Три Меченосца. Книга вторая. Царь Алого огня.

Глава пятнадцатая

Глава пятнадцатая.

Началось строительство плотины. Острые секиры гномов были здесь как нельзя кстати. Магия Тригорья и чудесные способности русалов Алубехира тоже пригодились. Но, тем не менее, у реки была своя воля, и она подчинилась не сразу. Создание плотины отняло у защитников Брода восемь тяжелых дней и бессонных ночей. Неукротимая река была все-таки покорена, и деревянная запруда принялась за свое дело. Оннар начала мало-помалу расширяться в берегах.

И вновь настало нестерпимое время ожидания. День за днем тянулись в напряженном безмолвии. Все взоры устремлялись на дальний берег реки, который был теперь еще дальше, потому что на месте недавнего брода образовалась широкая заводь. С противоположного берега еще не дышал холодный ветер, вестник угрозы, но тревога, как и ранее, таилась в сердце каждого воина. И каждый понимал, что рано или поздно враг придет, и что, как бы внезапно это ни произошло, нужно быть готовым  — и телом, и духом.

Дни постепенно становились все холоднее. Созданный защитниками Брода пруд уже покрывался тонкой коркой серебристого льда. Поначалу мороз схватывал только у берега, но затем стал понемногу пробираться к середине реки.

Время шло. Тянулись хмурые однотонные дни, взметенные снегами, охваченные морозами, и в беспокойных снах пролетали темные ночи. Наступил январь, и морозы заковали реку в толстые ледяные оковы. Уже за середину перевалили дни второго месяца зимы, когда случилось небольшое событие, благодаря которому разорвалась бесконечно долгая последовательность неотличимых друг от друга дней. В то прохладное пасмурное утро Фокрэл, как обычно, стоял на стене в глубоких раздумьях и бросал мимолетные взгляды за реку. Внезапно он услышал переполох в лагере.

Военачальник Хилта немедленно спустился с укреплений и в скором времени уже шел между шатров в сторону нарастающего шума. Вокруг Главного Капитана Гавани собиралась толпа. Акиткер в силу своего немалого роста возвышался над всеми остальными. И Фокрэл увидел ворона на его вытянутой руке. Когда-то его черное оперение красиво блестело, но теперь бедняга был взъерошен и растрепан, и, по всей видимости, немало перьев он потерял.

— Агдар возвратился! — радостно хохотал Акиткер. — Как же я волновался за тебя, дружище. Ты едва живой? Что же такое приключилось с тобой?

Он осторожно провел ладонью по его оперению, но и после этого оно не перестало топорщиться.

— Позволь-ка, почтенный Акиткер, — послышался голос Авироктала.

Король гальпингов вышел из толпы и приподнял лапу ворона, к которой был привязан небольшой свиток, которого Акиткер, похоже, на радостях не разглядел.

Авироктал бережно отвязал послание и развернул лист слегка размокшего пергамента. Толпа сомкнулась еще теснее. Самые любопытные взгляды норовили заглянуть за плечо короля Хилта.

— Это из Хоромходэка, — молвил Авироктал.

Радостное перешептывание покатилось по толпе, но внезапно прекратилось, когда все увидели, как помрачнело лицо короля. Через некоторое время он стал читать послание вслух:

«Славьтесь, доблестные защитники Гэмдровса!

Я, Король и Властитель Залесных Земель, Толибар, сын Толлатанана, извещаю, что зуосорейны ваше послание получили. Нами о войне оповещен Холм, сын Молота, властелин Береговых Гор. Ныне мы объединяем силы и в скором времени выступим в боевой поход. Все дороги чересчур длинны, за исключением одной. То путь через Вирлаэсс. Посему, после долгих совещаний мы порешили идти на штурм темных твердынь Омраченного Королевства, а именно Алката и Линаля.

Вам же да помогут силы Поднебесья!

Король Хоромходэка».

Долго еще царило молчание. Смысл короткого послания не обрадовал никого.

— Нападение на Вирлаэсс! — раздался возглас в толпе. — Бросок в самое осиное гнездо! Что движет ими? Безумство?

Это был глава передового отряда халов.

— Отвага, Оросс! Отвага движет ими! — возразил вышедший из толпы Албин. — Я преклоняюсь перед мужеством короля Толибара и восхищен его решимостью. Гномам Береговых Гор я также выражаю почтение! Жалею лишь об одном: что я не с ними.

— У каждого свой путь и свое место в жизни, — промолвил волшебник Хордайн. — Тебе, храбрый Албин, суждено быть здесь и именно здесь принимать участие в этой великой войне.

— Увы! — опустил голову Албин. — Однако мой меч ковали не для того, чтобы ждать, но для того, чтобы действовать.

Авироктал был исполнен печали.

Линалю им лучше и вовсе не приближаться.

— У них не было иной дороги, — раздался голос Экгара. — Все остальные, как написал Толибар, слишком длинны. Они сделали верный выбор.

Верховный Маг только сейчас прибыл к месту всеобщего скопления и не сводил глаз со свитка в руках Авироктала.

— Но подмоги из Залесья уже можно не ждать, — вздохнул король Хилта и свернул послание.

— Мы ее в любом случае не дождались бы, — вставил Акиткер. — Кабы южане отправились иными путями, то война за время их похода к нам, скорее всего, уже успела бы завершиться. Но при таком раскладе дел, мощь супостата, возлегшая на нас, может ослабнуть, когда на юге появится еще одно место столкновения Света и Тьмы.

— Верное слово ведешь, Акиткер, — согласился Экгар.

— Верное-то верное, — опять подал голос Оросс. — Одно только худо: не ощутим мы того послабления.

— Кто знает, — пожал плечами Авироктал.

Экгар подошел ближе к Акиткеру, чтобы осмотреть ворона. Маг посмотрел в черный глаз Агдара и промолвил:

— Твой ворон попадал в большую передрягу. Ибо летел он сюда через землю врага.

— Что с ним случилось?! — ужаснулся правитель Гавани.