Третий глаз кукловода

Глава 13.8

– Ты всегда подавал надежды, так не рушь мою веру в тебя, – мужчина неспешно поднялся, одергивая бордовый пиджак, поправляя воротник черной рубашки. Его рост превышал два метра, отчего рядом с ним находиться становилось еще дискомфортнее. – Однако почему-то у тебя особый талант меня разочаровывать, – на ладони Двэйна неспешно сгущалась тьма. Призванное оружие напоминало скелет змеи. Черные лезвия с белесыми узорами увенчивались острым продолговатым наконечником. Боковые части «позвонков» согнулись внутрь, образуя полую подвижную металлическую тубу. Темная энергия опутала железный кнут, немного смягчая последующие удары им.

– В чем я провинился? – Фанси говорил с долей безразличия.

– Ты забыл наш разговор? – мужчина взмахнул кнутом, и тот прошел по спине Фанси, рассекая рубашку, оставляя алеющую полосу на светлой коже. Юноша пошатнулся и упал на второе колено, раскрыв рот в немом крике.

– Нет… – судорожно прошептал он.

– Привязанность, Фанси. Ты себя губишь, – следующий удар пришелся меж лопаток. На глазах навернулись слезы. – Выполняй свою работу правильно и не заставляй меня снова тебя наказывать. На этот раз запомни урок раз и навсегда. Я позволю оставить тебе камень из броши только потому, что это темный артефакт.

Фанси промолчал. Пусть все обрамление кануло в лету, у него осталась основная часть – фиолетовый минерал, увеличивающий силу владельца. Первый подарок за всю его жизнь. Он стиснул зубы и закрыл глаза. Удар за ударом. Юноша сидел, склонив голову, сжимая кулаки. Удлинившиеся ногти до крови впились в ладони, словно пытались перекрыть незначительным дискомфортом невыносимую боль после каждого свиста кнута в воздухе. Сколько именно ударов он получил на этот раз – не важно, последствия все равно те же. Придется идти и удалять новые шрамы в попытке забыть наказание как страшный сон. С губ юноши не слетел ни один звук. Фанси молча терпел, не позволял себе заплакать. Когда же Двэйн остановится, юноша выдохнул с облегчением. Полученные раны затягивались самостоятельно, оставляя после себя рубцы.

– Прошу прощения, господин, – переведя дыхание хрипло произнес он. Иногда хотелось треснуть ему прямо по роже, да так, чтобы никогда в жизни не забыл. С чувством самосохранения у Лэрда все в порядке, и открыто лезть на мага в разы сильнее крайне глупо.

– Мне не нужны твои пустые извинения. Научись исправлять ошибки поступками, а не словами. Не забывай, чем я занят. Еще одна ошибка, и больше искать ее не стану.

– Впредь такого не повторится, – голос Фанси дрогнул. – Я не ошибусь снова. Алер нужен только для информации, не боле. Если память Аккэлии восстановить возможно, на это потребуется время. Придется подождать.

– Нам некуда спешить, – мужчина отозвал свое оружие, возвращаясь в кресло и закидывая ногу на ногу. Он заправил назад выбившиеся короткие светло-серые пряди легким движением ладони. – Тот, кто умеет ждать, – выигрывает. Тот, кто владеет информацией, – ведет игру, – он поправил несколько массивных колец на пальцах с вставками магических камней. – Алер Лавуан… Истинный темный, не способный уйти в минус. Он может быть полезен.

– Нет, – резко ответил Фанси. Слова мага словно насквозь пронзили и поселили куда больший ужас, нежели все отношение к нему. – На инициации завалил задание убить щенка. Его невозможно использовать в своих целях, слишком добрый и мягкий.

– Смеешь мне перечить? – Двэйн недобро ухмыльнулся. – Он наивен и глуп. Если тьма захватит его рассудок, с ней можно договориться.

– Прошу прощения, господин, но я беспокоюсь о Вашей безопасности. У тьмы нет осознанности. Алер впадет в неистовство и погубит всех вокруг себя. Тело не выдержит таких перегрузок, его меридианы лопнут и сам он погибнет. Слишком опасно. Неужели мы недостаточно хорошо выполняем Ваши поручения?

– Дело в другом, – мужчина на миг задумался. – Впрочем, твои слова не лишены смысла. Так рисковать без причины не стоит. Иди с глаз моих долой и подумай о своем поведении.

– Слушаюсь, господин, – Фанси неспешно поднялся. Все тело дрожало, а ноги едва держали его. Юноша не смел показать слабость и покинул помещение, падая на колени как только дверь закрылась. Боль оставалась, шрамы продолжали сильно гореть. Он заставил себя встать, опираясь о стену. Глаза парня злобно сверкнули в темноте узкого коридора. Лэрд недобро оскалился, беспомощно ударяя ладонью о холодный бетон и прижимаясь к нему лбом.