Три взгляда Владимира Корфа, или Любви все возрасты...

Часть 17

  Эпилог. 2 года спустя     

  Владимир стоял у двери и старался громко не смеяться, уткнувшись лицом в Анин пиджак. Ему так хотелось подойти к жене, стиснуть её в объятиях, зацеловать, залюбить, но услышав начало истории, он решил её дослушать, и теперь, сгорбившись от еле сдерживаемого хохота, он слушал возмущённый голос тёти Вари.      

 - И шо этот ваш огрызок щастя мне пристроил? Мы вчера пошли на море. Лиза с Катюхой, Наташка с пузом и я с Данькой. Спустились по нашей лестнице – помнишь? – я его и сумку поставила передышаться. Пока сумку поправляла, смотрю, возле меня шо-то тихо. А он вже возле старого кафе надыбал лужу, плюхнулся в неё, сидит и калапуцается в воде! В памперсах! И шо ты смеёшься? Я ж пёрла их потом до моря, как лошадь: малóго подмышкой, лужу в памперсе.     

  Аня открыто смеялась, завалившись назад на высокую диванную подушку.      

 - А шо он вытворил на днях? Ты Кефирчика помнишь? Ах, какой из него получился красивый собака! Так эта шелупень повадился таскать из его миски кости! И шо ты думаешь? Он носит их по двору и прячет в Петиных нотах! Тот так орал! А Даня смотрит на него и бежит за новой порцией! Поверь мне, из этого ребёнка таки будет толк! Он переплюнет и дедов, и дядю! Он таки талантлив от рождения! В его возрасте так активно интересоваться нотами!      

 Владимир тихо снял туфли и сделал несколько шагов вперёд. В этот момент раздался Варин вопль:

 - Данька, шоб тебя! Оставь Кефирчика в покое! У него нет запасного хвоста! Анечка, г'олубка, я тебе перезвоню!      

 Аня усмехнулась и медленно закрыла ноутбук.      

 - Здравствуй, любимый! – она потянулась к Володе и, схватив мужа за плечи, медленно опустилась назад. Владимир опёрся на согнутую руку и уткнулся лицом ей в грудь, зацепил зубами лёгкую майку и спустил её вниз, обнажая сосок.      

 - М-м-м, я и не рассчитывал на такой десерт. Хотя так по тебе соскучился.      

 Аня распахнула глаза и, выгибаясь, тихо прошептала:      

 - Но сегодня утром мы с вами очень хорошо виделись.

 - Хм, у меня молодой организм, он может скучать по нескольку раз в день…      

 И их закружил ураган нежности и страсти.      

 Вот уже неделю они были одни в большом доме. Тётя Варя и дядя Андрей уехали на юг, к морю, забрав с собой Корфов-старших и Корфа-младшего. Даниилу Владимировичу Корфу исполнилось полтора года и его бабушки с дедушками решили, что он должен побывать в городе своих южных предков. А заодно «подзаг'ореть и поправиться», как говорила тётя Варя. Аня наслаждалась тишиной и спокойствием, ежедневно получая отчёт о проделках своего сорванца по скайпу. Владимир отрабатывал последние дни после принятых экзаменов, в театре закончился сезон, шли обычные занятия и репетиции, солисты получили отпуска и Анна отдыхала. Скоро жизнь опять забурлит, закружит её в своём водовороте, но сейчас она будто перенеслась домой, к морю, где стояла жара, навевая на всех сон и лень. На всех, кроме её неугомонного сына. Этот карапуз, купающийся в обожании всех окружающих его взрослых, рос шустрым, добрым и любящим всех и всё. Он делился своим печеньем со всеми артистами балета, предлагал свои игрушки солистам и педагогам, помогал нажимать на педали пианистам и танцевал, неуклюже повторяя движения мамы и «дяди Сасы». Дочь «дяди Сасы» Дашка была старше его на целых полгода и иногда позволяла младшему Корфу побаловать себя соком и новой игрушкой, но относилась к нему несерьёзно, что, однако, совершенно не отражалось на его отношении к ней. Живущий в атмосфере всеобщей любви и нежности, он так же одаривал всех людей вокруг него своей радостью и неунывающим настроением. Теперь в этот круг любимых и нуждающихся попали его многочисленные южные родственники, что несказанно радовало его и иногда немного раздражало окружающих. Но видя эти наивно распахнутые глазёнки, сердиться на него было совершенно невозможно, поэтому все вздыхали после очередной его проказы и ждали следующую. В том числе и Кефирчик.      

 Володя вышел из душа и прыжком плюхнулся на постель, уткнувшись лицом в подушку и положив руку на Аню. Затем быстро поднял голову и поцеловал её в живот. Она тихо рассмеялась и взъерошила ему волосы на затылке.      

 - Ты такой же, как и твой сын.      

 - Мелкий и проказливый?      

 - Нет, нежный и любимый. Как прошёл день?      

 Владимир перевернулся на спину, сел и облокотился на подушки, обнимая жену и прижимая её к себе.

 - Всё нормально. Экзамены закончились, сегодня выпускной у Сергея Степановича состоялся. Я так понимаю, что Соня, Пашка и Лиза с Катей останутся у вас в театре. Сашка звонил, сказал, что они блестяще танцевали. Он, кстати, с Машей и Дашей тоже к вашим едут где-то недельки через две. Наташке полезно будет посмотреть на то, что её ожидает зимой! А Андрей Петрович поупражняется, как с детьми нянчиться!      

 - Там мама с папой помогут. Помнишь наше море? Знаешь, а давай тоже махнём на юг, а?      

 - Давай, только чуть позже. Я закончу все дела на кафедре, а все как раз освободятся. Отпуска в этом году практически у всех одновременно, так что твоим весело будет, только Оболенские чуть задержатся, у Амалии Людвиговны новый набор, она теперь полностью за девчонок отвечает.      

 Аня вздохнула и закрыла глаза.