Трое 2. Вы – моя стая

Глава четвертая. Ты мне не нужен!

– Мы же договаривались! Ты хоть раз можешь сделать то, о чём тебя просят? Или это принцип такой – сказать «да, конечно», и поступить по-своему?! – орал Рэмио.

– Я не специально! Попробуй не пойди в класс, когда тебя в спину пихают! – отбивалась Юки.

– А прямо с занятия свалить слабо? Или врать внезапно разучилась?

Дин пытался успокоить друзей, но всё без толку – парочка продолжала ругаться. Леопард махнул рукой и отправился в ванную. Не в первый раз. Через десять минут волк уже будет обнимать возмущённо сопящую Юки, а ещё через пять – Юки как ни в чем не бывало залезет к волку под свитер и начнёт тереться носом о его шею, а он, Дин, опять будет делать вид, что увлечён чтением уже вызубренной наизусть «Теории механизмов»...

Хлопнула входная дверь. Он выключил воду и прислушался – тишина. «Юки обиделась и ушла», – догадался парень.

Когда он вернулся в комнату, Рэм сидел на кровати и пытался открутить ножку у жаровни. Но ножка была прикручена основательно, волк пыхтел, но только рассыпал пепел по всему полу.

– Зачем она тебе? – удивился Дин.

– Не мне, а ей, – Рэмио кивнул на дверь. – Одна остаётся. А так хоть будет чем дверь запереть...

Он рванул сильнее – и повалился на кровать с отломанной ножкой, а трёхногая жаровня рухнула в другую сторону, вывалив на стену и на пол облако чёрно-серого мусора.

– Ты ей ещё не сказал? – поинтересоваться Дин, когда они прекратили чихать.

Волк отрицательно помотал головой и потеснился. Друг сел рядом. 

– Может, ещё и не останется одна.

– Да ты что! – рывком повернулся к нему Рэмио. – Вентур видел списки у Книжника на столе. Всего пять человек и наши имена в первых строчках!

Мальчишки смотрели друг на друга. Первым заулыбался Дин. За ним Рэмио. А потом они принялись радостно мутузить друг друга, повалились на кровать и уже не сдерживая себя смеялись и вопили.

– А как же Юки? – спросил Дин, когда они немного успокоившись лежали и смотрели в потолок. – Уже все знают.

Волк снова стал мрачным, но лишь проворчал:

– Рано или поздно всё и так стало бы известно.

***

Новость быстро разнеслась по территории. И уже к обеду каждый второй считал своим долгом подойти к сидящим за столом мрачными волкам и сострить на тему «в семье не без гулящей прабабки». Те огрызались, но шуток меньше не становилось. И когда в дверях показался виновник происшествия, его приветствовали скорбным воем, переходящим в насмешливое повизгивание.

– Я смотрю и глазам не верю. Сам мелкий, а грива – во! А потом ка-ак зарычит! Ну совсем как Отсо, когда его пихнёшь, – возбуждённо рассказывал Толле, забравшись с ногами на стол. – Серый Крыс так и сел! С перепугу, должно быть. А потом как закричит: «Брысь! Брысь отсюда!»...

– А ну слазь! – дёрнул рассказчика за штанину Амрел. – Опять слово правды, десять сверху наврал.

– Так что, неправда что ль, что Отсо – из этих? Из выродков? – презрительно спросил кто-то из собравшихся слушателей.

– Кем бы он ни был – он наш, – ответил Амрел, но в словах его не было уверенности, а в ответ раздались лишь вой и презрительное хмыканье.

Чистота породы – святое. И будь ты хоть самим Небесным Часовщиком поцелован, но если ты выследок спутавшейся с псом кошки, или псицы, загулявшей с котом, да ещё и носишь родовое имя... Лучше тебе не рождаться.

***

Изящные пальцы постукивали по лакированному подлокотнику кресла. Ни один волос не выбился из ухоженной серебристой косы. Кружевные манжеты были такими же ослепительно белыми, как снег заваливший окна, а лицо стороннему наблюдателю могло бы показаться совершенно спокойным.

– Как давно ты это выяснил? – наконец, холодно проронил чиновник, по-прежнему не глядя на замдекана.

– Во время экзамена.

– То есть больше месяца назад.

– Я не мог отправить непроверенные сведения. А в этом мелком городишке уже успел смениться директор школы, в которой училась девчонка, многие документы оказались утеряны. Моему человеку пришлось приложить немало усилий, чтобы добыть доказательства того, что ученица по имени Юкайра Сантори и впрямь существовала.

Чиновник повернул голову и их взгляды встретились. Холеные пальцы замерли, а затем с такой силой сжали подлокотник, что дерево болезненно скрипнуло.

Эрве откинулся на спинку кресла и улыбался самыми кончиками губ. О, он всё прекрасно рассчитал. Да, сперва Фабрео разозлится, прекрасно понимая, что брат-полукровка просто водил его за нос, укрывая девчонку в Рэйвенкаст. Но потом придёт к тому же выводу, что и он сам – зачем враждовать, если можно сотрудничать? В конце концов, кто как не Фабрео нашёл и отправил её сюда? Нет лучшего места, чтобы спрятать алмаз, чем алмазная шахта. А уж выточить камушек из куска грубой породы, отшлифовать и огранить его здесь смогут. Недаром Военное Ведомство ребром поставило вопрос о прохождении Последнего Испытания только для выпускников Рэйвенкаст – Академия славилась своими мастерами, взращивающими такие самородки, что их всерьёз стали опасаться. Ведь пришла же кому-то в голову идея механической армии. Идея сама по себе насколько смелая, настолько чудовищная. И Эрве прекрасно понимал, что за этим в первую очередь стоит страх. Да, сначала страх, а уж только потом амбиции. Машина – не человек. Даже самая совершенная, самая неуязвимая – это всего лишь машина. И хороший боевой маг, каких выпускает столичная Академия, с лёгкостью противостоит отряду техномонстров. Вот только в стенах Рэйвенкаст не ковали хороших магов – здесь выплавляли превосходных.

Не благородных офицеров, для которых приказ, честь, долг – святая заповедь. А диких зверей, которые не ходят строем, огрызаются в ответ на попытку их погладить, мыслят совершенно свободно и могут совершить невозможное даже там, где спасует любой, вскормленный столицей питомец. Эрве знал это как никто другой, потому как сам прошёл эту школу.