Три данго и одно признание

Пролог. Дух старого дерева

Весна всегда приходила неожиданно.

Ещё вчера ветви старой сакуры были тёмными и голыми после долгой зимы, а сегодня на них появились первые нежно-розовые бутоны.

Люди замечали это не сразу. Они проходили мимо, спеша по своим делам, смотрели в телефоны, разговаривали, смеялись, не поднимая глаз.

Но потом наступал день, когда кто-нибудь останавливался посреди дорожки и удивлённо выдыхал:

— Уже зацвела...

И тогда всё менялось.

Рэн любил этот момент. Каждый год. Снова и снова.

Он сидел на одной из самых толстых ветвей старой сакуры и наблюдал за людьми. За сотни лет он увидел тысячи историй.

Мальчика, который впервые подарил девочке цветок. Студента, который целый час репетировал признание, а потом забыл все слова. Молодую женщину, которая плакала под деревом после расставания. Пожилую пару, державшуюся за руки так крепко, словно боялась потерять друг друга даже на секунду.

Люди были странными существами. Очень шумными. Очень непредсказуемыми. И совершенно не умевшими жить вечно.

Наверное, именно поэтому они так дорожили каждым счастливым мгновением.

Рэн этого не понимал. Он был духом сакуры. Для него весны сменяли друг друга так же легко, как ветер перелистывает страницы книги.

Люди приходили и уходили. Годы проходили. Города менялись. А старая сакура продолжала цвести.

Иногда Рэн думал, что уже видел всё, что можно увидеть. Все виды любви. Все возможные признания. Все счастливые и грустные истории. Ничто больше не могло его удивить. Именно поэтому он не сразу заметил девушку со скетчбуком.

Она сидела под деревом почти каждый день. Тихая. Сосредоточенная. С длинными тёмными волосами, которые ветер постоянно бросал ей на лицо.

Она рисовала. Не сакуру, не пейзаж, не небо. Людей. Мужчину с газетой, школьницу с мороженым, старушку с маленькой собакой.

Она рисовала их так внимательно, словно пыталась сохранить каждый миг на бумаге. Это показалось Рэну странным.

Люди обычно старались запомнить красоту цветущей сакуры, а эта девушка словно собирала воспоминания о других людях.

Он наблюдал за ней несколько дней. Потом ещё несколько, а затем однажды поймал себя на мысли, что ждёт её появления.

Это было настолько нелепо, что он даже рассмеялся. Дух сакуры, который ждёт человека. Если бы Хару узнал, он бы издевался над ним до следующей весны.

Рэн поднял взгляд к небу. Между ветвями мелькнуло вечернее солнце. С дерева сорвался лепесток. Потом ещё один. И ещё.

— Странно, — пробормотал он.

Цветение только началось. Лепестки не должны были опадать так рано. Особенно в безветренный день.

Рэн протянул ладонь. Один из лепестков мягко опустился ему на пальцы.

Внизу девушка подняла голову. И впервые посмотрела прямо на него. Не сквозь него. Не мимо. Прямо на него.

Рэн замер. Такого никогда не случалось. Никогда.

Девушка нахмурилась. Будто что-то привлекло её внимание среди ветвей старой сакуры. А потом улыбнулась. Совсем чуть-чуть.

И именно в этот момент Рэн впервые понял, что нынешняя весна будет совсем не похожа на остальные.