Третий глаз кукловода

Глава 3.2

– Я тоже, если честно… – Скарлетт немного поникла. – Как бы мне ни хотелось помочь, не знаю, получится ли. Эйлерт не собирается сдаваться, мы тоже не будем, но… – она притихла. Вместо симпатичной, уверенной в себе леди на нее из зеркала глядела уставшая девушка с мешками под глазами, не совсем идеальной кожей. Ей приходилось тратить много времени каждый день, чтобы скрыть изъяны собственного лица, а смывая макияж становилось грустно. – Нет. Никаких «но». Рансу слишком долго страдал, – она захлопнула коробочку, куда убрала новое колье. – Мы должны помочь ему.

– Помочь бы еще с меридианами… Честно, мне так интересно посмотреть на него настоящего.

– Нарисуй, – вдруг произнесла девушка. – Ты ведь прекрасно рисуешь!

– Я не умею рисовать, – тактично соврал тот.

– Как это, не умеешь? Ты шутишь, что ли?! – Скарлетт подорвалась с места.

Она дошла до прикроватной тумбы и вынула оттуда небольшой скетчбук в мягком переплете. Пролистав немного, та развернула его к проекции. На страницах красовались портреты Дэвис в разных ракурсах. Аккуратные линии, начерченные усердно, неспешно, составляли единый образ длинноволосой девушки, задумчиво смотрящей в окно. Видимо, они нарисованы во время совместных уроков, когда слушать преподавателя совершенно не хотелось.

– Это ведь ты нарисовал.

– Откуда это у тебя?! – Милен вспыхнул как маков цвет. Он закрыл руками лицо и вскочил с кресла, оно аж отъехало. Юноша убежал из кадра и ударился лбом о стену. Если бы Кэйн знал, что этот злосчастный скетчбук не просто потерялся, а попал в руки Скарлетт, давно бы от стыда умер.

– Точно ты, – Скарлетт едва заметно улыбнулась. Она закрыла альбом и прижала его к груди. Ей очень нравилось рассматривать рисунки, сидя над ними буквально часами. Едва заметные инициалы «М.К» в углу каждого не оставляли сомнений, а реакция Милена только подтвердила догадку.

– Выкини, сожги, порви, забудь, сотри себе память, не знаю! Что-нибудь! Но не смотри на него! – послышался голос Милена. Как ему теперь ей в глаза смотреть? Еще немного, и у него случится остановка сердца, хотя то слишком сильно бьется, чтобы резко замереть.

– Да ладно! Очень красиво, мне нравится. У тебя получаются прекрасные портреты. Почему ты не говорил, что умеешь рисовать?

– А почему ты не вернула скетчбук, если знала, что он мой?

– Я была не уверена! И мне слишком понравились портреты, чтобы отдавать их обратно, – девушка отвела взгляд и сильнее сжала скетчбук в руках.

– Отец всегда говорил, что рисовать – дело несерьезное, – Милен все же вернулся, садясь в кресло. Он опустил голову, стараясь спрятаться за густой копной волос. – Он рвал все мои рисунки, если находил…

– Что за глупости! – Скарлетт вскочила. – Это бред какой-то! Я с ним поговорю!

– Это не имеет никакого смысла. Сейчас я не живу с родителями. К тому же, работа контактером предполагает художественные навыки для занесения новых видов в гримуары.

– Но все же…

– Не нужно, – Милен закрыл ладонью лицо. Щеки все еще горели от смущения. Какой позор. – Оставь себе, мне он не нужен. Все равно ты уже все видела…

– Нет ничего плохого в том, чтобы практиковать навык рисования. Не переживай ты так! Очень красиво вышло, правда, мне нравится. Нарисуешь меня еще? Я попозирую!

– Н-ну, – Милен постарался взять себя в руки и не выдавать собственного волнения. Нарисовать ее? Прям вот так? Специально будет позировать? И как ему вообще карандаш держать? Он точно выдаст дрожь руки. – Хорошо, – все же согласился парень, а сам ударил себя по коленке под столом. Дурак.

– Ура! – девушка хлопнула в ладоши. – Но сначала нарисуй Рансу, мне слишком любопытно. Эйл опишет.

– А не легче, если он сам нарисует?

– Пф, нет! Он отвратительно рисует, лучше тебе этого не видеть. Хуже рисунков может быть только его игра на скрипке. Серьезно, мои бедные уши.

– Когда-нибудь я пойму, зачем аристократы так нагружают своих детей, но явно не скоро, – Милен немного расслабился. Чем дальше тема уходила от его художеств, тем лучше.

– Ну, знаешь, талантливые дети талантливых родителей. Этикет, танцы, рисование, вокал, музыка, конный спорт, разумеется точные и гуманитарные науки. Мы ведь с Эйлертом в одну школу ходили, специализированную. В плане, это особое учебное заведение для детей знаменитостей. Там много дополнительных предметов, с первого класса идет магическая теоретическая программа. Кто силы пробудил – ходят на другие уроки каждый день. Чем ты идеальнее, тем лучше.

– Это слишком тяжело. Не знаю, будь я аристократом, не стал бы так нагружать своих детей.

– Тебе это не грозит, расслабься, – Скарлетт посмеялась. – Пожалуй, соглашусь в какой-то степени. Я слышала, это пошло еще с давних времен. Если не будешь как все, другие дети засмеют. Правда, Эйлу всегда фиолетово было. Он только на вокал ходил, и то не долго. Конным спортом занимался из-за лошадей, а учеба… Не знаю, как он сейчас учится, но не удивлюсь, если опять прогуливает, – девушка вынула из пакета черную сорочку и отнесла ее к широкому столу.