Тринадцатое мая

2. Тревожная ночь и трагическое утро

5. Ночь с вампирами

- Интересно, сколько тут жильцов, кроме нас, - вслух размышлял Антон, с интересом разглядывая красотку с кувшином.

- Тот, который за дверью справа, какой-то странный, - заметил Ларионов, с внутренним содроганием вспоминая лысую слюнявую физиономию с вздёрнутым куцым носом, будто у черепа.

- Похож на психа или вурдалака, - согласился Григорьев. – Не зря хозяйка попросила запереться.

Они умылись водой из ёмкости и готовы были уже ложиться спать, когда ясно услышали поворот ключа в замке.

Антон быстро выхватил тяжёлый канделябр из рук мавра и, распахнув дверь, оказавшуюся уже незапертой, убедился, что коридор пуст. Однако он догадывался, откуда мог прийти злоумышленник. Крадучись подойдя к первой правой двери, Григорьев осторожно подёргал массивную медную ручку. Войти не удалось. А изнутри не доносилось ни звука. Женька, тоже выйдя в коридор, с беспокойством наблюдал за действиями Антона.

- И что толку запираться, если у этого чокнутого есть ключ? – заметил Григорьев, вернувшись в спальню. - Придётся забаррикадироваться. Ещё повезло, что дверь открывается внутрь.

Он окинул взглядом помещение и принял решение переставить к двери комод. Однако сдвинуть с места тяжёлый предмет мебели оказалось непросто. Лишь выгрузив часть горючих камней, они сумели кое-как доставить комод к двери. Ларионов прекрасно осознавал, что его усилия были чисто символическими, основную тяжесть трудов брал на себя Антон. Засыпав вновь в ящик выгруженные камни, они второй раз сделали попытку улечься спать, но их покой продолжался недолго.

Снова послышался поворот ключа в замке, а потом дверь начала поддаваться интенсивному давлению из коридора. Тяжёлый комод упорно отстаивал неприкосновенность спальни, но взломщик был очень настырен. Сантиметр за сантиметром дверь отвоёвывала пространство, и вскоре в узкую щель заглянула уже знакомая неприятная личность. Антон с Женькой не стали терпеть наглого вторжения и бросились на помощь комоду. Пытаясь сдвинуть мебель на прежние позиции, Григорьев убедился, что ему противостоял не один взломщик, а двое. Через узкую щель он разглядел пару лысых субъектов, на которых почти не было одежды, если не считать замызганных набедренных повязок. Бледные тела были тощими, но силы этим активным уродам было не занимать. Ещё Антон заметил, что негодяи были вооружены острыми серпами. И один даже попытался достать его изогнутым лезвием, но Григорьев ловко уклонился. Ценой немалых усилий комод был снова водворён на место, а взломщики, похоже, убрались восвояси.

Однако Антон с Женькой прекрасно понимали, что в покое их не оставят. Самое правильное было бы спуститься вниз и разобраться с хозяйкой замка, оставившей их в столь весёлой компании. Но пускаться в плаванье ночью и искать самим некий Остров Пещерных Охотников было совсем бесперспективно, поэтому решили потерпеть до утра. И тут Ларионову пришла в голову идея положить в роскошную постель статуи, а самим спрятаться за пологом позади кровати и посмотреть, что из этого выйдет.

Когда Антон взялся нести в постель беломраморную красотку, Женька вдруг понял, почему эта статуя показалась ему знакомой:

- Слушай, это же Венера Милосская, только с руками, - удивлённо сказал он Антону. - Вот уж не думал, что она могла держать кувшин.

- Бедняга слишком долго его держала, и руки оторвались, - прокомментировал Григорьев, укладывая статую под одеяло так, чтобы кувшин не торчал вверх.

Рядом разместили мавра, которому так и не вернули его подсвечник. Теперь оставалось убрать лишнее освещение. Камни в камине залили водой, а пару оставшихся светильников догадались погасить специальным колпачком. В комнате наступила почти полная тьма, лишь из-под тяжёлых штор окна едва пробивался тусклый ночной свет. Прихватив пару подушек и покрывало, ребята отправились за кровать, там, под защитой спускающегося полога, у них получилось уютное убежище.

На этот раз их противники запаслись терпением и не показывались довольно долго. Однако вскоре дверь вновь начала тихо отодвигать комод. Антон на всякий случай взял в руку отобранный у мавра тяжёлый канделябр, а Женька вооружился кочергой, взятой у камина. Они старались сидеть в своём укрытии неподвижно, но по тихим шагам в спальне догадались, что взломщики просочились внутрь. Шорох послышался с обеих сторон кровати, а потом раздался скрежет металла по камню. Похоже, что убийцы начали резать статуи, принимая их за спящих гостей. Однако очень скоро негодяи начали повизгивать и подвывать, понимая, что их усилия оказываются напрасными. И тут Антон закричал страшным голосом, вспомнив уроки тренера Сергея Васильевича. Метод подействовал, потому что убийцы заметались и почему-то бросились не к полузадвинутой двери, а в сторону окна. Негодяи сорвали тяжёлые шторы, распахнули рамы и выпрыгнули вон. Их крики раздались далеко внизу, а в комнату ворвались шум моря и лунный свет.

Ребята бросились к окну, но увидели лишь ночной прибой, который в этом месте бил прямо в стену замка.

- Звери алчные, пиявицы ненасытные! – процитировал Радищева вслед бежавшим врагам Женька и от души пожелал: - Скатертью дорожка, скушай вас бульдожка.

- Куда они делись? – поинтересовался Антон, разглядывая берег. – Волной смыло?

- Мы их неплохо напугали, - сделал вывод Ларионов. – Будем надеяться, что до утра не сунутся.

Они закрыли окно, вновь придвинули комод к двери и не сговариваясь отправились спать в своё убежище. Венера и мавр до утра нежились в шёлковых простынях и покрывалах королевской кровати.