Три дня - полюбить нельзя развестись

Глава 4

— Поздравляю. Вас услышала вся страна, — голос его был холодным, как сталь, с едва уловимой дрожью ярости.

— Я… это не я…

— Элен чувствовала, как голос ломается.

— Я вам поверил. Хоть раз. Хоть одному человеку, — он сделал паузу, и каждая секунда была как удар.

— Фото — у вас. В телефоне. Появилось вчера. Утром его уже видит вся страна. Совпадение?

— Я никому не… — она задохнулась, пытаясь объяснить.

— Мари — моя племянница. У неё были проблемы в школе после прошлого скандала. Мне стоило усилий вернуть её к нормальной жизни. А теперь вы.

— Но я не… — слёзы уже текли по щекам.

— Спасибо. Больше не звоните.

Гудки. Элен сидела, уткнувшись лбом в колени. Андре вошёл в комнату, зевая, с капибарой под мышкой.

— Мам, а сегодня мы опять пойдём искать капибару?

Она слабо улыбнулась, вытирая слёзы.

— Не знаю, солнышко. Сегодня капибары ушли в подполье.

Её пальцы всё ещё сжимали телефон. Она открыла чат с Софи. Гудок. Один. Второй. На третьем — бодрый, почти торжествующий голос:

— Ну привет, знаменитость!

— Это… ты слила? — Элен старалась говорить спокойно, но голос дрожал, как струна, готовая лопнуть.

— Конечно, я, — Софи хмыкнула, будто это была шутка.

— Эль, ты представляешь, какая сенсация? Фото с самим Алексом Ремом! Я не устояла. Прости, если что.

— …Ты? — Элен чувствовала, как внутри всё рушится. — Ты понимаешь, что ты сделала? Это не просто фото, Софи. Это моя жизнь. Андре. Мари. Алекс. Ты… ты всё разрушила.

— Ой, да брось, — голос Софи стал резче, с ноткой раздражения. — Ты же сама мне его кинула. Без всяких «не публиковать». Я просто… чуть-чуть подогрела интерес. Это же бизнес, Эль. Ты теперь на всех заголовках. Разве не об этом ты мечтала?

— Мечтала? — Элен почти кричала. — Я мечтала, чтобы меня читали за книги, а не за сплетни! Ты знала, как это важно для меня. Ты знала, что Алекс… что он…

— О, да, Алекс, — Софи перебила, и в её тоне скользнула ядовитая насмешка. — Великий и ужасный Алекс Рем. Знаешь, я устала смотреть, как тебе всё достаётся. Книги, контракты, мужики с миллиардами. А я? Я сижу в офисе, правлю твои черновики, пока ты ловишь удачу за хвост. Это несправедливо, Эль.

Элен замерла. Слова Софи резали, как нож. Она вспомнила, как Софи однажды, после третьего бокала вина, бросила: «Ты всегда была той, кого выбирают. А я — просто рядом.» Тогда это звучало как шутка. Теперь — как приговор.

— Ты сделала это из зависти? — тихо спросила Элен. — Ты хотела мне навредить?

— Не навредить, — Софи фыркнула, но голос её дрогнул. — Просто… уравнять шансы. Ты теперь звезда, Эль. А я… я сделала так, чтобы меня тоже заметили. Спонсоры, рекламщики — они уже звонят. Это мой шанс.

— Твой шанс? — Элен сжала телефон так, что пальцы побелели.

— Ты продала мою жизнь ради охватов?

— Ох, не драматизируй, — Софи пыталась звучать легко, но в голосе чувствовалась горечь.

— Это не жёлтая пресса, это медийная платформа. Миллион просмотров. Ты теперь лицо издательства. Разве не этого ты хотела?

— Я хотела доверия, — Элен говорила медленно, каждое слово падало, как камень.

— Я доверяла тебе, Софи. Ты была моей подругой.

На том конце повисла тишина. Долгая, тяжёлая, как будто Софи наконец поняла, что перешла черту. Но вместо извинений она сказала:

— Прости, Эль. Но в этом мире либо ты, либо тебя. Я выбрала себя.

Элен отключила звонок. Не сказав ни слова. Она сидела, глядя в пустоту, пока Андре не подполз к ней и не сунул в руку свою плюшевую капибару.

— Мам, тебе плохо?

— Немного, мой родной, — прошептала она, прижимая игрушку к груди.

— Но я справлюсь. Мы всегда справляемся.

Сначала было больно. Потом — пусто.
Потом я сделала то, что умела лучше всего — ушла в текст.

Писала утром, пока Андре спал. Днём — в кафе с видом на парк. Вечером — с чашкой какао, слушая, как за окном стучит летний дождь.

Прошло три месяца.

Лето ушло, как случайный попутчик, не попрощавшись. Осень наступила внезапно и решительно.

Я не заметила, как дописала свой роман.
Не заметила, как его прочли редакторы.
Не заметила, как его издали.

Презентация прошла в конце октября.
Маленький книжный зал в центре Парижа, запах кофе и типографской краски, десятки глаз, вопросы, аплодисменты.

Все хвалили.
Говорили: «выстрел», «голос поколения», «ирония и глубина».

Алекса среди гостей не было.
И Элен не ждала.

На утро после презентации ей пришло приглашение.

"Литературная выставка в Большом дворце Эфемер.
Секция «Городской роман. Новые имена».

Ваш столик — №27.
Время — 14:00."

Я приехала заранее. Выставка шумела. Люди толпились у стендов.
Книги, баннеры, фото. Она поставила чашку кофе на край стола и начала раскладывать свои книги.

— Здравствуй…

Голос. Знакомый. Тихий. Я не смело обернулась.

Алекс.

Он стоял чуть неуверенно. В сером пальто. Без охраны. Один. В руках — её книга.

— Я увидел ваше лицо на афише

— И решили зайти?

— Нет. Я тоже тут по делам. У нас стенд.

— У нас?

— "Aleks Rem Group".

Я кивнула. Конечно. Это же та самая компания, которая покупает, оздоравливает и перепродаёт умирающие бренды. Иногда — оставляет под управлением, если в этом есть смысл. Гигант. Машина. Финансовый хирург.

— Мы здесь присматриваем издательский стартап, — пояснил он. — С интересным контентом, но плохими продажами. Как обычно.

Он показал на зал.
— Но, признаться, это не основная причина, по которой я здесь.

Я молчала.
Он чуть сжал книгу в руке.

— Сначала я злился на себя на вас — он запнулся — на тебя. Потом стал следить за твоим творчеством и наконец моё... собственное расследование показало, что ты стала невинной жертвой.