Три тысячи ли за край бездны

Глава 2

Лесная дорога петляла между высокими соснами, ветви которых, покрытые инеем и тонким слоем первого снега, скрипели под порывами холодного ветра. Земли клана Су, расположившиеся на севере империи, встречали середину осени суровой зимой: земля промёрзла, а редкие хлопья снега кружились в воздухе, оседая на ветвях и укрывая тропу белёсой дымкой.

Торговый караван двигался медленно, колёса повозок оставляли глубокие борозды в ледяной корке, покрывшей дорогу, и лошади шумно фыркали, выдыхая клубы пара. Их копыта громко хрустели по замёрзшей грязи.

Караван был скромным — всего три повозки, груженные рулонами плотного шёлка, мешками с сушёными травами и ящиками со специями. Десяток охранников в тёмно-синих ханьфу с вышитым знаком клана — парящим журавлём — шагали по бокам, их руки лежали на рукоятях мечей, а глаза настороженно шарили по теням леса. Банды грабителей нередко промышляли в здешних краях. Возницы, кутаясь в шерстяные плащи с капюшонами, молчали, лишь изредка подгоняя лошадей тихими окриками.

В центре процессии ехал молодой господин Су Ван Хи, наследник боковой ветви клана. Его повозка выделялась среди других: резные панели красного дерева блестели лаком, а шёлковые занавеси, колышущиеся на ветру, были расшиты серебряными нитями. Он сидел внутри, скрестив руки, и смотрел в узкую щель полога. Худощавый, с острыми скулами и бледной кожей, он казался моложе своих девятнадцати лет. Длинные чёрные волосы были собраны в небрежный узел, закреплённый нефритовой шпилькой, а тёмные глаза сверкали смесью удовлетворения и усталости. Плащ из плотной шерсти с меховой оторочкой грел его худые костлявые плечи, а на поясе висел короткий меч с рукоятью, инкрустированной драгоценным зелёным камнем.

Лес вокруг дышал холодом. Караван неспешно продвигался вперед. Солнце, укрытое плотной завесой туч, находилось в самом зените, а значит до того, как тьма опуститься на лес оставалось по меньшей мере шесть часов. За это время они рассчитывали въехать в город. До него оставалось всего лишь порядка семи-восьми ли.

Внезапно воздух разрезал свист. Дротики с чёрным оперением вылетели из зарослей, быстро и точно, врезаясь в дерево и плоть. Первый угодил в плечо охранника у передней повозки — он вскрикнул, выронив меч, и рухнул на колени, зажимая рану. Второй пробил ногу возницы, заставив его вскрикнуть и выпустить поводья. Лошади заржали, повозки остановились, и из теней выскочили разбойники — дюжина фигур в рваных плащах, с лицами, укрытыми тёмными тряпками. Их клинки, кривые и зазубренные, сверкнули в тусклом свете, а движения выдавали сноровку, не свойственную простым бродягам.

— Не подпустите их к повозкам! — крикнул старший охранник, выхватывая меч, но его голос прервался, когда разбойник с топором прыгнул вперёд и рубанул того обухом по груди. Удар отбросил стража назад, он упал в снег, задыхаясь от боли. Другие охранники бросились в бой, но разбойники действовали слаженно: двое отсекли путь к дороге, третий метнул кинжал, попав в руку ещё одному стражу, заставив его выронить оружие и отступить, гневно шипя.

Сердце Су Ван Хи подскочило к горлу. Он выскочил из повозки, сжимая свой меч обеими руками. Его лицо побледнело, волосы выбились из узла, но он шагнул вперёд, подняв клинок дрожащими руками.

— Кто посмел напасть на клан Су?! — Его голос сорвался на высокой ноте, выдавая страх.

Из тени выступил главарь разбойников — высокий, худой, с длинным изогнутым мечом в руках. Лицо его скрывала маска из грубой ткани, оставляя открытыми лишь тёмные глаза, полные насмешки и холода. Он двигался с лёгкостью хищника, и его низкий, хриплый смех разнёсся над дорогой, заглушая стоны раненых.

— Клан Су? — Он сплюнул в снег. — Я вижу здесь только мальчишку с дорогой игрушкой.

Злость вскипела в Су Ван Хи. Адреналин ударил в голову, и он, почти забыв о страхе, бросился вперёд, рубанув мечом сверху вниз, но главарь уклонился одним плавным движением, словно предвидел удар. Его клинок мелькнул, выбив оружие из рук юноши с резким звоном — меч отлетел в сторону, вонзившись в сугроб. Не успел Су Ван Хи опомниться, как разбойник схватил его за длинные волосы, рванув вниз с такой силой, что тот вскрикнул и рухнул на колени. Главарь швырнул его лицом в снег, наступив грязным сапогом на распущенные чёрные пряди. Юноша зашипел от боли и почувствовал, как слезы наворачиваются на глаза.

— Смотрите, какой господин! — Он наклонился ближе, его голос был полон издёвки. — Где твоя гордость теперь, а? Может, тебе поклониться нам? Тогда я подумаю над тем, чтобы оставить тебя в живых — Он потянул волосы сильнее, заставляя Су Ван Хи выгнуться, и пнул его в бок, не сильно, но достаточно, чтобы тот зашипел от боли. — Ну же, господин Су, покажи, как ты умеешь просить пощады!

Су Ван Хи дёрнулся, пытаясь вырваться, его пальцы вцепились в землю, но он не мог и пошевелиться. Главарь хмыкнул, выпрямляясь, и кивнул своим людям. Разбойники принялись обшаривать повозки, сбрасывая мешки на землю и вскрывая ящики с глухим треском.

- Что ж, усмехнулся он, очень жаль, но я передумал, - Услышав радостные восклики товарищей, обнаруживших знатный улов, он занес клинок, чтобы рубануть им по шее Су Ван Хи.

В этот момент кусты справа затрещали, точно от порыва ветра. Тонкий свист прорезал воздух, и серебряные иглы, легкие и острые, вонзились в двоих разбойников — один схватился за плечо, выронив клинок, другой за бедро, отступив с хриплым стоном. Остальные обернулись, сжимая оружие, их глаза метались между деревьями.

Из зарослей шагнул неизвестный путник — невысокий, в потрёпанном сером плаще, с длинными тёмно-каштановыми волосами, закрывающими половину лица. Его серые глаза — холодные, как зимнее небо — блеснули в полумраке, а за поясом виднелись свёртки с травами и маленький кожаный мешочек с порошками. В руках он держал ещё одну иглу, а на плече висела потёртая сумка. Он был не более чем странствующий лекарем, однако глаза его не выдавали ни тени сомнения или страха.