Три Луны: Судьба истинной пары

Глава 8: Лунный Лиственник

Ночь превратилась в кошмарный водоворот. Я снова бежала по парку, где погибла Эмилия, но на этот раз за мной гнались не заражённые — луны. Они падали с неба, раскалываясь на осколки света, каждый из которых вопил голосом моей подруги: «Почему ты бежала, Тея? Почему не спасла меня?» Я падала на колени, царапая землю, пока пальцы не окровавились. В самый отчаянный миг сквозь тьму прорезался голос — низкий, хрипловатый, знакомый:
«Дыши. Я здесь».
Тепло разлилось по груди, кошмар рассеялся, как дым. Я проснулась в поту, сжимая одеяло. Дариан? Но в комнате никого не было. Только три луны сияли в окне, будто хранители моего сна.

— Нора, — сказала я утром, когда служанка принесла платье с тройной вышивкой, — мне нужно что-то проще. То, в чём можно ходить по саду.

Нора прищурилась, но кивнула. Через несколько минут она вернулась с нарядом цвета молодой листвы. Ткань была плотной, без излишеств, но на вороте и по подолу шли тонкие золотые нити, вышитые в виде одного волчьего следа — знак гостей, принятых под защиту клана.

— Альфа ждёт тебя к завтраку, — сказала она, помогая мне облачиться.

Спускаться по лестнице я боялась. Впервые за всё время двери столовой были распахнуты. Дариан сидел во главе стола, освещённый лучом солнца, пробивавшимся сквозь витражи. Его короткие чёрные волосы отливали синевой под светом, а на лице читалась усталость правителя. На нём был тёмно-синий камзол с серебряными узорами в форме сплетённых ветвей — символ мудрости Альфы. Золотые глаза поднялись на меня, и уголок губ дрогнул в намёке на улыбку.

— Ты выглядишь... спокойнее, чем вчера, — сказал он, указывая на стул рядом.

Я села, скрестив пальцы под столом.
— Я не спала. Снились... странные вещи.

— Я чувствовал твоё беспокойство, — тихо ответил он, наливая мне травяной чай. — Связь между нами крепчает. Даже во сне.

— Это не связь, — буркнула я, глядя в чашку. — Просто усталость.

Он не стал спорить. Мы ели молча: овсянку с мёдом, фрукты, похожие на земные груши, но с серебристой кожицей.

— Сегодня я покажу тебе Сад Памяти, — нарушил тишину Дариан. — Там растут деревья из праха тех, кого мы потеряли. Возможно... там есть место и для Эмилии.

Я чуть не выронила ложку.
— Ты позволишь мне посадить там что-то в её память?

— Сад помнит всех, кто жил с добрым сердцем. — Он встал, подавая мне руку. — Пойдём. Я знаю, что для неё подойдёт.

По пути он рассказывал:
— Сад Памяти — не просто кладбище. Это живой архив. Каждое дерево здесь — история. Лунные липы плачут смолой-слезами, когда кто-то вспоминает умершего с болью. А цветы Ночная Лилия распускаются только под красной луной, излучая свет тех, кто ушёл слишком рано.

Я сжала край платья.
— А если я посажу там что-то? Это... останется навсегда?

— Навсегда, — кивнул он. — Даже если наши миры исчезнут.

У входа в Сад он остановился. Перед нами раскинулся лес из деревьев с корой, переливающейся всеми оттенками ночи. Между стволов мелькали светлячки-духи, а воздух пах сиропом и дождём. Дариан протянул мне горшок с ростком. Его листья были прозрачными, с прожилками жидкого света, а стебель пульсировал в такт моему сердцу.

— Это Лунный Лиственник, — объяснил он. — Когда вырастет, его цветы будут пахнуть ванилью и корицей — запахом детства и надежды. А ночью листья превратятся в кристаллы, отражающие звёзды так, будто небо касается земли.

Мы выкопали ямку у самого края Сада, где ещё не было деревьев. Я опустила росток в землю, чувствуя, как корни касаются моих пальцев ледяным поцелуем.

— Эмилия любила ваниль, — прошептала я, вытирая слёзы. — Она всегда добавляла её в кофе, даже когда я говорила, что это слишком...

Голос предательски дрогнул. Дариан не обнял меня — просто положил ладонь на плечо. Тёплую, тяжёлую, как якорь.

— Она была сильной, — сказал он. — Она спасла тебя. Такие, как она, не исчезают. Они становятся частью мира.

Мы постояли в молчании. Где-то в листве зашептали листья, повторяя имя Эмилии.

— Я хочу узнать больше о вашем мире, — наконец сказала я, вытирая лицо. — Где у тебя библиотека?

Дариан усмехнулся и повел меня обратно в особняк.

Библиотека поражала масштабом. Стены уходили вверх, теряясь в тумане, а вместо лестниц по воздуху парили каменные плиты с выгравированными рунами. Книги не лежали на полках — они плавали, переливаясь обложками цвета заката. Одна из них подлетела ко мне, но Дариан поймал её в воздухе.

— Не все тома безопасны для человеческих рук, — предупредил он. — Вот раздел о географии и истории. Читай здесь.