Тридцать четыре Ёжки для Кощея. В погоне за женихом

Глава 32

Завидев нас, двое стражей поспешили открыть ворота и, низко кланяясь, расступились в стороны.

Пройдя по аллее, обсаженной по бокам раскидистыми лиственницами, мы вышли к величественному строению. Круглые башенки, резные окна со ставнями, широкие, грубо обтесанные деревянные ступени — все это напомнило мне, как давно я не была в гостях у подруги. Все было таким родным и незнакомым одновременно!..

Двери в хоромы открылись, к нам вышел царский глашатай, облаченный в темную ливрею, и зычно возвестил:

— Милостивый государь ждет вас, мил…

— Мира! — с радостным воплем перебила его появившаяся подруга. Чуть не сбив мужчину с ног, она по ступеням понеслась вниз.

Переведя взгляд с меня на Драгомира, Савина нерешительно остановилась на последней ступеньке. Ее взволнованный взгляд то и дело возвращался к обнимающей меня руке Кощея. Смутившись, я попыталась отодвинуться, однако Драгомир по этому поводу, кажется, не испытывал никаких затруднений, и отпускать меня не пожелал. Он невозмутимо взирал на Савину, отчего и она в итоге стушевалась.

— Я отойду? — спросила у Кощея, желая до встречи с государем перекинуться парой слов с подругой.

— Ненадолго, — после небольших раздумий согласился Драгомир. Убрав руку с моей талии, прежде чем меня окончательно отпустить меня, он счел нужным мрачно напомнить: — Нас ждут.

— Конечно, — нахмурилась я, не понимая произошедшую в нем резкую перемену настроения. Увидев, каким тяжелым и пристальным взглядом он смотрит на Савину, я поняла, что он не доверяет ей. Это, видно, из-за того, что она приняла предложение Елисея стать его женой. Отчасти я понимала ее, королевич — видный парень. Но ничего сказать в защиту подруги не успела — подхватив под руку, Савина уволокла меня в сторону виднеющейся среди построек конюшни.

— Все Кощеи такие красавцы? Вы вместе? Ты вернулась насовсем? Где Зиги? — забросала меня вопросами Савина.

— С Зигуриуса сняли заклинание, — рассеяно ответила я и обернулась, как раз, чтобы увидеть спину Драгомира, переступающего порог замка.

— Как? — недоверчиво переспросила подруга. Она была единственной, кому я доверила его тайну.

По пути к конюшне я вкратце поведала, как попала в Кощеево княжество, как с Драгомиром отыскала лилию, и как он помог мне расколдовать королевича.

— Зиги остался в княжестве под защитой Князя Велимира, — закончила я, останавливаясь перед дверью, ведущей в конюшню.

Рядом, в пристроенном загоне, лениво прохаживались лошади. Их огромные бока не лоснились на солнце, а сами они выглядели перекормленными. Нечесаные хвосты и гривы лошадей скатались в грязные колтуны.

— Кто-нибудь ухаживает за лошадьми? — ужаснулась я, осматривая открывшееся моим глазам безобразие.

— Станислав, — горделиво сообщила подруга и внезапно покраснела. Искать нового конюха не пришлось — он сам вышел к нам из конюшни.

— Савина! — радостно выдохнул он и, подскочив к нам, сграбастал подругу в объятия. Впрочем, заметив меня, он тут же опомнился, быстро убрал от нее руки и отступил на несколько шагов. — Простите, принцесса, — покаянно произнес Станислав. Зато глаза его, светившиеся обожанием, говорили другое.

Я начинала понимать, почему лошади находились в таком запущении. Голова конюха была забита мыслями о подруге, куда ему о живности думать!

— От Миры не нужно скрываться, — поделилась с ним Савина и, неслышно ступая, подошла к нему. — Она поможет нам сбежать.

Сбежать?! Стоп! Я же только вернулась!

— Когда? — спросила я, заранее зная, что не смогу отказать влюбленной подруге. После этого царь меня точно сошлет к Кощеям. Путь домой мне будет заказан.

— Мы не будем сбегать, — упрямо возразил конюх и запустил пятерню в рыжие, до плеч, вихры. — Я не возьму тебя в жены, Савина, не получив благословения твоего отца.

Благородный порыв парня невозможно было не уважать, но такими темпами подруга состарится, пока он получит благословение царя.

— Он никогда не согласится на наш брак. Батюшка скорее выдаст меня за Елисея, — почти прошептала принцесса, едва не плача.

— Разве ты не должна с ним пройти венчальный обряд?.. — ошарашено уточнила я, пытаясь понять, что вообще происходит.

— Мирочка, это все папенькины происки, — пожаловалась подруга, пряча глаза на груди парня. — Я отказала Елисею.

— Государь может образумиться. — Обняв подругу, конюх провел рукой по ее спине, но Савина не желала успокаиваться.

— Ты не любишь меня, — укоризненно протянула она и, вырвавшись из его объятий, подбежала ко мне.

Схватив за руку, Савина потащила меня обратно к хоромам.

— Я люблю тебя! — крикнул нам вдогонку парень.

Не оглядываясь, подруга продолжила идти вперед, оставляя позади свой шанс на счастье.

— Савина!— позвала я подругу и остановилась, вынуждая, остановится и ее. В поднятых на меня глазах отчетливо читалось: «Что еще?» и я не стала медлить: — Станислав прав, сбегать и скрываться — не лучшее решение.

Со стороны дорожки, присыпанной гравием, послышался хруст. Конюх неспешно, словно боясь спугнуть подругу, подошел к ней.