Три жемчужинки Марлоу

Глава 2. Альбертина Марлоу.

Глава 2. Альбертина Марлоу.
В комнате, отведенной под класс, за широким блестящим фортепьяно сидела, вкладывая всю силу и эмоциональность, девочка. По ее темно – синему платью раскинулись светлые кудри, повязанные в цвет платья ленточкой. На беленькой шее блестело гранатовое колье, а на запястье виднелось несколько браслетов, благодаря которым по комнате проносился приятный звон при резком движении руки. Девочка, а лучше было бы ее назвать настоящей леди, опустила длинные черные ресницы и, сжав губки, сосредоточилась на пожелтевших от времени клавишах. Рядом с ней стояла невысокая полноватая женщина, с коротко подстриженными волосами, мелкими, но очень внимательными, глазками, следившими за каждым движением девичьей руки.
Внезапно за дверью послышались четкие, заставляющие вздрогнуть шаги. Дверь класса резко распахнулась, и на пороге комнаты появилась высокая женщина. Ее темные волосы были закручены в строгий пучок, поверх которого была надета сеточка, а серое платье с оборками прекрасно сидело на тощей фигуре. В ее внешности не было ничего привлекательного: стеклянный холодный взгляд, слегка вздернутый носик, тонкие, плотно сжатые губы. Мисс Лонгман сначала взглянула на играющую, а потом, посмотрев на рядом стоящую женщину, сделала знак взглядом, что стоит уйти. Миссис Нельсон, учительница музыки, тут же покорно склонила голову и поспешно покинула класс.
Тем временем музыка стала становится все тише и тише, и наконец играющая устало опустила руки. Тем временем мисс Лонгман прошла вдоль класса и остановилась напротив девочки.
-Альбертина, - холодно начала она, - сегодня ты меня не впечатлила своей игрой.
-Тетя, но я старалась, , как могла, - последовал ответ.
-Альбертина! Ты не старалась, обманывать меня незачем.
-Тетя, но я вложила все силы в игру, как вы и говорили, - подняв расстроенные глаза на непреклонную женщину, ответила Альбертина.
-Помимо силы должна быть чувствительность. Ты не чувствуешь музыку. Ты просто бьешь по клавишам, как маленькие дети по мячу.
-Тетя, но это неправда! – с горячностью воскликнула девочка.
-Правда или нет – решать явно не тебе, - отрезала мисс Лонгман и добавила. – Через час у тебя занятия французским, за это время займись шитьем.
Мисс Лонгман еще раз пристально посмотрела на племянницу и, резко встав, вышла из классной комнаты.
Тем временем Альбертина подошла к шкафу и, открыв его, достала свое незаконченное шитье. Присев на стульчик возле стены, девочка, склонив голову, стала делать хитрые движения иглой, тем самым получая узор, постепенно превращающийся в цветочный орнамент. Признаться честно, с шитьем у Альбертины никогда не складывалась дружба. Девушке с трудом давалось вышивание или шитье в целом, но нельзя было противоречить суровой тете.
Несмотря, казалось бы, на всю невинность этих действий, на душе у юной Альбертины, как говорится, «скребли кошки». Иногда на белый лоскуток ткани подали соленые капельки, и по комнате разлеталось шмыганье носом. Альбертина не любила плакать и позволяла себе такое крайне редко – словом, только тогда, когда была эмоционально истощена, как в этот день…