Третий век Гильдии

Глава 9. Овцы и волки

Две мерных ложки экстракта соровника. Одна солевой смеси. Воды до отметки, каплю за каплей по лабиринту канавок на алхимическом столе, по вибрирующим силой трансмутации линиям в камне. Жидкость, кипя и шипя, протекла по всей длине платиновых инкрустаций, потемневшей и загустевшей начала копиться в центральном углублении, ещё немного — можно прекращать силовую подачу, браться за черпачок и разливать готовый эликсир. 
Не получилось. Внутри поясной сумки раздался неприятный треск. Алхимик - дама-алхимик, вне всякого сомнения, - бросила процесс, выругалась с лёгким остенгским акцентом и полезла в сумку. 

В медной рамке с полудюжиной кристаллов рассыпался в пыль второй по порядку. “Лана, немедленно всё бросай и на место рабочего сбора”. 

Ну хоть не первый. Место рабочего сбора, когда в Гильдии — служебная приёмная Цензората, это соседнее здание. Может, Джетро уже и там.
- Что случилось? 
Магистр Каилан подзывал её к крыльцу, в то же время отчитывая дежурного за зря потраченную пару кристаллов: “В лабораторный корпус могли и ногами сбегать, мать вашу за них!”
- Лана, срочный вылет! Нападение на представительство! Давай, как есть, прыгай! Всего-то полторы стражи лёту! 
- Я не…
- Я тоже. Летим. 

Вызов. Нападение! Вот оно — дело. Чёрная Птица с Ланой ушла в небо, едва не обгоняя магистерскую.

***

Молодо выглядящий господин и юная дама вошли в Шетри с юга, за отсутствием стен и ворот дорога делалась улицей просто между таверной “Волк и овцы” и безымянной конюшней. Прямо с края городка можно было разглядеть центральную площадь, а на ней странное для неярмарочного и буднего дня скопление народу. Вскоре за углом открылась причина — погорельцы и наёмные рабочие занимались разбором пожарища, грузили на телегу куски обгоревших балок крыши и перекрытий. Судя по кирпичному фасаду, сгоревший дом был из числа самых затейливых на площади (в два этажа с мезонином, закопчённую кладку оживляли привозные изразцы, а полопавшиеся окна были остеклены с латунными переплётами). По правую руку через два дома находилось представительство Гильдии, опрятный одноэтажный домик, выделяющийся только флюгером и вывеской с гильдийской звездой. На светлом песчанике его стен темнели пятна какой-то дряни и полосы копоти. 

Собственность Гильдии пытались поджечь - как предупреждение или от честного незнания, плеснули на свес крыши чего-то вроде скипидара и кинули факел. От места неудачного поджога добрые шетрийцы держались подальше, в окошке, что неудивительно, красовалась табличка “Закрыто”. 

Джетро чуть кивнул, Лана поднялась на крыльцо и постучала — один, два, три, два удара медным молоточком. Ни на первый, ни на второй условный стук никто в доме не шевельнулся, с третьего окликнули в приоткрытое чердачное окно:
- Сколько до Прилива?
Голос женский, немолодой или от волнения севший, вопрос абсолютно грамотный — никто, кроме мага, не ответит.
- Две стражи с половиной, коллега Лиртеа! - успокоила Лана. Оконце захлопнулось, вскоре защёлкали замки и дверь соизволили открыть.

С порога в представительстве начиналась не пристойная жилью прихожая, где кожаные калоши можно снять с обуви и мокрые плащи повесить, а сразу зал с прилавком, шкафами за ним и скамьёй для посетителей. По взгляду и кивку Лана отправилась в заднюю комнату —склад и мастерскую, если в таком месте чего-то вообще делают, а не только меняют расфасованные товары на звонкую монету. 
На скамью для посетителей Магистр предложил коллеге присесть, а сам зашёл за прилавок. Каким бы срочным ни был вызов по тревоге, в отсутствии прямой угрозы начинается, увы, стандартная цензорская проверка. Если коллега ждёт слов утешения и ободрения, то придётся подождать, а пока отвечать на вопросы. Нет, никто, ничего и никогда, дела шли как обычно. Тавша Лиртеа, тридюж лет, закончила обучение Адептом на год старше. Если поскрести в закромах памяти, то не просто узнать можно, а даже вспомнить чего-то конкретное про человека. Не то вроде как замуж вышла, бросила место в Коизе ради лавочки среди зелёных холмов, не то... 

Городишко, его гильдийское представительство и его хозяйка вкупе Джетро Каилану не нравились. Судя по опыту какая-то дрянь, какая-то гадость, казалось, всплывёт не “если”, а “когда”. 
- Магистр Каилан, - окликнула Лана из кладовой, - прошу Вас обратить внимание.
- Адепт Йенден, смените меня.
Правила такие, к сожалению, кровью писаные — каждый проверяемый по сути подозреваемый, на случай попытки бегства-нападения-самоубийства-уничтожения улик полагается караулить, не спуская глаз. Может быть, не такой грозной Лане чего-нибудь скажет.

В кладовой ящики и коробки не помещались на полках, штабелем громоздились на полу, что уже интересно. Джетро вернулся за учётной книгой, раскрыл на закладке, оценил текущий баланс и тихонько хмыкнул. Для лавочки в два окна по фасаду представительство в Шетри гребло деньги лопатой, по крайней мере, в текущем году. Немного пошуршав страницами, Джетро определил и дату, и причину неожиданного процветания. Причина как раз и занимала большую часть полок, в соломенных гнёздышках внутри поделенных на ячейки низких ящиков хранились пузырьки — не какие-нибудь эликсиры для внутреннего или наружного употребления, а красители для тканей. Не на дюжины, на гроссы счёт, весь набор тех, что подешевле, обозванные по прихоти алхимиков драгоценными названиями: “рубиновый”, “сапфировый”, “изумрудный”, “топазовый”. Кроющий все прошлые пороки, любую желтизну и пятна ярко-белый удостоился звания “алмазного”. Для цвета полночи двойного затмения ювелирного названия не нашлось, гагат какой-нибудь не всякому известен, потому так и пустили в продажу под рабочим названием “фулигиновый чёрный”.