Три подвига Марьи Моревны

4 глава

Вопреки истории и географии Новгород стоял совсем близко от моря, башенки его церквей виднелись с берега. Хотя может это и не море было на самом деле, а Ильмень-озеро, морем названное по невежественному недоразумению?

Спортивной Марье этот, казалось бы, недолгий путь дался, на удивление, не легко. Толи холмистый горизонт обманывал её ощущение дальнего и близкого, толи дело в том тяжёлом костюме, в который её нарядили. Это было традиционное русское платье до пола, с бармой (широким воротником, отдалённо похожим на древнеегипетское ожерелье) и рукавами свисающими с локтей. Обилие узоров, золота, серебра, драгоценных камней, жемчугов и пушнины заставляло Марью чувствовать себя, ходячим расписным ларцом с драгоценностями. И таким же тяжёлым.

Енисей же был одет в гораздо более лёгкую одежду, наподобие халата, и шёл куда более бодрым шагом. Марья не очень разбиралась в национальных костюмах, поэтому не могла определить к какому именно народу принадлежит Енисей. Ясно только, что сибирскому, река ведь в Сибири протекает. Любопытно спросить, да не хочется с этим нахальным надзирателем разговаривать. В любом случае, такой наряд вкупе с монголоидными чертами лица на фоне древнерусского города очень ярко выделялся.

- Что смотришь? – смешливо поинтересовался Енисей, щуря переливчатые глаза.

- Думаю, какая же мы колоритная парочка. И как много привлечём ненужного внимания.

***

Внимания они привлекли изрядно. Царевны, догадывалась Марья, тут обычно по улицам не ходили, чужеземные лучники тоже. Царь, что не мог отправить следить за ней кого-нибудь понезаметнее? Хотя какой толк в незаметном, когда сама выглядишь, как новогодняя ёлка.

- Долго до дома Садко? – спросила она, стараясь игнорировать пялящихся на неё городских.

- Да далёко. Он, как у Царя Морского «погостил», так дом свой подальше от моря построил.

Марья хмыкнула. Да, хороши связи у отца.

- А скажи-ка, насколько заявление Морского Царя о том, что этот купец мне поможет, самонадеянно?

- Поможет. – уверенно ответил Енисей. – Садко очень гордый человек, любящий славу, пиры и богатство. А Змей Горыныч ему, как там в твоём времени говорится, всю малину обламывает.

- Ты откуда знаешь, как в моём времени говорится?! – обернулась девушка так резко, насколько позволяла плотная ткань, и сверкнула глазами.

- А я через гладь реки, могу посмотреть на её отражение в людском мире. И подслушать через неё болтовню рыбаков и шатающейся без дела молодёжи. Интересное занятие. Но ты этим способ домой вернуться не сможешь. – догадался он о ходе её мысли. – О чём я говорил? А, точно! Помочь-то Садко нам поможет, да толку от его помощи не много. Сильно сомневаюсь, что нужные вещи лежат у него в закромах, но где они есть, он может знать.

- Что ж, надеюсь, что он не поскупиться на пару коней. Пешком я дальше идти не могу. Не в этом точно.

Вообще человеку попавшему в сказочный мир, положены быть более восторженным, но усталость и предчувствие неминуемой смерти, не отпускавшее девушку ни на секунду, сделало её абсолютно равнодушной и к мощённым каменным улицам, и к резным домикам, и к виднеющемуся княжескому дворцу.

А у Садко дом был не хуже дворца. Всё в нём выдавало в хозяине пижона, способного дать фору всем нынешним миллионерам с их ваннами из чёрной икры. Точнее, будущим. Точнее, иномирцам. Тфу, как всё запутано!

Двухэтажный дом из камня с колонами, в окнах настоящие стёкла, не бычьи пузыри. Диковинные предметы интерьера со всего света, по всей видимости, собирались здесь, как иные люди собирают на своём холодильнике коллекцию магнитов. Причём некоторые из них явно были не из двенадцатого века. Или какое у них тут столетие имитировано?

Садко оказался мужчиной средних лет, с кучерявой коричневой бородой и на лицо сытым образом жизни. Точнее на живот. Одет с нарядную рубашку с вышитым солнышком, драгоценный пояс удерживающий внушительное пузо, атласные штаны, начищенные сапоги и алый плащ.

- Здравствуйте, государыня Марья Моревна! – сказал Садко, фальшиво улыбайтесь, узнав кто нанёс ему визит. – Будьте моей гостей! Извольте чаем угоститься.

По старой русской традиции, под «угоститься чаем» подразумевался ломящийся от угощений стол. Собственно, на этот раз Марья была совсем не против. Прошлым вечером она съела только кусочек пирога, а с утра ей и вовсе кусок в горла не лез. Так что любые слова были отложены, пока она не приговорила миску ухи и два калача с черёмухой. Садко терпеливо ждал, хотя по глазам видно было, очень хотел, как можно скорее, от них отвязаться.

- В общем так. – сказала Марья, отодвигая тарелку. – Морской Царь послал меня убить Змея Горыныча, достать молодильные яблоки и взять в плен Кощея Бессмертного. Я не знаю ни одного способа сделать это. Возможно, вы знаете?

Садко почесал бороду.

- Меч вам нужен, ясно дело. Для битвы со змеями более всего подходит Кладенец. Но у кого он сейчас не знаю, знаю только, что последним он принадлежал Добрыне Никитичу.

- А поручить убийство Змея Добрыне вы не могли потому что..?

- Почил он. Два года уж как.

У Марьи в груди похолодело. Воображаемая смерть за её спиной крутанула косой.

- Отчего, если не секрет?

- Слухи ходят, он с ведьмой водился, та его со свету и сжила, когда он на Настасье Микулишне развестись и на ней жениться отказаться. – Садко прочистил горло. – Врут, конечно. Не стал бы богатырь с нечистой дел иметь! Эээ, не в обиду вам! – поспешно добавил он.

Точно, она же тоже тут в статусе нечистой. Не стоит забывать об этом факте, мало ли, сколько тут предвзятых богатырей водится.

- Может Меч Кладенец вдове в наследство достался? Настасья Микулишна ведь поленица, верно? – спросила Морева.

- Скорее всего. Его деревня здесь недалеко, два с половиной дня на коне ехать. Я вам на карте отмечу.

- Может и коня тогда одолжите?

- Двух. – напомнил о себе её старательно игнорируемая нянька. Он участия в разговоре не принимал, предпочитая наблюдать за «спектаклем» со стороны.