Тринадцатый закат

Часть 1

- Опять этот желтый омлет с овощами! - поморщившись, сказала женщина в домашнем платье и направилась к холодильнику. 
- Он не желтый, а золотистый. - не поднимая взгляд на жену, негромко ответил мужчина.
- Ты готовишь его уже второй раз подряд на этой неделе. - голос женщины доносился приглушенно из открытого холодильника.  Она достала мягкий сыр, баночку йогурта и черствый вчерашний хлеб. 
- Я освобожусь сегодня пораньше, хочешь сходим куда - нибудь? - спросил мужчина, пропустив недовольное ворчание жены мимо ушей. 
- Нет, я сегодня остаюсь помогать с костюмами, мы и так отстаем от графика. - жуя, ответила женщина. 

Чересчур громко вздохнув, он встал из - за стола. Его жена, не оборачиваясь продолжала готовить второй тост, доедая первый.
- Ладно, тогда до вечера. - мужчина взял портфель, чмокнул женщину в щеку и вышел из квартиры.

Сев в машину, он, по обыкновению, почувствовал облегчение. Потянувшись, неспешно выехал с парковки и достал компакт - диск, привычным движением поместил его в слот магнитолы. Откинувшись назад, мужчина на секунду прикрыл глаза, и из колонок полилась знакомая до боли мелодия. Волна нежности пробежала по рукам и спине, всколыхнув стаю мурашек. 

“ Bye Bye Baby,
Remember you аre my baby”

Пел бархатный женский голос, мужчина вынул из внутреннего кармана портфеля крошечный флакон редких французских духов и распылил пару капель в воздух. Вдохнув сначала осторожно, стараясь уловить сладковатые верхние нотки, затем глубоко, полной грудью, добираясь до самой терпкой сандаловой сердцевины. Женский аромат окутал салон автомобиля и мысли мужчины растворились в этой нежной дымке. Он с наслаждением отдался грезам и предвкушал вечер. Вечер, а может и часть ночи, с его женщиной - музой, прекрасной, белокурой, женственной до кончиков ее невидимых, но точно существующих, крыльев. Он с упоением вдыхал запах ее духов, снова и снова, представляя, как он отличается на разных участках ее тела. Вот он берет ее руку, цвета топленого молока, такую хрупкую и теплую. Крошечная ладошка с яркими ягодными ноготками. Подносит ее запястья к своему лицу и вновь вдыхает аромат, он чувствует не просто духи, а сладкую смесь с редким ингредиентом - запахом ее кожи. Смешиваясь, запах становится пугающе одурманивающим. Мужчина чувствует легкое головокружение и решает притормозить у обочины. Стекла автомобиля тонированы, никто не заметит слегка запотевшее окно у водительского места. Мужчина закрывает глаза и полностью погружается в пьянящее, обволакивающее чувство возбуждения. Дыхание сбивается и становится тяжелее, он на секунду замирает и вздрагивает всем телом. В уголках его глаз скапливается влага, он зажмуривается и, оторвавшись от реальности, взмывает ввысь. Застывшее лицо мужчины выдают только чуть подрагивающие ресницы и медленное дыхание из полуоткрытого рта. Пот проступил на висках и на щетине над верхней губой. Мужчина быстрым движением руки смахнул капли с лица и завел автомобиль.

Вечером, зайдя в квартиру и сняв верхнюю одежду, мужчина взглянул на часы, до прихода жены оставалось не менее трех часов. Он почувствовал сладкую усталость, словно пылкий любовник, после бессонной ночи с желанной женщиной. Он неспешно снял обувь, и как был, в строгом костюме - тройке, лег ничком на кровать. Перевернувшись на спину и подложив руки за голову, мужчина скользнул взглядом по фотографии в белоснежной рамке, на которой были изображены двое влюбленных в свадебной обстановке. Они выглядели счастливыми и было это почти десять лет назад. Он по своему любил жену, точнее некоторую ее часть. Светлые волосы, кольцами завивающиеся на концах, невысокая фигурка, со слегка полноватыми бедрами и покатыми плечами. При определенном освещении ее глаза казались голубыми, но обыкновенно - дымчато - серые. Она окончила факультет актерского мастерства и режиссуры, не обнаружив должного таланта в первом направлении, она выбрала второе, и вот уже восемь лет работала младшим помощником режиссера. В каком он был восторге, когда на пятую годовщину свадьбы она подстригла волосы до плеч и окрасила их в сияющий платиновый. В ту ночь, жена накрасила губы красной помадой, и он, потеряв голову от нахлынувшей страсти, осыпал ее пылкими признаниями в любви, долго не давая ей уснуть. Тогда же он впервые заговорил о детях. Но ни в ту ночь, ни в последующие зачать ребенка им не удалось. Впрочем, он всегда осознавал некоторую суррогатность своих чувств к ней.

