Третья жена генерала - дракона

Глава 6

Я тихонько отошла от двери, а потом зацокала каблуками, обозначая генералу свое присутствие. Поспала, называется! Вот так всегда!

- Вы еще здесь? - спросила я, видя, как он поднял на меня полные бессоницы глаза.

- А где я должен быть, по-вашему? - резко произнес генерал.

- Дома, в постели с женой. Вы время видели? - строго спросила я.

- Мне плевать, который час, - хрипло ответил генерал и тут же добавил довольно резко: - Почему вы ничего не делаете?

- А что я должна делать? - спросила я, прислонившись к дверному косяку.

- Уколы, настойки, зелья, припарки! - резко произнес генерал. - Что-нибудь! Что обычно делают в таком случае! Вы - доктор! Вы лучше меня должны это знать! Вы же просто ничего не делаете!

Я посмотрела на мою белоснежку и вздохнула.

- Ей не поможет никакой волшебный настой, никакое чудодейственное зелье. И припарки тоже не помогут, - произнесла я. - Все, что можно было сделать, мы сделали. Мы вылечили ушибы, зарастили переломы, залатали раны, я сохранила ей способность иметь детей в будущем. Хотя все указывало, что шансы спасти ей будущее материнство очень маленькие! Мы поместили ее сюда, отняв у других пациентов возможность оказаться на ее месте. Ведь у нас только одна магическая система! И я решила под свою ответственность, что она ей нужнее, чем другим!

- И перед кем же вы отвечаете, если это - ваша больница? - с вызовом в голосе спросил генерал. Он явно был очень зол и хотел выплеснуть на кого-то свою ярость.

- Перед самым страшным человеком. Перед самой собой! - произнесла я.

В этот момент в глазах генерала я увидела, как ярость сменяется уважением.

- Простите, - произнес он, глядя мне в глаза. - Я сказал лишнее. Я не должен был так говорить. Я просто ужасно зол.

- На нее? - спросила я, снова с надеждой глядя на белоснежку.

- Нет, страшнее. На самого себя, - произнес генерал. А наши взгляды сцепились, как клинки. - Я отвечаю за нее перед самым страшным человеком. Перед самим собой. И сейчас я злюсь на самого себя, что проглядел, недосмотрел, упустил что-то важное, что привело Лисси к такому страшному решению. Как вы думаете, почему она мне ничего не сказала?

- Ну, давайте начнем с того, что это - довольно пикантный вопрос, - заметила я. - Понимаете, она могла просто посчитать, что с мужчинами такие вопросы… ну, не обсуждаются…

- Вы думаете, она просто постеснялась? - спросил генерал, скользнув взглядом по лицу девушки.

- Ну, может быть. К сожалению, я не могу говорить наверняка. Я имею право только попытаться представить ситуацию. Так что на мое мнение можете не сильно полагаться, - вздохнула я.

Сейчас я балансировала на острой грани. Одно неверное слово, сказанное генералу в момент его злости и ярости, способно навсегда вычеркнуть дочь из его жизни. Поэтому нужно очень аккуратно подводить его к той мысли, что вины девушки в этом нет. Даже если моя белоснежка виновата на все сто процентов.

- Понимаете, ваша дочь слишком юна, - заметила я. - Сколько ей?

- Семнадцать, - хрипло произнес генерал.

- Вот, - кивнула я. - Она еще совсем наивная, неопытная и вряд ли сама узнала о зелье мадам Рэдворд. Ей кто-то подсказал. Кто-то умудренный опытом в прерывании беременности.

- А что это за зелье такое? - спросил генерал.

- Ой, - простонала я. - Это очень страшное зелье, которое, к сожалению, довольно легко приобрести. Его может сварить каждый аптекарь. Но, к сожалению, многие из них не соблюдают рецептуру. Где-то чуть-чуть больше, где-то чуть-чуть меньше. Вроде бы и не видно, что что-то не так… Но последствия могут быть… ужасными. Открывается сильнейшее кровотечение. И женщины умирают от потери крови. Это ужасная смерть. Я предполагаю, что вашей дочери досталось неправильно сваренное зелье.

- Значит, это - вина аптекаря? А как узнать, у кого куплено? - спросил генерал, сощурив глаза.

- Они отличаются флаконами, пробками, бирками, - поморщилась я. - Я просто в этом очень плохо понимаю. Но я знаю ту, которая знает. Поищите мадам Брысь. Она лучше всех знает про зелья. Она способна понюхать пробку и сказать, настоящее оно или нет.

- Значит, она их варит? - настойчиво спросил генерал.

- Нет, она их перекупает, - терпеливо ответила я. - Если нужно добыть какое-то зелье или выйти на зельевара, узнать подлинность зелья, то лучше к ней. Я беру зелья только у нее. Потому что очень много подделок. А в больнице нет права на ошибку. Только так вы сможете узнать, у кого ваша дочь купила зелье. Или кто покупал зелье для вашей дочери. Я сомневаюсь, что она сама решила пойти в аптеку. Скорее всего, она кого-то отправила. Чаще всего это доверенный слуга или учитель. Он может даже не знать, за чем его отправили. Чаще всего это просто записка и деньги.

- Я вас услышал, - произнес генерал, задумавшись. - Значит, зелье мадам Рэдворд. Искать у мадам Брысь. Спросить у слуг.

Я вздохнула. Может, хоть это заставит его поехать домой.

- Но я не понимаю, неужели нет никакого способа привести ее в сознание? - спросил он. - Я бы все оплатил! Я бы достал, добыл…

- Я знаю, - выдохнула я. - Мне безумно жаль ее. Я помню, как несла ее на руках…

- Вы несли ее на руках? - удивился генерал, глядя на меня. - Сами?

- Ну, мы с Аэлитой вместе несли ее на носилках, - выдохнула я. - К сожалению, больше никто не помог. Я отправила Литу сбегать за помощью в ближайшую таверну. Но никто не согласился помочь…

- Как называлась таверна? - спросил генерал.

- Эм… Пу-пу-пу… - напряглась я, пытаясь вспомнить название. - Честно, не помню. Там мышь в пивной кружке сидит. Вывеска старая такая, потрепанная…

Генерал промолчал.

- Так вы поедете домой? - спросила я.

- Нет, я, пожалуй, останусь с дочкой, - ответил генерал.

Я осторожно прикрыла дверь, чувствуя, что если сейчас не вздремну, то все пропало, поэтому отправилась предупредить дежурную.

- Я посплю пока. Если что — будите. Если никаких происшествий, то разбудите в семь утра. Я должна успеть на обход, — устало предупредила я дежурную, направляясь в свои покои.