Тринадцать даров.
Глава1.
Утро началось с кофе и трупа. Я, Илья Рюпченко, следователь по особо важным, глотал чёрную жижу из термоса, пока машина неслась к Центральному парку. Коля за рулём молчал — знал, что я не люблю разговоры до первого осмотра. Парк встретил тишиной. Старые липы стеной, аллеи в утреннем тумане, скамейки пустые. Труп лежал на спине в трёх метрах от пешеходной дорожки, прямо на газоне, руки раскинуты, лицо синюшное. Дорогой костюм, итальянские туфли, а в правой руке — старый диктофон, весь в царапинах, будто его грызли. Олечка, судмедэксперт, уже колдовала над телом. — Что скажешь? — спросил я, приседая рядом. — Признаков насилия нет, — она повернула голову трупа. — Отёк лёгких, асфиксия. Сердце здоровое, яда нет. — Мог захлебнуться? — Мог. Но тогда почему здесь, в парке? — Олечка сняла перчатку. — Илья, диктофон странный. Старый, царапанный, а кнопки новые. Будто специально состарили. Я взял диктофон в пакете. — Документов нет, — сказал Коля, подходя. — Ни телефона, ни бумажника. Чисто. — Дорогой костюм, обувь ручная работа, а документов нет? — я поднялся. — Ограбили, но обувь и пиджак оставили? — Или сам пришёл, — пожала плечами Олечка. — Без вещей. В три часа ночи. В парк. Я посмотрел на диктофон. На царапины, похожие на следы когтей. На лицо неизвестного, застывшее в странном спокойствии. — Что за херня? — я вздрогнул, пряча диктофон в карман. — Коля, начинай розыск. Снимки по базе. Нужно имя и фамилия. — А если нет совпадений? — Значит, он не из наших. Тогда через камеры, одежду, всё. Я повернулся к Олечке: — Давай срочно гистологию. Лёгкие и следы на шее. Она кивнула. Я отошёл к машине, достал диктофон, покрутил. Не включал. Что-то останавливало. Слишком правильно он лежал в мёртвой руке, слишком чётко царапины складывались в знаки, которых я не понимал. — Коля, — позвал я, убирая диктофон в бардачок. — Держи курс на управление. У нас есть труп, странный диктофон и ни одной зацепки, кто этот мужик. Значит, начнём сначала.
Отредактировано: 01.04.2026
Добавить в библиотеку 