Открыв ноутбук, мужчина задумчиво постучал пальцами по крышке и начал набирать текст на 1546 странице, это была новая глава. Он назван ее “ Наш тринадцатый закат”. Мужчина забарабанил пальцами по клавиатуре, слово за словом выплескивая нескончаемым потоком свои безнадежные, полные страсти мысли. Сейчас, один в квартире, в полной тишине, погруженный в реку вдохновения - он чувствовал себя лучше всего. Не его вина, что он родился 38 лет назад, в этом теле, в эту эпоху. Но здесь, на мерцающем экране, на этих страницах, он был именно тем, кем должен и кем желал быть. С каждой новой главой мужчина ощущал все большую и большую связь с ней. Он отчаянно и в потоке яркого вдохновения, описывал строка за строкой их жизни, прочно переплетенные воедино. Мужчина всем сердцем верил в силу своих слов. Все описанное он переживал настолько явно, что иногда подолгу не мог собраться с мыслями и принять ту, другую реальность, с работой, женой и настоящими собственным я. 
Спустя два часа, мужчина в изнеможении опустил руки на кровать, откинул голову на подушки и протерев уставшие глаза тыльной стороной руки, вновь потянулся к ноутбуку. Он открыл папку с тем самым святым вдохновением, стоявшим у истоков всей его истории. Здесь был архив всего, что каким то образом связано с ней. Сколько раз он в порыве слепой ярости, удалял все это, но каждый раз, снова и снова восстанавливал. Что он знал о ней? Всё. Собирая крупицу за крупицей любое упоминание, он смог воссоздать подробную биографию этой женщины, которая пленила его еще в далекой юности. Он помнил первое знакомство с ней, первую волну наваждения и первую фантазию. Сколько сил потребовалось ему, чтобы хоть немного стать ближе. Он нашел духи, которые были ее фаворитами, знал все ее кулинарные предпочтения, помнил наизусть все тексты ее песен и реплики в кинофильмах. Как царь Мидос, она превращала в золото все, к чему прикасалась. И эти драгоценности он без устали собирал, не жалея ни сил ни времени. Она стала для него идеалом давно и навсегда. Печатным словом он мог сделать свои мысли хоть немного более реальными. С яростным упорством, мужчина описывал все, до последней мельчайшей детали. Каждая глава олицетворяла определенный момент жизни. Та жизнь, созданная в его воображении, была наполнена ею. Не было ни одной фразы, ни единого слова, которое прямо или косвенно не несло бы  в себе ее образ. Это была их история, место где они были вместе всегда, он был истинным собой, а она принадлежала только ему. 
 
      Он считал, что пишет исключительно правду. Ведь это история начинается тогда, когда ее жизнь встала на паузу. Нет, она не прервалась, она лишь на долю секунды замерла, до того момента, пока он не пришел за ней, и вместе они ни начали новый виток совершенной жизни. Между ними все бурлило, пронизанное взаимной любовью и для него эта жизнь была абсолютно реальна.
В первой главе они робко узнавали друг друга, он не спешил, ведь впереди у них было чуть больше чем вечность. В четвертой главе он сделал ей предложение и не смог сдержать слез, когда увидел ее в подвенечном платье. В пятой главе она получила свою главную роль. В седьмой главе он привозил в ее больничную палату свежие букеты нежных лилий, и она очень быстро шла на поправку. В восьмой главе они уехали на уикенд к ее родителям и тайком пили вино в ее детской комнате. В триннадцатой и четырнадцатой главах у них родился первенец и жизнь обрела поистине другой смысл. В двадцать третьей главе они оставили детей - мальчика и двух девочек его родителям и уехали на жаркие берега Сицилии, где наслаждались тишиной и друг другом.

Мужчина не заметил, как задремал. Во сне он сидел с ней на заднем сиденье кабриолета, за горизонтом солнце медленно погружалось в море, окрашивая берег в оранжево - кровавый цвет. Было прохладно, поэтому он накинул пиджак на ее плечи. Мужчина посмотрел на нее и блаженно улыбнулся. За этим прекрасным сицилийским вечером прошла ночь, а утром он приготовил ее любимый золотистый омлет с овощами. Записав свою историю, он мог видеть ее во сне. Для любви нет ограничений, ни времени, ни пространства, мужчина любил ярко, вдохновенно. Эта любовь была его частью, как и эта удивительная женщина, невзирая на то, что родились они с разницей в семьдесят лет, и ее уже давным давно не было в живых. Он воскресил ее в своей истории и подарил бессмертие.



Арина Кот

Отредактировано: 09.08.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться