Трое из Академии Рэйвенкаст

Глава девятая. Кругом одни козлы

«М-да... Есть вещи, которые остаются неизменными при любом раскладе», – мрачно думала девушка, рассматривая тёмную, закопчённую до самого потолка кухню.

Притащивший её сюда Мясник уже раздавал указания новой партии дежурных, среди которых была и Юки. 

Поначалу он, конечно, здорово напугал её, когда неожиданно напал сзади, держа в другой руке здоровенный мясницкий нож, но испуг быстро прошёл.

Здоровущий дядька, ростом никак не менее семи футов, Мастер Мясник проворно передвигался по узким кухонным проходам, добродушным басом ворча на явившихся на дежурство мальчишек:

– Кто ж ещё поможет старому Мяснику, как не вы, молодость? Когда-то и я был юным и беззаботным мальчуганом, и даже, ха-ха, обе ноги были свои. – Он притопнул деревянным протезом, который составлял добрую половину его правой ноги. – Но кому-то ж надо отсиживаться в тёплых кабинетах, забери Палач их головы, пока такие вот пацаны как вы, добывают для них славу и почести в боях. Верно я говорю, цыплёночек? – обратился он к Юки.

Та не ответила, делая вид, что вся поглощена тем, чтобы отмыть от жира кастрюлю, из которой они с Толле ещё недавно с таким аппетитом выедали остатки рагу. Ей совершенно не нравилось это дурацкое прозвище, но в ответ на её заявление Мастер только расхохотался, при этом его широкое лицо с мощной челюстью сделалось ещё шире, придавая Мяснику сходство с балаганным Щелкунчиком.

– Какой милый цыплёночек! – сказал он, прищуривая свой единственный глаз. – Возьми вон там в стенном шкафу весы да отмерь двадцать фунтов ячменя в кастрюлю для первого курса. А ты, здоровяк, – позвал он Чироса, – давай сюда. Будешь помогать мне рубить мясо.

Давешний противник Юки подошёл к столу, где, вооружившись здоровенным тесаком, Мясник разделывал говяжью тушу. Работа закипела. Казалось бы, былые обиды забыты, но едва повар отправил Чироса за мисками, чтобы рассортировать мясо, Юки отчётливо услышала тоненькое «цып-цып-цып» за своей спиной. Не раздумывая, она схватила кувшин с топлёным маслом и, пока никто не видит, щедро плеснула на пол, а когда Чирос пошёл обратно, таща в руках высокую стопку посуды, не преминула «нечаянно» пихнуть его, делая вид, что наливает воду в кастрюлю.

Звон прокатился по кухне, весёлой музыкой отзываясь в ушах, когда жестяные миски, обгоняя друг друга, покатились во всех стороны.

– Экий ты растяпа! – воскликнула Юки, нарочито аккуратно переступая лежащего на полу парня и отправляясь за тряпкой. – Не видишь что ли, масло разлито?

И добавила тихонько, чтобы расслышал только он:

– Все люди как люди под ноги смотрят, и только бараны прутся напролом.

Чирос изменился в лице.

– Ну, сопля... держись.

И как только Юки побежала к чёрному ходу принимать прибывшие из города деревянные подносы с ароматным хлебом, ей на шею немедля прилетели роскошные бусы из скользких вонючих кишок.

– Выкинешь заодно, всё ж мимо помойного бака проходить будешь, – криво усмехнулся Чирос.

А когда пришла пора солить кипящую воду и засыпать крупу, чья-то вредная ручка щедро сыпанула парню за шиворот горсть крупных едко щиплющихся хрусталиков серой соли.

– Ах ты... – и Чирос кинулся на наглого пацанёнка – Юки только и успела нырнуть под стол.

– А-атставить др-раку! – пронёсся по кухне мощный голос Мясника, и, вторя ему, загомонили-забренчали медные сковороды, подвешенные высоко над очагом.

– Сва'рите кашу для первого курса, тогда и деритесь, – позволил хозяин кухни.

– Как... сварим? – растерялась Юки.

– Уж как умеете, цыплёночек, – насмешливо проговорил Мастер и, поручил остальным дежурным крошить в кастрюлю второго курса очищенную брюкву.

Как варить кашу, когда, едва ты пытаешься засыпать ячмень в кастрюлю, тебя под локоть пихают, а рассыпавшееся зерно предлагают «склевать»? А уж мясо, прежде чем попасть в кастрюлю, основательно вывалялось по всей кухне, сыграв роль метательных снарядов, которыми они с Чиросом щедро обменивались, стоило Мастеру Мяснику отвернуться.

– Воды маловато, – заглянула в кастрюлю Юки.

– Хвата-ает, – оттеснил её от плиты Чирос.

– Говорю тебе, мало! – начала злиться девушка, но его было не переубедить, и только зря расплескав воду на плиту, на пол, на себя, она отступила.

Мясник не вмешивался в их дела – он занимался готовкой для преподавательского состава, что-то напевая себе под нос. А когда по кухне пополз горелый запашок, сменяя сочный аромат тушёного мяса, только и обронил невзначай:

– Первый курс сегодня будет ужинать угольками?..

К кастрюле они кинулись одновременно: Юки сдёрнула крышку, Чирос щедро линул внутрь воды из медного ковша.

– Допрыгался? – прошипела она вместе с кашей, жадно впитывающей холодную воду.

– А ты не мог на своём настоять? Сопля – она сопля и есть, – припечатал Чирос.

Кулаки сжались, в глазах потемнело... Но смачный плевок холодной воды прямо в лицо выдернул девушку из опасного состояния.

– Лишний раз умыться никогда не повредит, – сообщил ей Чирос, вешая пустой ковш на крюк.

Ответить ему Юки не успела, потому что над головой прогремело довольное «Вот уж спасибо, молодость, за подмогу! Бегом на тренировку, да, смотрите, не гневите Сорвела, не то мне и помогать больше будет некому!» – и Мясник расхохотался, довольный своей шуткой.

***

Весь курс уже в три ряда выстроился на площадке во внутреннем дворе Академии. Едва Юки заняла своё место в строю (конечно, самая крайняя), раздалась команда – и мальчишки бегом ринулись в лес, видневшийся сквозь широкую арку в учебном крыле.

– Кто последний – тот девчонка! – «подбодрил» их инструктор Сорвел, сам не подозревая, что окажется прав – Юки к финишу приползла последней, когда все остальные уже распределились по группам и занимались силовыми тренировками.

Она перешла на шаг и уже хотела присесть на длинное бревно, но инструктор удержал её за рукав.