Три свидания с врагом

Глава 6: Разоблачение

Сон прервала резкая боль в лодыжке. Нога, туго перебинтованная эластичным бинтом, напоминала о вчерашнем «подвиге» в лесу, но эта боль была ничем по сравнению с тем, что творилось у меня в груди.

Соседняя половина огромной кровати была идеально гладкой. Холодной.

Я медленно села, спустив ноги на пушистый ковер. На тумбочке, рядом с моим плюшевым медведем, лежала записка. Почерк Артура был таким же, как он сам: резким, размашистым и безжалостно четким.

*«Уехал на встречу с егерями. Будь готова к 10:00. Завтрак с Воропаевым, затем выезд в город. Стилисты привезут платье для вечернего приема сразу в офис. А.»*

Ни «доброе утро». Ни «как твоя нога?». Ни «извини, что вчера вел себя как бесчувственный чурбан».

— Ну что, мишка, — хрипло прошептала я, поглаживая плюшевое ухо игрушки. — Операция «Снежная Королева» началась.

Я с трудом доковыляла до ванной. В зеркале отразилась бледная девушка с темными кругами под глазами. Вчерашняя магия, когда он нес меня через лес, когда его дыхание обжигало мне шею, казалась сном. Реальностью был Пункт 4. И генеральный директор Белов, который испугался собственных чувств и спрятался за броней из цинизма.

***

Завтрак прошел в атмосфере, которую можно было резать ножом. Или колоть лед для виски.

Виктор Петрович Воропаев, сияющий и румяный после утренней охоты, ничего не замечал. Он был слишком занят, намазывая джем на тост и расписывая прелести семейной жизни.

— Артур, мальчик мой, я видел, как ты нес ее вчера! — грохотал он, подмигивая нам обоим. — Вот это я понимаю — мужчина! Настоящая забота. В наше время молодежь при первой же трудности вызывает Uber, а ты — на руках, через чащу!

Артур сидел напротив меня, идеально выбритый, в кашемировом свитере, который стоил как почка моего брата. Он даже не смотрел в мою сторону.

— Алиса — ценный... человек, — произнес он, сделав микроскопическую паузу перед словом «человек». Я знала, что он хотел сказать «актив». — Я не мог допустить, чтобы травма усугубилась перед подписанием.

— Ох, брось эти свои корпоративные штучки! — отмахнулся Воропаев. — Кстати, о подписании. Я решил не тянуть. Бумаги готовы. Сегодня вечером, на гала-ужине в честь закрытия сезона, мы все оформим официально. Под вспышки камер, как ты и хотел.

Артур напрягся. Его пальцы, сжимавшие чашку с кофе, побелели.

— Сегодня? Мы планировали через неделю.

— Зачем ждать? — Воропаев широко улыбнулся мне. — Глядя на вас двоих, я понял: этому бизнесу нужна такая энергия. Вы меня убедили.

Я выдавила из себя улыбку, чувствуя, как кусок круассана встал поперек горла. Мы победили. Дима спасен. Но почему же мне хочется разрыдаться прямо в эту тарелку с яйцами пашот?

***

Дорога до Москвы заняла три часа, и за это время мы не сказали друг другу ни слова. Артур вел машину, погруженный в телефонные разговоры через гарнитуру. Он обсуждал котировки, слияния, риски. Я сидела рядом, баюкая больную ногу, и смотрела на пролетающие за окном серые пейзажи.

«Логово Саурона» встретило нас привычной стерильной прохладой. Но времени на рефлексию не было. Едва мы переступили порог, как на меня накинулась команда стилистов.

— Артур Александрович распорядился: образ должен быть «сдержанно-роскошным», — щебетала девушка с розовыми волосами, затягивая меня в корсет темно-синего платья. — И никаких каблуков, учитывая травму. Мы подобрали элегантные балетки с кристаллами.

Я была куклой. Манекеном. Активом, который готовили к продаже.

Пока мне укладывали волосы, я полезла в свою сумку, чтобы проверить телефон — Марина прислала десяток сообщений с вопросами о «горячем уикенде». Я искала помаду, но пальцы наткнулись на плотную папку во внутреннем кармане.

Сердце пропустило удар.

Контракт. Мой экземпляр. Я взяла его с собой в Завидово, потому что хотела перечитать пункт о штрафах, когда мы ехали туда, и в суматохе с ногой совсем забыла выложить.

Я быстро сунула папку глубже. Нельзя, чтобы кто-то увидел. Вечером, после приема, я спрячу его в сейф.

***

Гала-ужин проходил в одном из самых пафосных банкетных залов Москвы-Сити. Хрусталь, живая музыка, официанты, скользящие между гостями как тени. Воздух был пропитан ароматом дорогих духов и запахом больших денег.

Артур был безупречен. Смокинг сидел на нем как влитой. Он держал меня под локоть — жест, который со стороны выглядел как поддержка любящего мужа, но я чувствовала лишь стальную хватку тюремщика.

— Улыбайся, — шепнул он мне на ухо, когда нас ослепили вспышки фотографов. — Воропаев смотрит.

— Я стараюсь, — процедила я сквозь зубы. — Но моя нога пульсирует в такт музыке, а твое эго занимает слишком много места в этом зале.

— Потерпи. Еще два часа, подписи на бумаге, и ты свободна. Получишь свой чек для брата.

Его слова резали больнее, чем скальпель. Свободна. Значит, он уже считает часы до момента, когда сможет избавиться от меня.

Воропаев махал нам с другого конца зала, окруженный свитой юристов. Сделка века должна была состояться через полчаса на сцене.

— Мне нужно в дамскую комнату, — сказала я, высвобождая руку. — Припудрить носик и проверить повязку.

— Пять минут, Алиса. Не заставляй меня нервничать.

Я, стараясь не хромать, направилась к выходу из зала. В просторном холле было тише. Я зашла в туалетную комнату, отделанную мрамором, и оперлась руками о раковину, глядя на свое отражение.

— Ты справишься, Воронина, — прошептала я себе. — Ради Димы.

Дверь за спиной открылась. Я ожидала увидеть случайную гостью, но в зеркале отразилось лицо, которое я меньше всего хотела видеть.

Виктория Стеллатова.

Она выглядела как хищная птица в своем алом платье с разрезом до бедра. Но самое страшное было не в ее взгляде, а в том, что она держала в руках.

Знакомая серая папка.

Моя сумка осталась в гардеробной VIP-зоны. Я оставила ее там всего на десять минут, пока мы приветствовали гостей.