Третий миф: Великий потоп

Глава 25

Глава 25

Когда Харри пришёл в себя, светало. Он лежал у поваленного дерева, чья кора была покрыта странным серебристым налётом, словно планета медленно пожирала его. Костёр потрескивал неподалёку, бросая тёплые отблески на лица Арса, Томаса и Андрея, сидевших рядом. Небо было серым, и Харри не мог понять, закат это или рассвет. Его шея ныла, а в голове гудело, будто эхо того самого давления, которое он чувствовал с момента падения шаттла.

— Где все остальные? — пробормотал Харри, потирая шею.

— Ушли посмотреть лагерь сереброкожих поближе, пленный рассказал пару секретов, — ответил Арс, подбрасывая ветку в костёр.

— А вы почему не пошли? — спросил Харри, с трудом поднимаясь и усаживаясь на ствол.

— Нужно же кому-то сторожить тебя и корабль, — хмыкнул Арс, его взгляд был насмешливым, но не злым.

Харри осмотрелся. Поляна была небольшой, окружённой редкими, тонкими деревьями, чьи ветви гнулись под ветром, словно кости. На одной из веток сидел ворон, его глаза блестели, будто следили за каждым движением. Харри нахмурился, его браслет мигнул, и в голове снова мелькнул гул.

— Обязательно было вырубать? — спросил он, потирая шею.

— Да, тебя переклинило, — ответил Томас, его голос был спокойным, но с ноткой беспокойства. — Только и бормотал о богах.

— Понятно, — кивнул Харри, отводя взгляд.

— Давно это у тебя? — спросил Томас, прищурившись.

— С момента падения, — ответил Харри, его голос был тихим, почти шёпотом.

— Ничего себе, — удивился Арс, его брови приподнялись. — Что-то ты разговорился. Обычно лишь язвишь как змея.

Харри фыркнул и отвернулся, его взгляд упал на ворона. Птица каркнула, и гул в голове усилился, словно планета шептала что-то, чего он не мог разобрать.

— Да ладно, он же один из нас, — прокомментировал Томас, пытаясь разрядить напряжение.

— Мудак он, — отмахнулся Арс. — Когда вернёмся к нашим, Андрею сразу всё расскажет в выгодном ему свете. Ещё и на меня наговорит.

— Нет, — покачал головой Харри. — Не стану.

— Почему же? — удивился Арс, его глаза сузились.

— Потому что Зевин ещё больший мудак, — резко ответил Харри, разведя руки. — Ты видел, что отстроили у хвоста? Мы могли бы жить не хуже.

— Так уж вышло, — пожал плечами Арс. — Тут ничего не поделать. У нас были слишком разные условия.

— Я не хочу возвращаться, — сказал Харри, его голос был твёрдым, но в глазах мелькнула тень сомнения.

— Вот это поворот, — хмыкнул Арс. — Очередное предательство?

— Здравый смысл, — ответил Харри. — С Зевиным мы далеко не уйдём.

— А если Зевин решит увести людей к хвосту? Что ему скажешь, когда встретитесь? Как объяснишь предательство? — спросил Арс, его тон стал резче.

— Никак, — ответил Харри, глядя в костёр. — Он не придёт. Он не станет отказываться от власти. А ты, если будешь много говорить, отправишься в могилу. Зевину нужны люди, ему нужна власть. Он и тебя прикончит если будешь ему мешать.

Арс молчал, его взгляд скользнул к ворону, затем к Андрею, который неподвижно смотрел в огонь, словно слышал что-то, чего не слышали другие. Где-то глубоко в душе Арс понимал, что слова Харри имеют смысл, но признавать это вслух не хотел. Поляна затихла, только треск костра и далёкий гул ветра нарушали тишину. Ворон каркнул снова, и Харри почувствовал, как гул в голове становится громче, словно планета звала его к себе.

Поляна тонула в сером полумраке рассвета, и лишь костёр в центре бросал оранжевые блики на лица сидящих. Ветер гнал песок с пустошей, принося с собой едкий запах серы, смешанный с чем-то металлическим и химическим, словно сама планета дышала ржавчиной и каким-то незнакомыми реагентами.

— С кем ты общался? — спросил Андрей, нарушая тишину. Его голос был спокойным, но в глазах мелькала настороженность. Он сидел, прислонившись к поваленному дереву, его пальцы теребили край ремня, а взгляд то и дело возвращался к ворону.

— С богом этой планеты, — ответил Харри, его голос был тихим, почти шёпотом, словно он боялся, что слова услышит кто-то ещё.

— С каким именно? — настойчиво спросил Андрей, наклоняясь ближе. — Как он выглядел?

— Я не видел его, только слышал, — ответил Харри, потирая шею, всё ещё ноющую после удара Шакила. — Но теперь он молчит.

— О чём говорили? — спокойно спросил Одинцов, игнорируя взгляды Арса и Томаса, которые сидели у костра, напряжённо прислушиваясь.

Харри помедлил, его взгляд скользнул к ворону, затем к огню. Костёр потрескивал, выбрасывая искры, которые гасли в холодном воздухе. Его браслет мигнул, и в голове снова мелькнул тот гул, но не слова, а давление, словно кто-то или что-то пыталась пробиться в его мысли.

— Он даёт приказы, — наконец сказал Харри. — Сперва нужно было выявить лидера и приблизиться к нему. С одним не вышло, пришлось начинать с начала. Бог был недоволен, ругал часто.

— А потом? — спросил Андрей, его голос стал жёстче.

— Просил убить эту девку, Катю, и Воронова, мол, они мешают, будут мешать или уже мешали — ответил Харри, пожав плечами. Его лицо оставалось бесстрастным, но пальцы нервно сжали край куртки.

— Чем? — спросил Андрей, его глаза сузились, а голос стал серьёзнее.

— Не знаю, просто они будут мешать всему, — Харри снова пожал плечами, но в его тоне мелькнула неуверенность.

— Странно, — сказал Андрей, откидываясь назад. Его взгляд скользнул к ворону, который каркнул, словно подтверждая его мысли. — У меня другие инструкции.

Харри с интересом взглянул на него, его брови приподнялись. Арс и Томас переглянулись, их лица выражали смесь недоумения и тревоги.

— Вы о чём? — вмешался Томас, его голос дрожал от удивления. — Какие инструкции? Какие боги?

— Это не важно, — покачал головой Андрей, но его глаза не отрывались от Харри. — Но похоже, у нас с ним разные боги.

— В моём случае, — продолжил Андрей, его голос стал тише, почти заговорщическим, — Алекс, тот парень, который ушёл с остальными, должен жить. Я думал, что должен помочь ему, направить, но теперь мне подсказали, что это не требуется. Всё случится без моего участия. Моя миссия совсем в другом.