Третий глаз кукловода

Глава 14.2

– Этот юноша просил передать записку «ему». Она решила, что это ты.

– К этой штуке переводчик бы… Какой это язык?

– Не видел ничего подобного. Почему буквы такие большие? Бумага выглядит так, будто ее не особо аккуратно вырвали из книги, внизу и сверху видны линии, видимо, обрывки букв, – Милен аккуратно трогал плотную вырезку. Выглядит крайне старым. Юноша сделал несколько нажатий на часы и от них стали исходить лучи. Он просканировал ими текст. – Совпадений не найдено… – тихо произнес Кэйн, зависая. Как, не найдено? Неужели из всех когда-либо известных языков такого нет?

– Что у вас тут происходит? – Рансу сразу обратил внимание на длинное нечто в руках Яра.

– Мне самому интересно. Вот, Эрис передала от какого-то незнакомца. Переводчик не знает этот язык, – Эйл и бровью не повел, хотя сам старался скрыть за спокойствием бурю эмоций и множество возникающих друг за другом вопросов. Стоило развернуть листок к другу, тот замер как вкопанный.

– Что… – одними губами произнес Рансу, не в силах заставить голос звучать громче. Дыхание перехватило. Он медленно поднес дрожащую ладонь к обрывку, робко касаясь его пальцами, словно боясь разорвать или убедиться в нематериальности вещицы.

– Ты знаешь, что это? – Милен с долей волнения наблюдал за внезапными эмоциями привычно спокойного юноши.

– Откуда это у нее? Откуда… У него? – Рансу быстро вытер запястьем скатившуюся слезу и опустился на кровать. Ноги перестали держать.

– Это что-то важное? – обеспокоенно поинтересовался Таави.

– «Алтарь багрового леса будет вечно дурманить разум»… – собравшись с духом, все же произнес Ахонен. Он бережно взял в руки листок, проводя пальцами по аккуратным линиям. – Это дектикаль. Родной язык лурианцев, к коим относятся все друиды.

– Язык друидов? – Эйл плюхнулся рядом. – Погоди, а ты откуда знаешь его? И почему реагируешь так?

– Я очень люблю читать и мне было скучно.

– А если честно?

– Они меня научили. Слишком больно вспоминать все, как-нибудь в другой раз. Это очень долгая история… – Рансу аккуратно свернул бумажку. – Кто-то вырвал эту строчку из книги, и она предназначалась мне. Только я бы смог прочесть ее.

– Звучит как предупреждение, – Милен сложил руки на груди. – Думаете, у нас есть тайный помощник?

– Было бы круто, – хмыкнул Эйл. – Нас предупредили про какой-то алтарь… Интересно, какой?

– Запомним. Пока думать о нем нет смысла, – Рансу задумчиво водил подушечкой указательного пальца по краям бумажки, глядя словно сквозь нее, не моргая. Взгляд его казался пустым, отстраненным. Юноша впал в раздумья, не в силах противиться их наплыву.

– …И пучине отчаянья я не отдамся, ведь в сердце моем луч надежды горит, – Эйл пропел пару строчек из песни, исполненной им на холме. Ахонен резко поднял голову, встречаясь с улыбкой друга. – Я поехал в больницу, хочу поговорить с Элеонорой, – юношу как ветром сдуло.

Пока только разговор с женщиной может хоть немного прояснить ситуацию во временных рамках. Сколько именно та пробудет на лечении – неизвестно. Если откажется принять его, он не удивится.

Сев за руль Яр надеялся перестать думать о записке, но мысли продолжали лезть в голову. Рансу был в том городе, только вот когда? Судя по реакции, явно не в лучшее время. Да и Дэйдалос куда-то пропал с поиском данных о Фанси. Конечно же, только человек, источающий энергию из того места, мог раздобыть оттуда же кусок страницы. Задумавшись слишком сильно, Эйл чуть не пропустил светофор, но успел вовремя затормозить. Никому проблем не создал и сам штраф не поймал.

Добравшись до нужной больницы, юноша оставил транспорт на парковке, а сам направился внутрь. Светлый холл кипел жизнью пациентов и врачей. Яр подошел к стойке регистратуры.

– Добрый день. В какой палате лежит Элеонора Ливингстон?

– Здравствуйте, а Вы кто? – поинтересовалась женщина с высоким пучком. – Она в частном секторе, туда кого попало не пускают.

– Я ее знакомый, а еще детектив Эйлерт Яр, мне надо с ней поговорить.

– Да будь ты хоть Хизэши, – она начала нажимать на кнопки стола большими толстыми пальцами. – Если захочет видеть тебя – пропущу, – врачиха отправила сообщение в нужную палату. Пришлось немного подождать прежде чем последовал ответ. – Южное крыло, седьмой этаж, семьсот пятьдесят первая палата. Она ждет.

– Замечательно, спасибо! – Эйл поспешил прочь. Женщина эта выглядела крайне неприветливо и поглядывала на него как на следующего пациента. Опасно с такой конфликтовать.

Элеонора больной совершенно не выглядела, да и палата ее больше напоминала хорошую комнату в неплохой квартире столицы. Женщина сидела за туалетным столиком перед большим зеркалом, аккуратно нанося макияж. Заметив темную фигуру в отражении, она слегка улыбнулась. Визит Эйла разогревал ее самолюбие и чувство собственной важности.

– Чем обязана?

– Почему Вы решили лечь в больницу? Выглядите абсолютно здоровой.

– У меня умер жених, мне больно, тяжело и плохо.

– Да, тяжесть нулей на карте бывает неподъемной.

– Все равно все получит его жена, – недовольно отозвалась она. – У меня есть только то, что он сам мне дал. Или нашли завещание?