Триптих Третьего Рима. Послание темноты

Убийство наследницы. Часть II

Давно в московском некрополе ордена не было большого скопления народа. Причина тому были похороны Василиссы Ягузовой. В тот день Ивану Николаевичу не было дело до того, что на прощание с его младшей дочерью присутствовали в большинстве своём и те, кого и не приглашали. Вдовец Андрей хотел было их всех прогнать, однако тесть лишь едва слышно произнёс: “Просто все они хотят попрощаться с Васенькой. Разве можно их за это судить?” С этим мягкосердечным человеком мог бы не согласиться следователь Смолкин. Захар же был убеждён, что так много людей пришло не попрощаться с Василиссой, а просто посмотреть на место, где она была забита до смерти. Пока произносилась речь по памяти убитой, следователь обратил внимание на присутствие двух женщин, которых он посчитал слишком смелыми для подобного. Темноволосая “серая мышь” с тревожным взглядом, у которой практический получилось слиться с толпой, да только она не ускользнула от взора наблюдательного мужчины, который знал, кто она такая. Второй же бесстрашной была Нинель. Захар не сомневался, для чего она прибыла. Также он поразился её выдержке. Воронцова-Спасоевич, ощущая на себе множество косых взглядов, не выдала ни одной эмоции.

- Катенька, - после траурной речи, Иван едва слышно обратился к старшей внучке, - Попрощайся с мамой.

Многие поразились стойкости маленькой Екатерины, которая положила на гроб матери незабудки, по традиции считавшиеся в ордене погребальным цветком. А вот младшей Лизы, которую крепко за руку держал отец, хватило ненадолго. Большое скопление народа наводило на девочку с “особенностями психического развития” дичайший стресс. В какой-то момент она не выдержала и начала вопить на весь некрополь. Андрей пытался без слов её унять, но Елизавета только ещё сильнее кричала.

- Сестрёнка! - Катя кинулась к младшей сестре и крепко обняла её, - Всё будет хорошо! Не плачь, пожалуйста!

- Давайте уже быстрее! - не выдержал и Андрей, метнув раздражительный взгляд на гроб жены.

Тело Василиссы было помещено в ячейку, рядом с могилой её матери, которую Иван Николаевич изначально приобрёл для себя, но кто же знал... Во время запечатывания могилы, на престарелого главу семьи напал приступ кашля, который он пытался прикрыть платком. Когда мужчине стало легче, он быстро убрал этот платок, дабы никто не заметил на нём капли крови. Когда церемония закончилась, зеваки начали разбредаться, а приглашённые на поминки направились к выходу, чтобы сесть в свои машины. Прежде чем последовать примеру последних, Захар подошел к семье Ягузовых, чтобы выразить свои соболезнования.

- Благодарю, Захар Николаевич. - Иван словно проговорил это в пол, - Жаль, что вы не ведёте дело.

- Я уже считаюсь “заинтересованным лицом”. - объяснил очевидное следователь.

Глава семьи вместе с внучками направился к выходу, а вот Андрей ненадолго задержался.

- Действительно жаль, Захар Николаевич, что вы не ведёте это дело. - Периков снова придал себе интеллигентный образ, - С другой стороны, это дело слишком простое для вас, и его без вас уже раскрыли.

- Вы в этом так уверены? - от взгляда Смолкина вдовцу стало не по себе, - Хотя понять можно, почему вы от этого хотите побыстрее отделаться.

- Наглость не является вашей самой лучшей чертой. - процедил сквозь зубы Андрей.

- Андрей Семёнович, я бы поспорил, кто тут наглый: я, вы или она? - следователь метнул взгляд на “серую мышь”, которая топталась у выхода, - Вы бы хоть сказали Майе Сергеевне, что её присутствие тут, как бы по мягче сказать... Не очень уместно.

Мельком взглянув на женщину, Периков не смог скрыть смущение, а затем он с трудом выдавил: “А почему я должен ей что-то говорить?”

- Действительно, вы правы! - саркастически молвил Захар, - И почему вы должны что-то говорить своей... Очень близкой подруге?

Возмущенный Андрей решил больше не продолжать этот унизительный разговор. По пути к выходу он столкнулся с Нинель.

- Соболезную, господин Периков. - нейтрально молвила дозорная.

- На удивление я вам верю. - Андрей всё ещё старался быть вежливым, - Однако сомневаюсь, что ваш муж раскаивается.

- Он это не делал! - процедила Нинель.

- Что ж... Вы имеете права не свидетельствовать против супруга. - на том вдовец закончил разговор.

Затем Воронцова-Спасоевич не смогла избежать разговора со Смолкиным.

- Смелости вам не занимать, конечно, - Захар оглядел семейным сектор Ягузовых, - Но вы правда думаете, что тут остались какие-то улики?

- Возможно, - фыркнула Нинель, - Учитывая, что следователь даже разбираться не стал, зациклившись только на Милане.

- Ну, да... Господин Спасоевич просто идеальный козёл отпущения!

- Знаете, мне плевать: верите вы мне или нет!

- А я разве сказал, что он убийца Василиссы Ивановны? Нинель, давайте порассуждаем логически. Убитая вам успела насолить...

- Это мягко сказано!

- Тем более. Агент Спасоевич при всех угрожал ей, а также он был в некрополе в момент убийства, но при этом он отрицает свою вину. Тут напрашивается два вывода: либо агент Спасоевич полный идиот, - внезапно тон следователя стал более серьёзным, - Либо он действительно не убивал.

- Дальше что? - фыркнула Нинель.

- Нинель, с вашей стороны было бы глупо отказываться от моей помощи. - следователь протянул девушке руку.

- Помощь? С чего бы это?

- Разве это неочевидно? Вы хотите доказать невиновность вашего мужа, а я же хочу найти настоящего убийцу Василиссы Ивановны.

Немного подумав, Нинель нашла доводы Захара логичными. Не очень этого хотя, она всё же пожала руку мужчине.

Договорившись с дозорной, Смолкин покинул некрополь. Едва он дошёл до машины, как к нему подбежала Анастасия Шопова. Захар давно понял, что она влюблена в него, и это его не удивляло, однако он игнорировал или переводил в шутку её намёки. Всё-таки особых проблем девушка ему не доставляла, поэтому зачем её жестоко расстраивать?

- Захар Николаевич, вы тоже поедите на поминки? - опустив взгляд спросил девушка.