Трискелион: Порождение тени

Глава 1

«В любви, как в трискелионе, есть три стороны: вера, страсть и разлука. Баланс между ними — вот что делает её живой и опасной одновременно»

***

11 лет назад…

На первый взгляд, речь пойдет о девочке из самой обычной семьи, но её мир был наполнен удивительными контрастами. Семья Вильямс жила в одном из самых престижных районов Сиэтла — Уиндермир, где каждый дом словно рассказывал свою историю о роскоши и утонченности. Их особняк, величественно возвышавшийся на берегу озера Вашингтон, был выполнен в стиле испанского возрождения — с белоснежными стенами и изящными арками, напоминающими о солнечных просторах юга. Из окон открывался захватывающий вид на спокойные воды озера, отражающие небесную синеву, и на величественную гору Рейнир, которая гордо поднималась на горизонте, словно охраняя этот уголок счастья.

В их традиционный семейный праздник, который они отмечали с любовью и радостью из года в год, отец подарил Аманде пушистого белого мишку с сердечком в руках. Этот мишка стал символом его заботы и любви. Так он старался компенсировать время, которое не мог поводить с дочерью. Он много работал и часто задерживался допоздна.

Однако в этот день, когда радость праздника наполняла дом, к отцу подошёл личный телохранитель и сообщил о неотложном деле. Отец, понимая всю серьёзность ситуации, был вынужден покинуть семью.

Ближе к вечеру мама и Аманда отправились домой, оставляя позади атмосферу праздника и тёплые воспоминания о совместно проведённом времени.

— Принцесса, тебе всё понравилось на празднике? — спросила мама, внимательно глядя на дорогу.

— Не совсем, — ответила я, опустив голову вниз.

— И кто же посмел расстроить мою маленькую принцессу?

— Папа. Почему он должен работать даже в наш семейный день? Вот тётя и бабушка были сегодня свободны. А он отдал мне подарок и уехал с тем дядей.

— Ну, зайчонок, папа сейчас очень занят на работе. Он обещал, что завтра проведет с нами целый день. И знаешь, я расскажу тебе по секрету: на твой день рождения, которое через несколько дней, он приготовил для тебя удивительный подарок. Тебе понравился его подарок сегодня?

— Да, мишка очень красивый! Прямо как я!

Мама повернулась ко мне и улыбнулась. И это была её последняя улыбка.

Внезапно раздался резкий удар от столкновения с фурой. Фура выехала на встречную полосу. Мама пыталась уйти от столкновения, но все было тщетно. Она влетела в нашу машину с левой стороны. Машину несколько раз перевернуло на трассе. Разбитые стекла разлетелись по всему салону автомобиля. Кровь и крики мамы заполнили пространство.

Я не знаю, как мне удалось отстегнуть ремень, но я сразу же побежала искать помощь.

Дождь, холод, сырость и шум скорой – это все, что чувствовала маленькая восьмилетняя девочка, сидя на асфальте с белым окровавленным мишкой в руках.

В тот момент мир вокруг меня распался на куски. Я не понимала, что происходит, лишь ощущала холодный дождь на своей коже. Мой мишка был единственным свидетелем этой трагедии — его белый мех теперь был запятнан кровью, как будто он пережил это со мной. Я смотрела на него и думала о том, как однажды он был просто игрушкой, а теперь стал символом того ужасного момента, который навсегда изменил мою жизнь.

Наше время …

— Мисс Бейли, вставай, давай, уже обед! — кричала тётя, по всей видимости, с кухни.

— Да, уже бегу, — и я легла обратно.

Спустя 15 минут.

— Юная леди, обманывать старших — это нехорошо. А теперь поднимай своё туловище и бегом иди есть, — она рывком скинула с меня одеяло и пошла обратно на кухню.

— Что за вредная женщина! Постоянно так меня будит! — Умывшись, я поплелась к Грейс на кухню за едой.

— Панкейки положила, джем в холодильнике, чай сейчас сделаю и поеду. — Она встала у плиты и начала делать мне чай.

— Тётя, я уже не ребенок и могу сама себе чай сделать.

— Да? Я как-то не заметила. Ночуешь ты чаще у меня в квартире, чем в своей собственной, — она поставила кружку и, скрестив руки, посмотрела на меня.

— А ты против?

— Нет, конечно, живи сколько угодно. Я уехала, буду поздно, поэтому закажи что-нибудь себе из еды, — она поцеловала меня в лоб и ушла.

Вот же противная! Знает, что я не люблю, когда она меня так целует.

Сегодня годовщина смерти мамы, пора собираться на кладбище. Я сходила в душ, переоделась в темные джинсы с худи и, заказав такси, поехала на кладбище. И я снова вижу эту серую, безжизненную надгробную плиту с ее именем. Положив рядом её любимые розы, хотя рядом уже лежал букет таких же белых роз, но чуть больше моего.

— Наверное, Грейс приезжала, больше некому.

— Извини, что редко тебя навещаю, в университете нелегко. Я до сих пор не понимаю, как я уцелела: на мне было пару царапин, и то шрамов не осталось, а ты…

Просидев так около часа у могилы, я еще раз на неё взглянула и поехала домой. Я решила, что не буду ждать вечера, и набрала тёте, чтобы узнать про цветы.

— Тётя, ты к маме уже заезжала?

— Нет, ещё заеду позже, а что такое?

— Там был букет белых роз, я думала, что это ты была.

— Не бери в голову, может, кто-то из друзей был.

— Ладно, работай. Я сегодня поеду к себе.

— Хорошо, — ответила тётя, и я отключила телефон, погружаясь в свои мысли.

Друзья? У мамы их было мало, да и я уже не помню никого, кроме тёти. Мысль о букете не давала покоя. Кто мог принести цветы? Кто помнит о маме, кроме нас двоих?

Дорога домой мелькала за окном так же серо и однообразно, как и последние несколько лет. Я умирала от скуки. После таких выездов на кладбище всегда хотелось отдохнуть от жизни, но покидать город я не могла — все обязанности сами по себе не исчезнут.

Приехав домой, я погрузилась в свои мысли и решила доделать реферат по международной журналистике. Спустя час я закончила его и решила немного отдохнуть на кровати, все же день был не из легких не физически, а морально.