Тринадцатая с половиной

ГЛАВА 3. Пир на весь мир, или Ужин в стиле фьюжн

На следующее утро Лану разбудил не будильник, а настойчивый, как долг по ипотеке, стук в дверь. В её покои вкатилась целая группа слуг, возглавляемая всё той же неумолимой фрейлейн Хильдегардой. На их лицах читалась смесь страха, любопытства и какого-то нового, почти суеверного почтения.

- Пора вставать, Тринадцатая! — скомандовала Хильдегарда, отдернув тяжелые портьеры с таким скрипом, будто она открывала портал в иное, очень шумное измерение. Ослепительный солнечный луч ударил Лане прямо в глаза. — Испытание Кулинарного искусства начинается через два часа. Вам предоставят всё необходимое на общей кухне. Не опозорьте… в общем, просто не опозорьтесь.

- А нельзя просто заказать пиццу? — пробормотала Лана, зарываясь лицом в подушку, которая пахла лавандой и вековой пылью. — С доставкой? У вас тут с голубями-почтальонами все в порядке?

Ответом ей было ледяное молчание и взгляд, способный заморозить лаву. Пришлось вставать.

***

Общая кухня оказалась помещением, достойным съемок фильма ужасов о конвейере смерти. Гигантские медные котлы, в которых, казалось, можно было сварить целого бегемота, булькали на огне. На вертелах с треском жарились тушки неведомых существ, покрытые перьями и чешуей одновременно. Повсюду лежали груды странных овощей: сизые корнеплоды, напоминавшие мозги инопланетян, пурпурные помидоры с шипами и грибы, светящиеся в полумраке. Воздух дрожал от жара десятка печей, гудел от суеты двух десятков претенденток и их свиты и был густо пропитан запахами десятков специй, от одного вдыхания которых слезились глаза и щипало в носу.

Герцогиня Изабелла, облаченная в белоснежный шелковый фартук поверх бархатного платья, командовала целой бригадой поваров, как генерал перед решающей битвой.

- Аккуратнее с трюфельным соусом из пещер троглодитов! — гремела она. — Он должен томиться ровно семь полных оборотов песочных часов! И чтобы ни грамма магического инея с вершин Химринга не пропало!

Эльфийка Аэлинвиэль, сидевшая за соседним столом, не готовила, а, казалось, занималась высоким искусством и цветоводством одновременно. Она что-то нашептывала росткам пшеницы, которые на глазах превращались в идеальный, золотистый багет, а ягоды в её руках наливались неестественно ярким, почти ядовитым соком.

Лане указали на самый дальний, закопченный и явно нелюбимый стол, где лежали самые жалкие, никому не нужные обрезки: та самая сизая корнеплодина, лук, напоминавший старую высохшую тряпку, и внушительный, но неаппетитный кусок сала с остатками щетины.

- Ваши ингредиенты, кандидатка Тринадцать с половиной, — с ядовитой насмешкой сказала Изабелла, проходя мимо с подносом, уставленным филигранными закусками. — Надеюсь, ваш «нестандартный подход» включает в себя умение готовить из ничего. Или, может, вы снова планируете всё съесть сами? Только предупреждаю, сырое сало — это тебе не чистящий эликсир, последствия будут серьезнее.

Лана проигнорировала её сарказм. Она с тоской смотрела на сало. Мысли лихорадочно метались, перебирая скудный кулинарный арсенал. «Жареная картошка... но картошки тут, черт возьми, нет. Пельмени... теста нет, мяса нет. Сделать яичницу... яиц, блин, тоже нет!» Паника начинала подбираться к горлу.

И тут её взгляд упал на небольшую, но крепкую чугунную сковороду, висевшую на стене. А потом — на горшок с грубой мукой. И в голове, словно вспышка, возник образ из детства: бабушка на кухне в деревне, запах печки и жареного лука...

- Мне нужна мука, вода, соль и... масло для жарки, — сказала она подошедшему пажу, подростку с веснушками по всему лицу.

Паж смотрел на неё с нескрываемым интересом, словно на диковинное животное.

- Что вы хотите приготовить, госпожа? Может, я принесу что-то еще? У герцогини Изабеллы есть лишний фазан...

- Нет, нет, — Лана покачала головой. — Я буду готовить самое просто, но сытное блюдо. Называется... — она на секунду задумалась, — «Ретро лепешка».

И Лана принялась за работу. Пока другие творили кулинарные симфонии с шестинотными аккордами, Лана устроила на своем углу кухни настоящий панк-рок. Она с силой замесила тесто, не следуя никаким канонам, просто смешав муку с водой и щепоткой соли. В качестве начинки она изрубила тот самый жалкий лук и сало, добавив для солидности и надежды на вкус какую-то ароматную травку, похожую на чабрец. Получившуюся неказистую лепешку с начинкой она отправила в печь, прямо на раскаленные угли.

Запах, потянувшийся от её «творения», был далек от изысканных ароматов трюфелей и эльфийских ягод. Пахло дымом, жареным салом, простой, грубой и честной едой. Некоторые девицы морщили носы, как от вони паленой шерсти.

Через некоторое время Лана извлекла из печи закопченную, но румяную и аппетитно пузырящуюся лепешку. Она выглядела... съедобно. По крайней мере, для человека, пережившего студенческие годы и дальние походы.

В этот момент в кухню, как ветер в паруса, вошел церемониймейстер.

- Претендентки! Парад блюд! Наш верховный и неизменный дегустатор, великий и ужасный дракон Игнис, уже восседает в тронном зале и жаждет трапезы!

«Дракон?!» — удивилась Светлана. — «Только дракона для полного счастья мне не хватало!»

Началась финальная суета. Претендентки накрыли блюда серебряными крышками и с помпой понесли в тронный зал. Лана просто положила свою дымящуюся, пахнущую дымом лепешку на простую глиняную тарелку и отправилась следом за толпой расфуфыренных красоток.