Третий (не) лишний!

Глава 6

От услышанного Тея чуть не выпала в осадок. Она даже зажмурилась, и потрясла головой, чтобы понять, что она не ослышалась. Что?! Что-что?! Этот человек… нет, это подобие человека и мужчины, собирается продавать ИХ квартиру? Ту самую квартиру, в которую она вложила всю душу? Столько сил потратила на ремонт и обстановку?!

- Что?! — пролепетала она убито. — Грязнов, я, не ослышалась?!

- Нет, — коротко ответил тот, и поморщился. — Давай только без скандала, хорошо?!

- Нет-нет, что ты! — Тея развела руками. — Какой на фиг скандал?! Ты выгнал нас с дочерью из собственной квартиры, а теперь, хочешь, что бы я подписала документ, и добровольно отдала тебе и этой… этой шалаве свою долю? Да, мало того, долю дочери?! Ты, серьезно?! Серьезно?!

- Да, а чего здесь удивительного? — пожал равнодушно плечами Грязнов. — У меня своя семья, скоро будет пополнение, сын. И, я должен привести молодую жену в новую квартиру, так как Элечка отказывается жить в той квартире, где жила ты и Мила…

- Грязнов, ты дурак, да? — Тея смотрела на мужа так, словно он с Луны свалился. — Эта проходимка тебя на бабки тупо разводит! Квартира ей не такая! Ноги свои расставлять в нашей квартире ей было нормально, а вот жить, посмотрите на нее ей там не комфортно! Душа ранимая!

- Да! Да, моя Элечка ранимая душа! Не то, что ты, сухарь черствый до мозга костей! — зло огрызнулся Гена. — Ну, так что я могу рассчитывать на твое понимание?

- С какого? — мстительно прищурилась Тея, упирая руки в бока, чтобы не пустить их в дело, и не вцепиться в эту наглую, самодовольную рожу. — Нет, конечно же! Все только через суд! Развод — через суд! Раздел имущества — так же только через суд! И, только посмей выписать дочь из квартиры! Я тебя тогда в степной край загоню вместе с твоей Элечкой! Ты меня понял?!

- Значит, нет?! — прищурился Геннадий, проведя усталым жестом по глазам.

- Нет! И это даже не обсуждается! — дернула головой из стороны в сторону Тея. — Если тебя что-то не устраивает, то, подавай в суд! Но, знай, Грязнов, что сегодня ты так низко пал в моих глазах, что просто уже падать ниже некуда!

- Мне все равно, — буркнул тот, стискивая кулаки. — Ладно, не хочешь по-хорошему, значит, будет по-плохому. Война, значит война! И, да, вещи свои можешь забрать у соседки. Я все свалил в простынь, и сволок ей… до четверга она разрешила их оставить. а там, или помойка, или она оставит себе.

Развернувшись, Грязнов решительно двинулся в сторону машины, где на переднем сидении восседала как жена Элечка, и гневно бросала на них свои колкие, полные яда и ненависти взгляды.

Тея же, тихо выдохнув, зарыла рот ладонью, и прикусила ее, чтобы не заорать от бессилия. Вот же каков гад оказался ее муженек! Всем гадам гад!

Ну, ничего, как он высказался, война, значит война! И, не надейся, дорогой, она эту самую войну выиграет!

- Мамочка, ты, что, опять плачешь? — спросила Мила, очень внимательный ребенок. Ну, ничего от ее зоркого взгляда не скроется и не утаится. Смотрит так преданно, так прямо, что, ну, как вот ругаться или грустить, когда такое вот сокровище полностью на твоей стороне? — Да? Это тебя папа расстроил?

- Нет, милая, я не плачу, — покачала головой Тея, стараясь отогнать непрошенные слезы. — Просто… у меня аллергия на новый папин аромат… надушился он, от души, даже глаза ест. Не поскупился.

- Да, пахнет от него прямо фу, — поморщилась Мила, которая была эстетом по ароматам. — Надо будет потом выкинуть у него эти противные духи, чтобы у тебя не было на них аллергии.

Тея расчувствовавшись, поцеловала дочь в обе щечки и макушку.

- Ну, что, домой? Или, заедем в твою любимую булочную и купим всяких вкусняшек? — подмигнув предложила она, зная, что дочь согласится. Так как редко перепадало вредностей, ибо мама тщательно следила за питанием.

- Да! Да! В булочную! За вкусняшками! — радостно вскинула малышка вверх руки и захлопала сияя как пятак.

Тея завела машину, и они поехали выбирать пирожные, пирожки и, леденцы на палочках в виде красочных кругляков с разноцветными спиралями. Гулять, так гулять! Тем более, Грязнов сам оплатил обои в комнату дочери. И они заметно сэкономили хотя бы на этом.

Тея сама про себя усмехнулась… вот же куркуль! Только сутки осталась на улице без мужа, а уже копейки считает! А ведь действительно, ужаснулась она. У нее остались сущие копейки! Последний платеж по ипотеке она вносила передав средства мужу, три дня назад! А за заказ ей еще не заплатили. И, если бы не те деньги, что ей в отчаянье перевел Вадим, то, у нее на карточке осталась бы всего… пару тысяч!

- Да, докатилась, мать! — чуть слышно прошептала она, припарковывая машину возле любимой кондитерской дочери, куда они не так часто наведывались после садика, или в выходные за хорошее поведение последней.

Место нашлось быстро, так как в будни, да еще в такую рань посещаемость заведения была минимальной.

Выбрав себе целую гору вкусностей на вынос, Тея решила позволить Миле посидеть за бокалом коктейля и пирожным. Себе же заказала чашку крепкого кофе и пышку с вишневой начинкой.

Пока Мила лакомилась, с наслаждением потягивая коктейль через трубочку, Тея смотрела в окно. На улице медленно падал снег, кружа крупными, словно перья хлопьями в воздухе. Настроение было не очень, да, и нет повода, чтобы веселится.

Если бы не добрачная квартира, то, остались бы они с Милой на улице в угоду этой наглой, слащавой девице с длинными ногами, и грудью третьего размера… вон, за омлетик, дурень-то как расстарался! И шубку купил, и, сережки, и колечко и подвеску… но, самое главное, жену на улицу в ночь выгнал с малолетней дочерью!

- Скот! — чуть слышно прошептала она, одним глотком допивая кофе. Она вспомнила, что он вышвырнул все ее вещи, и оставил у соседке напротив. Нужно будет забрать, но, тащить Милу через весь город ей не больно-то хотелось. Ну, что же, придется оставить ее одну, она уже достаточно большая девочка, чтобы пару часов посидеть дома… к тому же, у нее сейчас есть дела поважнее и повкуснее, чем бедокурить.