Третья леди Аргайла

глава 19

Пока в Ущелье оставались свадебные гости – очень недолго, ибо его милость лишних едоков не жаловал – дети Аргайла еще попадались мачехе на глаза за трапезой, а после так и вовсе перестали. Это было странно: если Колин вместе с отцом объезжал земли клана и союзных местных вождей и оттого редко лоботрясничал дома, то Дженет точно должна была оставаться в замке. И вместе с тем ее видно не было. Кэтрин выспросила, где находятся комнаты девочки, и направилась туда, дорогой размышляя о пасынках и падчерицах.

Всего их было пятеро, самой старшей из детей мужа была леди Агнесс. Эта старше самой леди Аргайл: дитя буйной юности господина графа, дочь внебрачная, но признанная отцом и воспитанная в монастыре, где и посейчас пребывала, пока отец раздумывал о годной для нее партии. Хотя в замужней жизни пока было особенно не на что жаловаться, Кэт чуть-чуть падчерице в том позавидовала – монастырская жизнь с ее упорядоченностью и покоем казалась очень желанной. Дальше шел мастер Аргайл, рожденный от брака с леди Элен Гамильтон, сестрой нынешнего регента королевства графа Аррана, носивший семейное имя у Кемпбеллов – Арчибальд. Тот находился сейчас на западе, в Инверери, где блюл интересы отца и земель, исполняя обязанности военного вождя клана в отсутствие самого Аргайла. О нем Кэт также не знала ничего. Трое Кемпбеллов, родившиеся у мужа от покойной Маргарет Грэм, ее предшественницы, для Кэтрин казались чуть более понятны, потому что слегка знакомы. Все трое довольно невзрачны, крепки здоровьем, но если Колин в свои пятнадцать – нескладный молодой лосенок ростом уже с отца, то девочки – и Маргарет, которую она успела застать в Дуарте, и Дженет, несшая ее трен на свадьбе – казались блеклыми тихонями. Джен так и вообще обычно смотрела в пол и говорила только «да» и «нет» на любой обращенный к ней вопрос. Но это, конечно, вовсе не повод для нее сидеть взаперти.

Когда миледи внезапно вошла, девочка, сидящая на полу у огня в обнимку с куклой, вздрогнула. Джен была похожа на лисенка, утратившего лисицу-мать, свернувшегося клубком глубоко в норе, бесполезно ожидающего, что та все-таки возвратится... И от этого зрелища Кэт стало больно. Сколько дней Джен провела так – в одиночку, в детской, достаточно уютной, вероятно, устроенной еще руками леди Маргарет – ожидая перемены к лучшему, которой никогда не придет, потому что матери больше нет? Пока была сестра, девочке хоть было не так одиноко...

- Поднимайся, Дженет, пойдем со мной!

- Куда, миледи?

- Вниз, конечно! Разве тебе не скучно сидеть тут весь день одной? Разве ты не хочешь играть где-то еще, не только у себя?

- Благодарю вас, леди, я не пойду.

Как странно, думала Кэт, все трое детей Маргарет Грэм с первого взгляда вовсе не похожи на Аргайла – разве что у Колина есть в чертах что-то от отца, а вот у младшей тот же непроницаемый взор. Некрасивая девочка, но с явным характером.

- Почему же? Ты больна? Тебе нужен лекарь?

- Нет, я здорова. Только есть хочу.

- Пойдем поедим со мной.

- Благодарю вас, леди, я не пойду. Нэн принесет сюда. Нэн говорит, мне не стоит гневить вас, лишний раз попадаясь на глаза. Нэн рассказывала мне сказку – так там мачеха накормила мальчика четвероногой рыбой, и он умер, и очень мучился перед смертью... Я не хочу есть четвероногую рыбу, миледи.

Кэт сперва онемела, потом с трудом справилась с собой:

- Кто такая Нэн?

- Не скажу. Вы будете ее бранить...

- Нэн – это я, - раздался недобрый голос из угла комнаты, и тут Кэтрин увидала старуху, сидящую в темном углу, доселе скрытую пологом постели.

Ее легко было с первого взгляда принять за кучу тряпья – довольно чистого, впрочем – но когда она заговорила и пошевелилась, на Кэт уставились очень темные, проницательные глаза с резким взглядом. У кого-то тут Кэт уже видела такой же ястребиный взгляд... Старуха, не смущаясь, отвечала на незаданный вопрос:

- Всё верно, миледи, та Нэн, молодая, что приводили к вам лекаркой – та моя дочь, а я была нянькой вот им... Пока не разъехались. Эта одна осталась.

И так горько она это сказала...

- Напрасно ты, Нэн, рассказываешь сказки, от который леди Дженет целыми днями сидит взаперти, будто она чужая в родном доме.

- Был у нее родной дом при матери. А при отце, который всегда в разъездах, да при новой жене его...

- Пусть и жена, да ведь не пугало для его дочери!

- Как народятся у вас с ним дети, так будет у вас своя дочь. А не мужнина. Только так и бывает.

- Бывает по-разному, Нэн. Все дети мне равно желанны в доме моего супруга.

- Так говорят, миледи, - последовал угрюмый ответ. - Но судят-то по делам.

Да, с этой трудно будет, подумала Кэт. Это ж она как Сорча по нраву, а летами еще и старше, и вредней, и детей прежней хозяйки, которых сама и вырастила, будет не щадя живота защищать.

- А за делами, - прямо отвечала Кэтрин, - вот ты и приглядишь! Сама и скажешь его милости, если от меня что не так будет к его дочери. А теперь, Джен, пойдем со мной в холл, будем обедать. Бери свою куклу, ее тоже накормим! Любишь ли ты сказки? У меня есть книжка с картинками!