Третья жена генерала - дракона

Глава 12

- Нет, что вы, - произнесла я, сглатывая слезы и пытаясь их растереть раньше, чем их заметят. - Все в порядке. Просто остановилась передохнуть… Немного устала… И…

- Тогда почему у вас дрожит голос, и вы до сих не повернулись ко мне лицом? - спросил генерал.

- Вам-то какое дело? - прошептала я, пытаясь удержать слезы.

- Может, я смогу помочь, - заметил генерал.

"Янгар", - напомнила мне память. А я вздохнула. Привыкла называть его просто генералом.

- Если бы, - выдохнула я, проглатывая ком слез. Проглотила я его неудачно. Мой голос предательски дрогнул.

- Если нужны деньги… - начал Янгар.

- Дело не в деньгах, - прошептала я, не поворачивая к собеседнику.

- Тогда в чем дело? - спросил генерал.

Странно было так разговаривать, не видя собеседника. Но повернуться к нему я не могла. Мне оставалось лишь смотреть на сад, чувствуя, как слезы катятся по моим щекам.

- Я не успела на вызов, - произнесла я, чувствуя, как тяжело озвучивать вслух такие слова. - К ребенку. Я зашивала пациентку… Она вся изрезана. Милая красивая девушка с изуродованным лицом. Мне ужасно не хотелось, чтобы она навсегда осталась с чудовищными шрамами, поэтому я шила аккуратно. А для этого требуется время. Чуть больше времени, чем обычно. И я не успела на вызов к ребенку. А ребенок умер…

Мой голос совсем поник.

- Это не ваша вина, - произнес генерал.

- А чья же? - спросила я, вздохнув. - На меня рассчитывали, надеялись, верили… А я просто не успела…

- Ну, послушайте, - слышала я голос за спиной, не осмеливаясь повернуться и сверкать своими слезами. - Вы могли приехать, забрать, а он умер бы по пути…

- Да, но я бы постаралась что-то сделать, чтобы довести его до сюда! - спорила я. - Есть же способы стабилизировать больного!

- А вдруг бы вы оказались бессильны? - негромко произнес генерал.

- Нам останется только гадать, - поджала я губы. - Теперь уже ничего не изменить. Все получилось так, как получилось. Но от этого все равно так больно… Если бы вы знали.

- Над моей дочерью вы так же плакали? - спросил Янгар, а голос его изменился. Он стал теплым, и ужасно захотелось этого тепла, этой поддержки. Но я решила говорить правду. Какой бы горькой она ни была. Ведь эта правда лежала на сердце тяжелой каменной глыбой.

- Да, - произнесла я. - Такой кукленочек, такая девочка-девочка… Я была уверена, что не спасу. Шансов было так мало… Она долго пролежала без помощи. Мне кажется, всю ночь.

- А вот этого я не знал, - произнес генерал.

- Я могу только предположить. Я была уверена, что она умрет по дороге, несмотря на повязки, кровоостанавливающие и поддерживающие зелья. И просила ее не умирать, - прошептала я.

- А что ж тот деревенский целитель? - удивленно спросил генерал. - Неужели он не мог остановить кровотечение…

- Я вам не все рассказала, - прошептала я. - Время было упущено еще потому, что целитель отказывался ее отдавать нам почти час. Мы ее, считайте, забирали с боем. Целитель говорил, что не отдаст девушку, не получит деньги за оказанную им первую помощь.

- И что же он сделал? - спросил генерал, а в его голосе послышалась угроза.

- Он дал ей каких-то зелий на сумму шестьдесят семь лорноров, - заметила я. - Какие именно, он отказался говорить…

- И вы… Вы оплатили ее счет? - удивленно спросил Янгар.

- А что мне оставалось делать. Зельями тут не поможешь. Тут нужна была операция, - ответила я, глядя в самое сердце сада. - И это тоже сыграло роковую роль.

Мой голос дрогнул. Я знала, что в том, что случилось с бедной белоснежкой, есть и моя вина. Огромная вина!

- В том, что стало с вашей дочерью, есть и моя вина, - произнесла я, не в силах обернуться и посмотреть ему в глаза. - И мне за нее ужасно стыдно.

- Какая? - спросил генерал, а его голос изменился.