Три еретика и тайна Рович

Глава 39. Место пересечения информации.

У места, где пересекались дороги Рович, переплеталась вся информация. Ее медленно обдумывал старик, который сидел на своей лавочке и заговаривал с каждым прохожим.

Деревянный навес среди берёз отгораживал от солнца. Пожилой мужчина с травинкой в зубах достал из сланцев босые бледные ноги и грел их в жарких летних лучах. Периодически взмахивал рукой, гоняя от себя мух.

– Дедушка Макей! Дедушка Макей! – примчались взволнованные ребята.

– Аль случилось чего, детки, детки-конфетки?

– Дедушка Макей, вы самый сталый и все знаете, – начала заход Скарлет. – Вы помогли многим своими мудлыми советами. Нам бы хотелось узнать ответы на некотолые воплосы.

– Знал… Знал, что сколо заявитесь ко мне, – беззубо улыбался седой дедушка. – Но я не болтун по сухому. Хочется что-нибудь взамен.

Петя посмотрел по сторонам и из пакета достал коньяк:

– Вот, держите.

– О, три звезды, – дедушка не стал церемониться и достал из кармана штопор. Снял плёнку с крышки. – А, тутэй обычная крышка. – Положил штопор обратно в карман и морщинистой рукой прокрутил крышку. С тихим хлопком бутылка отворилась.

– Вы плямо сейчас пить будете?

– Я слишком стар, чтобы откладывать. Кто знает, может и завтра нагрянет с косой, – он принюхался. – О, добротный. – прям с горла несколько громких, смачных глотков. Затем опустил бутылку и резко выдохнул. – Ух! Вот это лекарство для души! Всё пылает! – у дедушки закачалась голова.

– Вы про нас помните? – шагнула вперёд Николь.

– Да, детки, детки-конфетки, – старик смотрел этикетку. – На коньяке три звезды. Каждый из вас задаст по одному вопросу, - он ещё отпил. – Подумайте хорошо, а я попытаюсь ответить. Время у вас, пока не захмелею, а на жаре быстро накрывает.

– Кто такой «инкогнито»? – не подумал Пётр.

– Я не знаю, что значит «инкогнито», – скривился дед и показал два пальца. – Осталось два вопроса.

– Э! Так не честно! – Пётр в возмущении надул щёки и скрестил руки.

– Сам виноват, надо думать.

Николь приоткрыла рот и её картавая подруга подняла указательный палец, символизируя паузу.

– Николь, ничего не сплашивай пока, – Скарлет накручивала палец в свои длинные волосы. – Я плидумала воплос.

– У вас, юные красотки, не так много времени, – взгляд деда Макея окосел.

– В цер-р-ркви хр-р-ранился свиток с истолическими данными. Где он сейчас?

– Отличный вопрос, юная Скарлет. Действительно хороший. Ну что ж, я обещал ответить, – он сделал маленький глоток и поднял сухую руку, указывая направление. – В «Бездонный колодец» бросили.

– Сложно будет достать, – задумался Пётр.

– Я поняла, что нужно ещё спросить, – зазвенели брослеты Скарлет.

– О, нет у каждого по одному вопросу. И время у вас на исходе, – дед стал подпевать. – Голова, моя голова, крутится, как земля…

– Что содержится такого в свитке, чего мы не знаем? – выдала Николь.

Скарлет кивком одобрила вопрос.

– Оттуда вам нужны Фёдор Иванович и Павел Фёдорович, – наклонился он к ребятам всем корпусом и качнулся. – Слышали о таких?

– Нет.

– Их фамилия Аповичи, это дед и батька нашего Алексея Павловича. Ох, и веселились мы с Федей. Зачётный мужик был. Как-то однажды мы так надрались, всех баб гоняли. Те тоже, специально дальше сеновала не убегали.

– Я впелвые слышу их имена, – Скарлет повернулась к друзьям. – Хотя сплашивала пло Аповичей у папы с мамой. Они всю жизнь здесь прожили.

Дед поднял палец вверх, а потом указал на проселочную дорогу. По ней мчалась спортивная иномарка фиолетового цвета. В ней Отец Ярослав возвращался из столицы. Он кивнул молодёжи и помчался дальше, поднимая пыль с дороги.

– Отец Ялослав в этом замешан? – Скарлет задала вопрос без ответа.

Дедушка Макей замолк, откинулся назад и захрапел.

– Еле успели, – прокомментировал Петя. – Нужно попытаться пробудить.

– Возвлащаемся, – махнула Скарлет.

– Куда? – переглянулись правдолюбы.

– В целковь, – бодро зашагала девушка.

– Если бы это был сериал, то мне бы не понравилось, что зрителя гоняют туда-сюда, – бурчала Николь.

– Вдруг там такое, что снесёт крышу, – схватился Петр за голову.

– Тогда ладно.

Ребята отошли, а дедушка Макей приоткрыл один хитрый глаз:

– Мне в старости проблемы не нужны. Только это мог вам сказать, детки, детки-конфетки.