Трихолог для босса

Глава 8. Милена

Что мне сказать матери? Как я ей все это объясню?

Вот с этими невеселыми мыслями я пошла в сторону дома и поднималась по лестнице. Мама у меня довольно строгих правил, и мне предстоял серьезный разговор.

Сочинить ей правдоподобную сказку с тем, чтобы она не сильно нервничала? Но ведь мама у меня не дурочка, она сразу же раскусит свою нерадивую дочь. Что же делать?

Поднялась наверх и уже собиралась было расстроиться и забояться, как увидела на пороге расплывающуюся в улыбке родительницу. С недоверием прищурилась. Это что такое?

— Доченька! Я тут за хлебом ходила, пока ты бегала. Ты почему не сказала, что у тебя такой молодой человек появился?

Меня даже не так удивил факт ее похода за хлебом в место, где ни одного магазина с продуктами в помине не было, как то, что она назвала восточного босса «молодым человеком».

— Он не молодой человек, он пациент!

— Ну, да, ну, да. Понимаю! Сердечное дело, раз он к тебе лично приехал в выходной. Какие у него жалобы?

— Э-э-э… Он уговаривает меня избавить его от облысения. Чтобы я лично все контролировала и жила с ним для того, чтобы делать лично все процедуры.

И зачем я все это сказала?! Надо было соврать, надо было придумать какую-то более похожую на правду ложь. Да она в такую дурь ни за что не поверит! Но мама у меня не один год выбивать аппаратуру в министерство лично ездила.

— Правда? Надо соглашаться! У него костюм такой, наверное, платить будет хорошо, да наверняка опыта наберешься.

Моя челюсть рухнула куда-то в район плинтуса. Слов не осталось — одни лишь эмоции. Это что это? Моя родная мать сбагрила меня на растерзание этому красавчику? Кстати, пора прекратить его так называть.

Восточный пациент. Восточный босс. Наглый босс. Просто миллионер. Самовлюбленный.

— Мам, ты что, это же рабство! Да я не продаюсь!

— Это понятно, сколько дал времени вещи-то собрать? Давай поторапливайся, такие важные люди ждать не станут.

— Но мама! — искренне шокировалась и я.

Да она соседскую дочку так отчитала, когда та целовалась в подъезде, что мне захотелось паранджу надеть и сексом только после свадьбы заниматься.

— А вдруг он ко мне начнет приставать?

— Доченька, ты у меня, конечно, умница и красавица, но давай смотреть правде в глаза. Вряд ли такого мужчину в постели будут интересовать неопытные хорошие девочки. Думаю, ему есть с кем разрядить обстановку.

Остановите землю. Я сойду. Такой подставы от родной матери я не ожидала. Ладно, этот нахальный тип считал меня недостойной его чресел, но мамочка! Я же всегда была для нее самой лучшей!

Прямо-таки захотелось доказать, что я все могу. И в постель уложить такого красавца тоже. Вот как захочу… Так, стоп. Вообще-то программа нашего общения интима не предполагала.

— То есть, ты даешь добро?

— Конечно! Тем более, я верю, что за такие вопиюще необычные услуги моя доченька как минимум запросила какое-то обучение заграницей.

Я зарделась. Это да, это я умела. Теряясь от похвалы родной матери, смущенно добавила:

— Даже два.

— Ну, вот и не теряй своего шанса! Благословляю! То есть желаю удачи на этой работе. Тем более, пациент, судя по всему, тебе достался уж очень непростой.

И она неожиданно подмигнула мне. Снова стала пунцовой. Мама у меня была мировая. Божий одуванчик с тонкой душевной организацией с одной стороны, но когда дело касалось каких-то важных моментов, то и покусать могла.

Отец всегда про нее говорил, что это самый хрупкий цветок на свете, но только с алмазными лепестками. Вот такая вот странная история.

А дальше мы пошли собираться. В какой-то момент мне показалось, что мама увлеклась. Пока я паковала форму врача, которой у меня накопилось порядком, она достала с десяток платьев. В том числе с выпускного.

Когда она зашла в комнату с чехлом, в котором виднелись золотистые блестки, я скептически выгнула бровь. Скрестила руки на груди, а та тут же сказала:

— Ну, да, пожалуй, тут я слегка переборщила. Как ты думаешь, то голубое платьишко, что ты покупала на день рождение…

— Мама, я иду туда работать!

Но та лишь махнула рукой. Кто в нее вселился? Она уже несколько лет была с почестями отправлена на пенсию. Посвятила себя мне, хозяйству и скандинавской ходьбе с подружками.

— Работать двадцать четыре на семь ты не будешь. Так что не забывай, что ты молодая и привлекательная девушка. Может, на тебя друг этого пациента какой обратит внимание!

Закатила глаза. Вот этого мне не надо, ведь я была намерена через пару месяцев самой активной терапии показать мужчине результат и улететь в Штаты, например. Отличный план, между прочим!