Третий лишний: искусство одержимости

глава 5

Рина

Прошло уже больше недели после его второго сообщения. На самом деле я была не то что бы в шоке, я была в ШОКЕ. Во-первых, от того, что он все-таки мне написал. Во-вторых, что он удалил сообщение, когда я заметила пустоту в переписке, я подумала, что надо мной посмеялись.

Вот, он рассказал обо мне своим друзьям, и они надо мной просто шутили. Но когда он написал позже еще раз, я подумала что у меня галлюцинации. Ну, не верилось мне. Хотя если бы он не ответил на мое сообщение, я бы просто разочаровалась. Я начала бы загоняться и разгонять ситуацию до абсурда, вот такой я человек.

Не смотря на странное начало нашей переписки все было не плохо, мы не общались часы на пролет ,но было комфортно. Он спрашивал о моей семье, но я слишком не хотела вдаваться в подробности, поэтому отвечала крайне туманно.

Но, он к моей удаче не был таким скрытным, как я и было ощущение, что был готов всю подноготную раскрыть, даже номер банковской карты. Это все, конечно же, шутки. Мне было приятно понимать, что он не совсем изменился. Возможно, и возмужал, но это все-таки была сила возраста, я чувствовала, что он оставался, все таким же теплым человеком которого я помнила раньше. Раньше всегда было лучше, сейчас стало все сложнее. Вероятно, так и ощущается взросление.

За всю неделю мы так, и не смогли с ним встретится, пары не совпадали и я пропадала дома на работе. В общем, жизнь была все та же, лишь смски от Глеба стали уже чем-то уже привычным.

Сегодня была среда, а это означало обсуждение нашей курсовой. Но с учетом, что учителю было не очень интересно обсуждать это, он был точно настроен, рассказать, как же у него прошел очередной семинар по почвоведению.

Слушали его лишь те, кто не хотел, что бы он останавливался и вспоминал о своих «обязанностях». Мы же с Оксаной сидели на последней парте, и если она как обычно была чем-то глубоко занята в телефоне, вероятно, общалась с очередным Славиком. Я же под этот монотонный бубнеж старалась уснуть, сегодня в очередной раз засиделась допоздна. Новая книга от автора была интересной, но грамматических ошибок хватало с лихвой. Поэтому потихоньку проваливаясь в сон морфея, совершенно забывала обо всех взрослых проблемах.

С боку послушалось шуршание, сейчас мы находились в аудитории-амфитеатре. У нас были сплошные скамейки и все места уходили вверх, но нам повезло, потому что впереди нас сидела пара-тройка парней выше нас, что прикрывали широкими спинами. Но если я не ошибалась, то к нам никто особо не подсаживался. Приоткрыв один глаз, я решила посмотреть кто же это, шабуршал около моего уха. От удивления у меня открылись сразу два глаза и нахмурились брови.

- что ты тут делаешь, Дима? - шепот был смешан с небольшим непониманием.

Он сидел как будто в своей группе и тихонько кушал чипсы, как назло мои любимые. Протянув в мою сторону пакетик, я без зазрения совести взяла несколько штук, он мне еще за моральный ущерб должен.

- сижу и слушаю этого мужика, как вы вообще с ним живете?

- не живем, а выживаем - едкий комментарий, брошенный со стороны Оксаны, был как всегда кстати.

- ты так и не ответил на мой вопрос

- жду, пока ты освободишься

- а твои пары?

- мои прошли уже давно, но было пар дел

Пока мы тихо шушукались и хрустели чипсами, на нас начали оглядываться и пытались понять, а этот парень точно с нашего потока?

- молодец - похрустев я, полезла в рюкзак доставать влажные салфетки, нас в любой момент могли схватится. Нужно быть тише. - а ты уверен что я хочу с тобой разговаривать, сталкер?

Он посмотрел на меня взглядом полной уверенности, ненавижу его взгляд.

- а мне без разницы, мы все равно поговорим - он нагнулся ко мне и прошептал в ухо – а если, бы ты не захотела, я бы заставил.

Я отдернулась от него как от кипятка и, посмотрев слегка презренным взглядом, сказала, наверное, одно из противных предложений в своей жизни.

- это ты будешь со своих девушек заставлять, можешь еще на Оксане попытаться. Меня не впутывай в это

- меня тоже - она в ходе нашего тихого разговора, стащила всю оставшуюся пачку и ела. Вот у одних получается же осторожно и аккуратно, а не как я. Ощущение, что крошки были везде – когда Дима достигнет моего идеала, то мы еще посмотрим.

Он на ее слова закатил слова, и сказал мне слегка раздраженным голосом:

- мы поговорим и точка. Я умею ждать.

Я просто фыркнула на его слова, и замолчала, пусть думает как ему удобно. Но пережив неделю, и обдумывая все это, я решила, что хватит с меня всей этой мароки. Не хочу становиться подушкой для слез, вечно понимающей и хорошей.

Когда пара, наконец, закончилась, преподаватель вспомнил о курсовых и, попросив остаться. Рассказал некоторые моменты и проверял на готовность у тех кто был терпелив к нему. Это заняло минут 15, если же я и слушала его. То Дима с Оксаной поспешно смылись, и обещали, что будут ждать снаружи. Сегодня мы пообещались с Оксаной, что пройдемся по торговым центрам и выберем ей платье. На самом деле настроения не было, и хотелось лишь приехать домой и отрубится.

Когда меня отпустили с кучей помарок, пыталась уместить их в голове, телефон был разряжен, поэтому записать ничего не смогла. По дороге к выходу я задумалась, сколько же работы мне предстоит доделать в этой курсовой и сколько домашки нужно было еще сделать, задолженностей было все больше и больше. А времени все меньше.

- ну, наконец, ты вышла, он тебя там что допрашивал? – недовольный голос Изовского и такой же взгляд Оксаны.

- что-то в этом роде – я неловко поправила лямку у рюкзака, и решила не медлить с разговором - говори уже, что тебе нужно?

- ты слишком нетерпеливая, тут же куча ушей – он явно указывал на Оксану

- если так стесняешься, то не бойся мой милый, я не расскажу о твоем провале - томный голос Оксаны прозвучал, и она прошлась ноготками по его плечу.

- ты о чем? – они оба были слишком подозрительны