Трижды вопреки

Глава 1

ГЕРМИОНА

Я стояла у стены, в стороне от основного потока. От волнения чувствую, как сильно колотится сердце, что вот-вот готова выпрыгнуть наружу. Теребя край школьной мантии, стараюсь глубоко дышать. Мне сейчас было бы необходимо успокоиться, взять себя в руки и держать уверенно, но чувствую, как боюсь сделать даже шаг в сторону.

«Ты справишься. Мы гордимся тобой».

Слова родителей раздаются в моей голове, словно эхом.

Университет Хогвартс. Этот университет известен не только магическими дисциплинами, но и своим духом соперничества — квиддичные матчи, черлидинг, факультетские противостояния. И теперь мне предстоит стать частью всего этого.

Коридор перед Большим залом тонул в тёплом, пляшущем свете факелов. За окнами было пасмурно, но светло — солнечные лучи почти не пробивались сквозь тяжёлые стёкла. Высокий каменный потолок давил сверху, а стены, казалось, дышали холодом, смешанным с запахом воска.

Я стояла у стены, прижавшись спиной к камню и смотрела, как мимо текут студенты. Их шаги гулко разносились под сводами, смешиваясь с приглушённым гулом из-за массивных дверей в конце коридора. На стенах висели большие портреты — известные волшебники прошлого, живые, как и положено. Я заметила, как несколько старшекурсников перекинулись шутками с одним из них, и портрет в ответ буркнул что-то неразборчивое, но явно недовольное.

А впереди были те самые двери. Дубовые, двустворчатые, пока ещё закрытые. За ними гудел, переливался голосами праздник, к которому я пока не принадлежала. И вот я стою здесь, в школьной форме, одна в коридоре перед Большим залом, где сейчас собрались сотни студентов.

Первокурсники топтались в нерешительности — кто-то с восхищением разглядывал высокий потолок, кто-то испуганно жался к стене, а самые смелые уже успели перезнакомиться и теперь шумно обсуждали, на какой факультет хотят попасть. Их выдавала простая чёрная форма без факультетских гербов. Я смотрела на них и чувствовала странное родство — мы оба не знали, куда попали. Но если они только начинали свой путь, то я уже успела получить распределение и всё равно чувствовала себя чужой.

Чуть дальше, оживлённо переговариваясь, стояли мои ровесники — второкурсники и третьекурсники. В отличие от первокурсников, их мантии украшали гербы и цвета факультетов. Они держались уверенно, смеялись, болтали о летних каникулах и о том, каких вечеринок ждут в новом учебном году.

— Интересно, когда первая? — донёсся до меня чей-то голос.

А в самом конце коридора, прислонившись к стене, стояли выпускники. Они выглядели старше, намного увереннее, и даже взгляд у них был другой — спокойный, почти взрослый. Они не смеялись над шутками и не спорили о вечеринках. Я услышала обрывок фразы про экзамены и про то, «кого возьмут в Министерство после выпуска». До такого спокойствия мне было ещё далеко.

Флешбэки с распределения ворвались в мою память. Это произошло за две недели до начала учебного года.

Кабинет директора Хогвартса оказался совсем не таким, как я представляла. Светло, уютно, но с ноткой таинственности. На жёрдочке в углу сидел феникс — огромный, размером с лебедя, с красновато-золотым оперением. Он молча смотрел на меня, и от его взгляда становилось не по себе. На стенах висели портреты бывших директоров — они наблюдали, некоторые делали вид, что спят, но я чувствовала десятки глаз, прикованных ко мне. На столе Дамблдора вертелись три странных серебряных прибора — я не успела разобрать для чего они, но их тихое жужжание раздражало.

Рядом стояли родители. Мама сжимала мою руку, папа положил ладонь мне на плечо. Мы приехали в университет заранее, чтобы я прошла распределение лично.

МакГонагалл — строгая женщина в зелёной мантии, взяла со стола старую потрёпанную шляпу с заплаткой. Я даже не сразу поверила, что эта замызганная вещь и есть та самая Распределяющая Шляпа. Она подошла ко мне и тихо сказала:

— Присядьте, мисс Грейнджер.

Я села на край стула. Шляпа коснулась моей головы, и я почувствовала странное тепло — будто кто-то осторожно заглянул в мои мысли.

«Храбрость... Ум... Да, я знаю, куда тебя определить», — раздался у меня в голове шёпот.

А затем, уже вслух, на весь кабинет:

— ГРИФФИНДОР!

Мама ахнула и тут же обняла меня. Папа широко улыбался, хлопая меня по спине. Я видела, как они гордятся — их глаза блестели.

Дамблдор поднялся из кресла, его глаза искрились за очками-половинками.

— Поздравляю, мисс Грейнджер. Гриффиндор гордится такими учениками, — сказал он мягко.

МакГонагалл кивнула, и в уголках её губ мелькнуло подобие улыбки:

— Ждём вас в сентябре. Форма будет готова к вашему приезду.

Я выдохнула. Гриффиндор. Значит, дом льва. Теперь это было моим новым началом.

Неожиданно звук дверей вернул меня в реальность. Двери самостоятельно плавно отворились. Свет из зала и после появляется фигура МакГонагалл. Она одета в парадную мантию в черном. Выглядит серьёзной. Она громко приветствует учеников, быстро рассказывает и просит старшеклассников занять свои места за своим столом, а первокурсников вводит в дело.

— Старшекурсники — за свои факультетские столы, не задерживайтесь, — деловито бросила МакГонагалл. А затем, повернувшись к толпе первокурсников, пояснила: — Вас ждёт распределение. Факультетов четыре: Гриффиндор, Пуффендуй, Когтевран и Слизерин. Разбейтесь по парам и следуйте за мной.

Она говорила быстро, чётко, без лишних эмоций — как человек, который проводит эту церемонию уже много лет подряд.

Я смотрела на первокурсников и с удивлением поняла, что не завидую им. Меня уже распределили, я знала, за каким столом сяду. Странное облегчение смешалось с предвкушением — всё-таки я здесь, в Хогвартсе, и самое интересное только начиналось.

Я сняла сумку с плеча и уже хотела последовать за толпой, как вдруг кто-то сзади врезался мне в плечо. Сумка выскользнула из рук и с глухим стуком упала на каменный пол. Я не ожидала такого — брови сами поползли вверх.