Тридцать восемь квадратов

Глава 9. Корни

Прошла неделя. Маша вошла в какой-то ритм — вставала в семь, завтракала, шла в школу. Возвращалась к трем или к шести, в зависимости от смены. Готовила ужин на одного человека — непривычно маленькие порции. Проверяла тетради. Читала. Ложилась спать.

За стеной Лена постепенно обживалась — грохот стал реже, но по вечерам через стену доносилась музыка. Джаз, блюз, иногда что-то французское. Однажды Маша постучала — попросить сделать тише, но Лена открыла дверь с бокалом вина в руке и таким виноватым лицом, что Маша не выдержала и рассмеялась.

— Простите, — Лена сделала музыку тише прямо с порога. — Я просто... когда одна, мне нужен какой-то фон. Тишина давит.

— Понимаю, — кивнула Маша. — Я не против музыки, честно. Просто стены тонкие.

— Куплю наушники, обещаю, — Лена отпила вина. — Хотя... хотите зайти? У меня красное открыто, неплохое. И я как раз думала — надо же поблагодарить соседку за помощь с переездом.

Маша хотела отказаться — завтра рано вставать, тетради не проверены. Но услышала себя:

— Почему бы и нет.

Так началась традиция. Раз в несколько дней Маша заходила к Лене на чай или кофе — иногда на бокал вина. Они не говорили о личном постоянно, чаще просто сидели, обсуждали новости, книги, работу. Лена устроилась бариста в крупную сеть кофеен — не свое дело, но платили прилично, и график был гибкий.

— Знаешь, что забавно? — сказала она однажды, когда они сидели на ее балконе, куря сигарету — Лена курила, Маша просто составляла компанию. — Я думала, что после развода буду рыдать каждый вечер. Скучать по совместным ужинам, по тому, как он храпел рядом, по его носкам на батарее. А вместо этого я... свободна. И это немного пугает. Настолько хорошо, что страшно.

— Почему страшно? — спросила Маша.

— Потому что я семь лет строила жизнь вокруг другого человека. Планировала выходные с учетом его желаний, готовила то, что он любит, смотрела фильмы, которые он выбирал. А теперь выбираю только я. И я будто забыла, чего хочу на самом деле.

Маша молчала, смотря на вечерний город. Огни в окнах, машины внизу, чья-то жизнь в каждой освещенной точке.

— Я тридцать лет не знала, чего хочу, — сказала она наконец. — В первом браке была женой, которая должна родить ребенка. Не родила — развелись. Во втором была матерью чужих детей. Делала то, что нужно им. А чего хотела я... — Она покачала головой. — Не знаю. До сих пор не знаю.

— Тогда будем учиться вместе, — Лена затушила сигарету. — Заново. Как будто нам по двадцать, и впереди вся жизнь.

В пятницу вечером позвонила Ева. Маша колебалась, глядя на экран, но все-таки ответила.

— Маша! — голос девушки был взволнованным. — Ты наконец взяла трубку. Я уже думала, ты... ты совсем с нами не хочешь говорить.

— Просто нужно было время, — Маша прошла на балкон, прикрыла дверь. — Что случилось?

— Я хотела спросить... ты придешь на мой день рождения? Мы хотели собраться — семьей. Папа, Никита, Ника, Алина с Алисой. И... и мама.

Кира. Конечно.

— Ева, я не думаю, что это хорошая идея, — медленно произнесла Маша.

— Пожалуйста, — голос девушки дрогнул. — Ты же знаешь, я никогда не праздновала толком. В прошлом году мы просто поужинали дома, ты помнишь? Ты испекла тот торт с маракуйей, мой любимый. А в этом году я хочу... я хочу, чтобы все были вместе. Все, кто важен.

— Ева...

— Я знаю, это тяжело. Знаю, что ты обижена. Но, Маша, ты же понимаешь — ты мне тоже важна. Ты была рядом все эти годы. Ты моя... — Она запнулась. — Неважно, как это назвать. Просто приди. Пожалуйста.

Маша закрыла глаза. Представила этот вечер — она за одним столом с Сашей и Кирой. Вежливые улыбки, натянутый разговор. Кира на своем месте, в своем доме, с ее детьми.

— Где будете праздновать?

— В ресторане, — быстро ответила Ева. — Не дома. Я специально забронировала столик в "Гранате", помнишь, ты туда хотела сходить? Папа сказал, что оплатит все. Будет просто ужин. Несколько часов. И ты сможешь уйти, когда захочешь.

— Когда?

— В следующую субботу. В семь вечера.

Маша представила, как откажет. Как Ева расстроится, заплачет. Как Никита будет уговаривать ее передумать. Как Ника пришлет сообщение: "Ну пожалуйста, приди хоть ненадолго".

И она устала отказывать. Устала прятаться.

— Хорошо, — сказала она. — Я приду.

— Правда?! — Ева выдохнула с облегчением. — Спасибо! Спасибо, Маша! Я так рада. Это будет... это будет хорошо. Обещаю.

Когда они попрощались, Маша осталась стоять на балконе, глядя в темноту. В соседнем окне зажегся свет — Лена вернулась с работы. Через минуту заиграла музыка — тихая, ненавязчивая.

Маша постучала в стену — три раза. Их условный знак: "зайти можешь?"

Музыка стихла, через минуту раздался стук в дверь. Лена стояла на пороге в форме кофейни, уставшая, но улыбающаяся.

— Что-то случилось?

— Есть вино? — спросила Маша.

— Всегда, — Лена шагнула в квартиру. — Сейчас принесу.

Они сидели на полу Машиной комнаты — почему-то так было удобнее — спинами к дивану, с бокалами в руках.

— Меня пригласили на день рождения, — сказала Маша. — К девочке, которую я вырастила. Будет вся семья. Включая ее биологическую мать и моего... бывшего мужа.

— И ты согласилась? — Лена отпила вина.

— Согласилась.

— Зачем?

Маша задумалась.

— Потому что Ева попросила. Потому что я не хочу, чтобы они думали, будто я сломалась. Будто спряталась и не могу даже встретиться с ними.

— А ты можешь? — мягко спросила Лена.

— Не знаю, — честно ответила Маша. — Но хочу попробовать.

Лена кивнула, покрутила бокал в руках.

— Когда я в первый раз встретила бывшего после развода — случайно, в супермаркете — у меня начался приступ паники прямо у витрины с йогуртами. Он подошел поздороваться, а я... я не могла дышать. Убежала, бросив корзину. — Она усмехнулась. — Теперь мы спокойно здороваемся. Даже кофе выпили как-то. Время лечит. Банально, но правда.