Тривен. Книга 1. Убийство на Медовой улице

III. Эдергейм, Медовая улица

— Не понимаю, почему это случилось именно здесь. Медовая улица — спокойное, тихое место, — Барретт Грин удрученно вздохнул. — Тут живут только пекари и кондитеры, все люди очень добропорядочные. И по ночам всегда было тихо. Я даже не могу припомнить, когда тут последний раз кого-то грабили. Конечно, то, что здесь поблизости кордегардия тоже имеет значение... Никогда бы не подумал, что такое возможно…

Грин шел первым в списке свидетелей, которых нужно было опросить. Именно он обнаружил трупы и позвал городскую стражу. И, надо сказать, он оказался вполне словоохотливым, наверно под влиянием пережитого потрясения. Когда Флойд Эверли зашел в дом, Грин раскатывал тесто, но с готовностью бросил работу. Это был высокий и крепкий мужчина, не слишком похожий на привычный образ пекаря. Он тщательно вытер руки о фартук, и Флойд подумал, что таким рукам больше бы подошел топор, нежели скалка.

— Вы всегда просыпаетесь так рано? — спросил Флойд.

— Да, всегда. Я поднимаюсь еще до рассвета и сразу же проверяю тесто. Те, кто рано завтракают, покупают свежую выпечку именно у меня. А сегодня я увидел, что у меня почти закончилась корица. Подумал, может быть Стэктоны уже проснулись, и можно одолжить немного корицы у них. Хотел послать к ним моего старшего, но потом решил, что проще будет самому сходить, чем его растолкать. Идти тут недалеко, всего через два дома. Было еще темно, но у нас на улице горят фонари. Поэтому я почти сразу их увидел. Но не сразу сообразил, что это там валяется.

— А когда сообразили, что вы сделали?

— По правде говоря, первым делом рванул к своему дому, дверь за собой захлопнул и запер на засов. Почему-то мне казалось, что убийцы все еще на улице. Ну, потом отдышался, прислушался. Вроде все тихо. И решил, что надо сбегать за стражей. Прежде чем из дома выйти разбудил жену. И, наверно, зря я это сделал. Она, как только за дверь выглянула, как только присмотрелась, начала так вопить, что теперь уже и всю улицу разбудила.

— Вы подходили к трупам?

— Нет, близко не подходил. Они как-то так лежали, сразу видно было — мертвые. И хвала богам, что не подошел. Если их убили темной магией, кто знает, чего я там мог подцепить…

Больше ничего важного пекарь не добавил, и Флойд, поблагодарив его, отправился к Стэктонам. Сержант Гривз говорил, будто жители ближайших домов ничего не слышали. Но Флойд сам когда-то был стражником и знал, что так не бывает. Эдергейм — большой город. Десятки тысяч глаз, десятки тысяч ушей. Кто-то видел, кто-то слышал.

Флойд остановился на минуту и оглядел улицу цепким взглядом. Затем вздохнул и зашагал дальше, чувствуя на себе взгляды из окон. По старой привычке он носил на поясе меч, а теперь еще и одет был во все черное, как подобает инквизитору. Даже с учетом того, что случилось, его мрачная фигура была здесь совсем не к месту. Медовая оправдывала свое название. После того как увезли тела она приняла свой обычный вид: уютная, мирная улица, вымощенная булыжником, с небольшими ухоженными домами. Приятный сладкий аромат витал в воздухе, смешиваясь с запахом свежевыпеченного хлеба и пирогов. Вот только людей на улице было совсем мало. Обычно в это время дня здесь уже толклись покупатели и разносчики, но, похоже, слух о происшествии уже облетел весь город.

Стэктоны оказались молодой и симпатичной парой. Они сидели рядышком на скамейке у прилавка и почему-то были очень похожи друг на друга, несмотря на то, что у Роджера Стэктона были темные волосы и борода, а у его жены — нежно-розовое лицо и волосы настолько светлые, что казались почти белыми. Фелиция Стэктон прилежно отвечала на все вопросы, которые задавал ей Флойд. Похоже, она искренне старалась ничего не упустить:

— Мы и правда уже встали в это время. Я начала подметать в лавке и услышала, как Энни закричала.

— Во сколько это было?

— Точно не скажу, но уже рассвело.

— Я надеюсь, вы быстро найдете того, кто это сделал, — сказал Роджер Стэктон. — Здесь всегда было так спокойно. И тут вдруг такое…

Кажется, они и впрямь напуганы, подумал Флойд. По его опыту службы в городской страже, свидетели преступления не слишком часто стремились помочь представителям закона. Обычно показания приходилось вытягивать клещами. Не в буквальном смысле, конечно, пытки свидетелей давным-давно запрещены. Но горожане гораздо меньше волновались по поводу обычных преступлений. Подумаешь, поножовщина в кабаке, ерунда какая. Здесь же случилось что-то непонятное и страшное, и люди поневоле искали защиты хоть у кого-то, кто сможет в этом разобраться.

Следующий свидетель подтвердил эти предположения. Уэйд Митчелл жил в доме напротив Стэктонов. Когда Флойд подошел к нему, он чинил ставню на первом этаже.

— Мы теперь боимся выпускать детей на улицу, — сказал Митчелл, худощавый мужчина средних лет с красноватым лицом и большими голубыми глазами.

— Не думаю, что им грозит опасность, — ответил Флойд. — По крайней мере, не днем.

— Да, но дело идет к вечеру. И у нас у всех уже поджилки трясутся.

— Для патрулирования этой улицы количество стражников удвоили.

Митчелл вздохнул:

— Никакой стражник не защитит тебя от темной магии.