парни… — прошептал он. — Если нас упекут в психушку — всем не поздоровится. Поверьте.

Голоса не ответили. Тишина в голове — всегда тревожный знак.

Алибек вышел из туалета и направился к своему столу. По пути он заметил на себе взгляд Сергея. Кивнул, улыбнулся, махнул рукой — будто ничего не произошло.

Сергей только закатил глаза и вернулся к экрану.

— Офисный планктон, — буркнул Алибек. Потом резко осёкся. Это был не его голос. Это был Марат.