Три еретика и тайна Рович

Глава 25. Презентация от Скарлет

Петя сидел на дизайнерском барном стуле необычной извитой формы с красной спинкой. Особенно мать Николь нравилось их сочетание с высоким полированным массивным столом, черного цвета с белыми тонкими линиями по краям. Парнишка зашёл в поисках девушек, но уже уплетал пасту с соусом карбонара. Елизавета Максимовна сидела напротив и медленно вкушала аромат бразильского кофе. Она внимательно слушала его рассказ.

– … вот такая вот история, – накручивал он спагетти на вилку.

– Знаешь, – женщина не торопилась. – Большинство проблем решаются ртом.

Петя замер.

– Используй его и подбери правильные слова.

– Вот вы о чём, – на его щеках появился румянец.

– Молчаливый супруг мой, но золотые руки. Скупой очень на комплименты и разговоры душевные. Знает, что слушать приятно тёплые слова мне, – она сделала смакующий глоток. – Иногда проходит возле, наклонится внезапно и шепнёт, как сильно любит меня. Таю как школьница. Хотя бы один раз скажи, как ценишь их. Увидишь, как им будет приятно. Не забывай, не только друзья они, но и девушки.

– Попытаюсь, – он внимательно слушал.

– Здлавствуйте, Елизавета Максимовна, – Скарлет ворвалась со своей лучезарной улыбкой и сразу опустила голову. – Пливет, Петя.

– О, леди здесь, – мать Николь указала на кастрюлю на плите. – Предлагаю карбонару?

– Нет, мама, – мулатка указала на пропавший объект. – Нам нужен Петя.

– Он тоже желает беседовать с вами. Всё рассказал мне, – стряхнула она длинную чёлку.

– Всё-всё? – уточнила Скарлет.

– И вы, мама, поверили? – не верила обстоятельствам Николь. – И про оранжевое солнце.

– Что за оранжевое солнце? – не поняла о чём речь женщина и отодвинула чашку.

Девушки взглянули на парня, который отрицательно кивал головой.

– Ещё один канал делать думаем, называется «Оранжевое солнце», – солгала Николь.

– И канал о чём?

– О космосе, – кратко ответила Скарлет. – Петя, ты доел?

– Да.

– Пойдём обдумывать детали, – девушка потрясла жёлтой папкой в руках. – Я подготовила целую презентацию.

– С удовольствием бы послушала.

– Слишком сырая идея, мама, – отговаривала Николь. – Мы финальный продукт покажем тебе.

– Жаль очень.

Петя поднялся из-за стола и посмотрел на грязную миску.

– Я уберу всё, – женская рука взяла край миски и осторожно положила в раковину.

– Спасибо за еду, – улыбнулся Петя.

– Общайтесь, развлекайтесь, ошибайтесь, – улыбнулась Елизавета Максимовна.

Ребята поднялись в комнату Николь и тихо защёлкнулись. Петя опустив нос сел у компьютера, а Скарлет скрестила свои руки и ноги на краю кровати. Нависла тишина.

– Как продуктивно! – возмутилась Николь. – Говорите или я смущу обоих!

– Прости меня! – одновременно произнесли ребята. – Это я извиняюсь! Ха-ха-ха-ха!

– Другое дело, – мулатка легла на живот на кровати. Обняла подушку.

– Я полночи не спал, – начал выговариваться Петя. – Вначале из-за стресса. Это «параграфическое» солнце… Как вспомню. Жуть! Бр-р-р-р! – он потряс руками. – Даже хотелось снова выпить пива. Мама всё высосала. Я так сильно злился на твою безответственность. Мы же говорили, что не стоит туда соваться. Предупреждали с Николь. Не зря всё отгорожено. Когда стало засасывать… Я держал тебя за руку, но боялся, что не удержу. Сам еле держался. Бедная Николь ногтями цеплялась за жизнь. Мы чуть не погибли, и это не смешно.

– Я плосто…

– Хочу договорить, – остановил её Пётр, указав пальцем. – Посмотрел глупых видосиков. Улыбнулся, немного отпустило. Наступила вторая половина ночи. Я думал о «еретиках», сколько классного мы наснимали. Как замечательно проводим время. Девочки – вы мои лучшие друзья. Да, этот эпизод был страшный, но мы пережили. Он уже всего лишь воспоминание. Мой брат был прав: «впечатление до конца жизни», – парень улыбнулся и покачал головой. – Я хочу оставаться еретиком. Вспоминаю свои слова и мне стыдно, Скарлет. Я был на эмоциях.

– Петя, я тебя полностью площаю, – она сложила руки на груди. – Хочу сама извиниться за своё поведение. Моя безответственность чуть не пливела к нашей гибели. Мне ужасно стыдно. Я ухожу в ласследования с головой. Поэтому тепель только безопасные плиключения. И нововведение, о котолом я долго думала: главным на канале будешь ты, - указала девушка на него.

– О, нет, – приподнялась Николь. – Теперь никакого веселья.

– Ты лидер «правдолюбов», – отнекивался Пётр. – Ты солнце, возле которого вращаемся мы с Николь.

– Ого, как завернул, – мулатке понравилось сравнение.

– Я оплошала!

– Просто прислушивайся к нам, – Петя наклонил корпус вперёд. – Будь собой.

Наступил странный момент. Пётр и Скарлет молча смотрели в глаза друг на другу. Лица выглядели расслабленными.

– Целуйтесь вы уже! – не выдержала Николь.

Ребята резко отдёрнулись, засмущались, отвели друг от друга взгляды.

– Ты вообще о чём?

– Мы плосто друзья!

– Подростки не взрослые, – бурчала мулатка. – Эмоции необузданы. Вчера враги, сегодня друзья.

– У многих взрослых так же, – добавил Петя и взглянул на руку Скарлет, пальцы которой стучали по жёлтой папке со стикером вопроса. – Ладно, Скарлет, знаю, как тебе не терпится. Теперь можешь!

– Вперёд, подруга! – Николь улеглась поудобнее.

Скарлет выскочила в центр комнаты:

– Ну, наконец-то, – зазвенели пластиковые браслеты на тонких руках. – Пелвое, что хочу сказать. Пётр сделал более тысячи фотоглафий феномена, но ничего не снялось. Фотоглафии либо чёлные, либо белые.

– Не может этого быть.

– Я поверю, – задумалась Николь.

– Ни одной фотоглафии!

Скарлет размашисто отстегнула свою жёлтую папку и достала оттуда стопку альбомных листов. Развернула первый, где под словом Ровичи были две стрелки. Под стрелками перечислены достопримечательности и странности. Украшен лист стикером с учителем. Она маркером указала направление: