Три правила дружбы

Глава 3

Два месяца спустя…

Сегодняшний майский день оказался весьма тёплым. Пока я добралась до дома сначала на автобусе, а затем от остановки, уже даже успела немного вспотеть, хотя на мне была только блузка с коротким рукавом и пиджак, а ещё клетчатая юбка чуть выше колен. Форма с гербом старшей школы города Тэджон и с вышитым именем. Она мне уже немного тесновата, потому что осталась с прошлого года, хотя многие в этом году купили новую. А мне мама сказала, что ещё нормально влезаю и нет смысла тратиться на покупку новой, ведь и этой даже на следующий год хватит. Я знала, что форма слишком дорогая, зато качественная. Но мы не могли позволить себе даже дополнительные курсы в академии, чтобы подготовиться к суныну[1] – вступительному экзамену для поступления моему старшему брату. Поэтому, скорее всего, придётся просто перешить пуговицы. А с академией и я в пролёте буду, зато наша староста Чон На Ри давала мне свои старые тетради, и я занималась по ним до позднего вечера. Она начала готовиться к суныну ещё с прошлого учебного года.

Возвращаясь домой после уроков, заметила, что солнце уже клонилось к горизонту, но ещё было светло. Мама обещала прийти пораньше. И я надеялась застать её дома. Хотя пыталась несколько раз дозвониться и писала, пока ехала в автобусе, но оператор отвечал: «Абонент временно недоступен», а сообщения остались непрочитанными. Мама в последнее время много времени проводила на работе. Возможно, устроилась на вторую, чтобы всё же заплатить за курсы в академии для брата? Этого не знала, потому что мы обычно об этом старались не говорить. Просто понимала, что ей трудно воспитывать нас одной.

– Я дома! – разувшись внутри, поставила школьную обувь на полочку, так как мама любила порядок и всегда строго за этим следила. Я надела комнатные тапочки и прошла в гостиную. Бросила рюкзак возле дивана и отправилась на кухню.

У нас в доме была простая обстановка. Как и у других среднестатистических корейцев. Мы с братом многого не требовали от мамы, потому что понимали, как ей тяжело одной содержать нас. Когда брат поступит на стипендию в хороший университет, то ей станет намного проще.

Никто не отозвался, и я решила, что дома никого нет. Рисоварка сообщила, что рис готов. Как раз вовремя. Я уже успела проголодаться. Но сначала решила переодеться. Форму лучше беречь. Другую мне никто не купит.

У нас был небольшой дом. На втором этаже находилась моя комната и гостевая, которая больше походила на склад забытых вещей. Однако, моя спальня весьма уютная. Здесь располагались кровать и стол, а ещё шкаф. На стенах висели плакаты любимых к-поп групп и актёров. В маленькое окно напротив стола можно наблюдать за небом, хотя на это времени всегда недоставало. Но иногда я занималась на крыше, где небо гораздо лучше видно. Мы там обычно развешивали стирку или устраивали барбекю на выходных, так как дворик перед домом у нас совсем маленький. Но заниматься на крыше в тёплое время года мне нравилось гораздо больше. Нужно же когда-то дышать воздухом.

Переодевшись в джинсы и толстовку, спустилась на кухню и насыпала себе тарелку ещё горячего риса. Из холодильника достала контейнер с кимчи и села за стол. Нужно быстро поесть и готовиться к тесту по корейскому. Жаль, что мяса не было, но я надеялась, что мама вечером приготовит что-то вкусненькое.

Но не успела я проглотить и пару ложек каши, как дверь открылась.

– Я дома! – раздался голос Су Хвана. А через несколько секунд брат появился на пороге кухни.

– Как прошёл день? – спросила у него, вставая. – Рис будешь?

– Я не голоден, Су Ён, – устало протянул он.

– Тебе нужно хорошо есть, чтобы сдать экзамен.

– Это не поможет, – он развернулся и пошёл в сторону своей комнаты.

Я догнала его, выглянув из кухни:

– Мама скоро вернётся? Она обещала, что сегодня придёт пораньше.

– Я не знаю, – буркнул Су Хван и закрыл за собой дверь своей комнаты, на которой висела табличка с чудаковатой надписью: «Здесь живёт зомби. Просьба не беспокоить».

Конечно, понимала, что у брата сейчас сложный период. Подготовка к экзамену отнимает очень много сил и времени. Он практически не спал. Я переживала, что Су Хван сорвётся, как и многие. Мне в следующем году предстояло это испытание, но сейчас хотелось поддержать брата, а он этого явно не хотел.

Вернувшись на кухню, села перед тарелкой и, набрав в ложку риса, снова нашла в телефоне номер мамы. Поднеся ложку ко рту, нажала кнопку вызова. Пошли гудки, а затем голос сообщил, что абонент недоступен. Возможно, мама чем-то занята?

Тревога не давала покоя. Обычно она всегда отвечала или перезванивала. В крайнем случае писала, если занята чем-то. Но сейчас не отвечала на звонки и сообщения. Может она вовсе отключила телефон? Что-то случилось? Ко мне незаметно подкрались тревожные мысли.

Не выдержав, пошла к спальне Су Хвана. Выждав несколько секунд, постучала в дверь.

– Оппа[2], я не могу с мамой связаться, – сказала, стоя у двери, когда она не открылась. – Может с ней что-то случилось? Ли Су Хван!

Дверь резко распахнулась, чуть не сшибив меня с места. Брат выглядел раздражённым. Наверное, ему не нравилось, что я мешаю заниматься.

– Что ты хочешь от меня услышать? – слегка грубоватым тоном ответил брат. – Су Ён, занимайся своими делами и не лезь в это.