Третья невеста

36-2

Следующие два дня прошли спокойно. Ночью Марика отыскала темницу, в которой содержали княжича. Вывести его оттуда, на её взгляд, было возможно, и она с нетерпением ждала весточки от деда Велеслава. Однако он не появлялся.

Воины княжеские всё это время из леса не выходили, и переговоров никаких не велось. Драконы летали в небе, патрулируя окрестности.

На третий день, выглянув из окна комнаты своей, увидела Марика удивительные вещи. Начали воины княжеские заново шатры устанавливать на открытой местности, развели костры и опять приносили из леса срубленные деревья. Обтесав их, стали они складывать из брёвен какую-то квадратную конструкцию. Драконы кружились над ними, иногда опускаясь совсем низко, но пока не трогали.

Вечером того же дня, когда солнце почти зашло и на землю спустились сумерки, напал на лагерь дракон. Марика услышала протяжный оглушающий рёв за стенами замка и подбежала к окну. Дракон стремительно пикировал с неба, намереваясь, видимо, как и в прошлый раз, разметать брюхом и лапами своими человеческие постройки. Люди, сидящие у костров, вскочили на ноги, отбежали в сторону и схватились за мечи. Дракон уже подлетал к шатрам, распахнув гигантские перепончатые крылья и сбавляя в воздухе скорость, когда среди деревьев, примыкавших к опушке, на которой расположилась часть княжеского воинства, показались какие-то тени. Прошло, казалось, не больше минуты, и тени эти вышли из леса, превратившись в воинов с длинными копьями в руках. В тот же миг копья полетели в дракона, нацеленные в голову его, шею и крылья. Вслед за копьями откуда-то сбоку полетели в дракона огненные стрелы. Стрелков Марика со своего места не видела, но обрушение града огня на тело драконье хорошо рассмотрела и признала эффектным зрелищем. То ли от неожиданности, то ли от раны полученной, дракон не взмыл вверх, а упал на землю тушею, постройки всё-таки разметав, но и себя подставив под удары мечей. Со всех сторон бросились к нему воины и рубили его по пальцам, крыльям, старались достать до шеи. Но вскоре стало ясно, что повредить дракона было задачей трудновыполнимой, поскольку вполне он был в силе и легко отметал от себя обидчиков. Как по команде вдруг отбежали от него ратники с мечами, и опять полетели в дракона копья и сулицы. В этот момент стал он превращаться в чёрное облако, клубившееся над землей яростно, издававшее хриплый громоподобный рык, и ранить которое возможным не представлялось. Два ярких глаза горели из середины его, прожигая взглядом богатырей княжеских. Богатыри не растерялись. Кто-то метнул копьё и попал дракону в глаз. Зверь взвыл, и облако быстро начало подниматься в небо, освещая пространство оставшимся глазом пылающим. Вслед за тем Марика потеряла его из виду.

Через небольшое время она услышала невероятный грохот где-то близко за стенами и пришла к выводу, что раненый дракон долетел до внутреннего двора крепости и рухнул на землю.

Той же ночью вызвали её в драконий зал. Дракон и рыцари его сну предаваться не пожелали и вновь держали военный совет. Сложившаяся ситуация радужной им уже не представлялась. Как Марика поняла из разговоров, рыцарями ведомых, дракон, вернувшийся из лагеря осаждавших, повреждён был сильно, и речь в настоящий момент шла о жизни его. Вопрос о пополнении припасов также стоял остро. После проведённой ревизии выяснилось, что еды, хранившейся в крепости, на всё укрывшееся внутри него войско драконье и население, на свадьбу драконью собранное и вовремя замок не покинувшее, хватит на небольшой вовсе срок. Пополнение же запасов по воздуху, как ранее планировали, оказалось делом непростым. В замке находилось недостаточное количество драконов, для того чтобы и с князем воевать, и за припасами летать. К тому же любому покинувшему крепость дракону предстояло собирать провиант этот с населения земель драконьих одному, без войска, что создавало дополнительные трудности.

От Марики потребовали, чтобы сделала она защиту для драконов крылатых на земле и в воздухе от любого вострого оружия. Способ защиты выбирать самой не возбранялось, но было ей сказано, что, коли не сумеет она того, что от неё требуют, то на этом служба её в замке драконьем закончится, и весьма для неё плачевно.

Требование это было весьма специфическим, учитывая, что наведение любого морока, даже самого сильного, не предполагало защиту физического тела от внешних воздействий. Но драконы в таких вещах не разбирались, колдун же их промолчал. То ли ожидал он от Марики каких-то сверхспособностей, то ли надеялся на избавление от конкурента своего в замке, после того как она с делом своим не справится, но вмешательства его не последовало.

Марика не стала никого выводить из заблуждения. Ни на миг ей не пришло в голову задуматься о выполнении требований несуразных, но говорить вслух об этом она намерения не имела, в надежде потянуть время до побега из замка своего и княжича. Осложнялось же дело тем, что защита, о которой её просили, должна была быть наведена на зверей драконьих не позже завтрашнего утра – до того, как предполагалось заново атаковать лагерь. Следовательно, первая же стычка между драконами и воинами княжескими покажет, что защита Марикина не работает, и тогда уже о побеге думать будет поздно.

Объявив рыцарям, что задачу они задали сложную и до утра ей нужно время, чтобы придумать, как её решить, Марика вернулась в свои покои. Было очевидно, что побег должен состояться сегодня ночью, либо можно было о нём забыть. Дед Велеслав так и не объявился, и надеяться Марика могла только на себя. Ловушки, в подземелье понаставленные, предпочла бы она обезвредить заранее, до того как поведёт туда человека. Но теперь выбора никакого не было.