Третий миф: Великий потоп

Глава 24

Глава 24.

Мелкий дождь моросил над побережьем, где белые купола базы Альнов проступали сквозь серую дымку. Побережье дышало сыростью и солью, волны лениво бились о скалы, их шёпот смешивался с моросью, что стекала по лицу Алексея. Белые купола базы Альнов, гладкие и безупречные, возвышались над водой, словно выросшие из тумана, их поверхность отражала серое небо, создавая иллюзию, что они парят над реальностью. В воздухе витал запах йода и металла, а далёкий гул волн напоминал дыхание планеты, усталое и насторожённое. Холм, на котором стоял Алексей, казался последним бастионом перед этим чуждым миром, где каждый шаг мог привести к пропасти и не только физической, но и той, что разъедала их изнутри через браслеты и шепоты в головах.

Чужие мысли в голове молчали, но тяжесть их присутствия всё ещё давила. Шакил, высокий и широкоплечий, подошёл сзади, его шаги хрустели по мокрой траве.

— Думаешь о словах Одинцова? — спросил он, его голос был низким.

— Да, — кивнул Алексей, вытирая дождь с лица. — Не знаю, враги они или друзья.

— Если они пытались вас взять в плен, это уже не выглядит как доброта, — сказал Шакил, его глаза сузились.

— Возможно, у них были мотивы, — ответил Алексей, его голос был тихим.

— Пойдём, — Шакил положил руку ему на плечо. — Не грузи себе голову тревожными мыслями. Я помню когда сидел... сидел как-то в кпз неделю, о разном размышлял.

Алексей кивнул, и они спустились с холма к лагерю, разбитому под навесом из веток. Группа расположилась в тени, у небольшого костра, чьё пламя боролось с сыростью. Андрей Одинцов сидел рядом с Томасом, пытаясь объяснить, как управлять силой браслета без самого браслета. Он поднимал руку, вызывая слабый воздушный вихрь, в котором мелькали искры. Томас, хмурясь, повторял за ним, но его браслет лишь искрил, не подчиняясь.

— Сосредоточься на потоке, — говорил Андрей, его голос был спокойным, но твёрдым. — Помни, Браслет это только проводник. Лучше его вовсе снять, чтобы не отвлекал.

Агни сидел рядом, внимательно слушая, его браслет испускал тепло. Рамис, стоя чуть в стороне, экспериментировал со своими способностями, заставляя небольшие светящиеся шары в воздухе дрожать и медленно подниматься в воздух кружа вокруг его руки. Его глаза были прищурены, но он тоже прислушивался к словам Андрея. Ричард, устроившись на пне, листал блокнот Бехима, куда Моника перенесла карты, созданные по данным сенсоров шаттла. Его пальцы водили по страницам, глаза изучали контуры местности. Старик что-то бормотал себе под нос, словно споря с самим собой.

— А где Игорь? — спросил Алексей, присаживаясь на ствол поваленного дерева.

— Пошёл с Изабеллой за водой, — ответил Шакил, подбрасывая ветку в костёр.

Алексей кивнул, его взгляд скользнул к прилеску, где недавно проходили. Он вспомнил ручей, который они пересекли перед тем, как разбить лагерь.

У ручья, на плоском камне, сидела Изабелла, её чёрные волосы блестели под дождём. У её ног, с оголённым торсом, сидел Игорь. Его спина, покрытая кровавыми гематомами, выглядела как поле боя. Татуировки, когда-то чёткие, теперь растворялись в месиве воспалённой кожи. Изабелла водила руками по его спине, её браслет слабо светился, но боль, судя по её нахмуренному лицу, не отступала.

— Я не могу это вылечить, — сказала она тихо, её голос был полон сожаления.

— Всё так плохо? — спросил Игорь, его голос был хриплым.

— Это не рана в привычном понимании, — ответила она. — Я могу немного ослабить боль, но…

— Это мутация, да? — спросил он, его челюсть дёрнулась.

Игорь стиснул зубы, или то, что от них осталось, чувствуя, как роговой клюв царапает губы. Мутация была не просто болью; она была предательством тела, которое он привык контролировать. Он видел в глазах Изабеллы жалость, и это жгло сильнее, чем раны на спине. Как лидер, он должен был держаться, вести группу к базе Альнов, но внутри рос страх: что, если он превратится в чудовище, как те зверолюди в Зверополисе? Браслет мигал предупреждением, но он не мог его снять, ведь без него они были практически беспомощны. Игорь сжал кулак, его перья на голове шевельнулись под дождём, и он подумал: сколько ещё он продержится, прежде чем потеряет не только тело, но и контроль над разумом?

— Да, — кивнула Изабелла. — Это точно мутация.

Игорь скривился, не от боли, а от осознания. Его зубы практически все выпали, сменившись роговым клювом, как у черепахи. Челюсть деформировалась, речь давалась с трудом. Пух на голове превратился в белые перья, которые он срезал ножом, но они отросли ещё быстрее. Его браслет мигал: Заражение: 2.07%. Немедленно примите меры.

— На что это похоже? — спросил он. — Панцирь? Я стану черепахой?

— Не знаю, — ответила Изабелла, её глаза были полны тревоги. — Я такого не видела. Пока непонятно, что это может быть. Но если учитывать твои перья...

— Может, это кара, — прошептал Игорь, глядя на свои руки.

— За что? — спросила она.

— За выживание, — ответил он, глухо усмехнувшись.

В этот момент из кустов раздался шорох. Игорь повернул голову, готовый вскочить, но увидел знакомые лица. Катя вышла на поляну, за ней Эмре, АТОМ и Антон с щенком Джеком. Их одежда была влажной, лица усталыми, но в глазах мелькнула радость от встречи.

Игорь поднял руку в знак приветствия, осознавая, как странно выглядит: полуобнажённый, с Изабеллой, массирующей его спину. Он не стал оправдываться, лишь медленно натянул куртку на голое тело.

— Вот так встреча, — крикнул Эмре, его лицо озарила улыбка. — Наконец-то мы вас нашли!

Катя, глядя на спину Игоря, подняла брови. Кровавое месиво, где раньше были татуировки, заставило её замереть.

— Ты как? — спросила она, подходя ближе.

— Нормально, — буркнул Игорь, его голос был приглушённым из-за деформированной челюсти.

Изабелла поднялась и кивнула прибывшим двигаясь в сторону небольшой стоянки у костра.

— Добрый день, — механически поприветствовал АТОМ, его глаза-камеры мигнули.