Трое из Академии Рэйвенкаст

Глава тридцать седьмая. Самое дорогое

Вещь, ради которой она бы убила не задумываясь? У Юки вырвался нервный смешок. Да они совсем с ума посходили! Разве можно убить ради вещи? Лишить жизни живое существо ради какой-то мелочи.

Она брела по серому сумеречному лесу, стараясь не думать о боли в тех местах, где клыки и когти гончей разодрали кожу. А в ушах вновь и вновь раздавался хлопок, и девушка непроизвольно поднимала руку к лицу, чтобы вытереть невидимую кровь. Снегопад понемногу прекратился, но тучи не расходились, словно ожидая продолжения спектакля. Мир вокруг был блёклый, будто выгоревшая плёнка, но Юки до сих пор всюду мерещились кровавые пятна. Впрочем, не всегда мерещились – пару раз они и в самом деле встретились ей снова. Красное на белом. Нет, после этого дня она никогда больше не сможет спокойно смотреть на снег.

Остановилась, сгребла с макушки куста горсть рассыпчатой белой пудры и закинула в рот. Хоть от жажды умереть не грозит. Сколько она уже кружит по лесу? Зимой солнце не успевает даже подняться над лесом и тут же спешит вновь спрятаться в уютную тёплую нору. Вот и сейчас – казалось, день даже не наступал. Тусклое утро незаметно перешло в хмурый вечер. Они как специально выбрали для экзамена самый короткий день в году.

Холодно не было, напротив, она даже стянула свитер, обвязав его вокруг талии. Пару раз повстречались мальчишки, возвращающиеся назад. На измученного волчонка они лишь кидали быстрые взгляды и тут же спешили дальше. Как им удавалось что-то отыскать в лесу? Нить поиска, которую Юки пыталась раскрутить, лишь грустно покачивалась у ног, не решаясь двинуться дальше. Словно того, что её хозяйка пыталась найти, даже близко не было в сумрачном зимнем лесу. М-да, этот приём ей даже на занятиях давался не очень хорошо. Юки уже давно сдалась бы, если б не слова Эрве, засевшие в голове.

Я легко найду ему замену, а вы?

А я нет! – хотелось ей крикнуть. – Я не хочу искать ему замену! Он нужен мне! Нужен! Нужен! Нужен...

***

– Сэр, вам с курьером письмо из Ильменбрука.

Эрве поставил стакан с горячим чаем на заснеженную лавку и взял письмо из перчатки Книжника. Курьерская почта накануне праздника? Видимо, и вправду что-то срочное. Глянул на обратный адрес. О, кажется, дела в этот городе умеют делать быстро?

Но вскрыв конверт, он сперва недоумевающе нахмурился, а потом едва сдержался, чтобы не расхохотаться.

– Курьер ещё здесь?

– Это почтовая служба, и он уже...

– Перо, живо.

Эрве перевернул листок, приложил к спине ближайшего ученика и, выхватив из руки Книжника механическое перо, быстро накорябал на обратной стороне несколько строчек.

– Догоните его! Пусть доставит это в Городское Управление немедленно.

И когда Мастер двинулся в обратный путь по расчищенной Привратником дорожке, барс поднял стакан, усмехнулся и тихо добавил:

– А то блеф и в самом деле станет явью.

***

От мороза боль значительно притупилась. Ноги вязли в сугробах, но девушка упрямо шла и шла вперёд. Или назад? А может, она просто ходит кругами по лесу? Юки в отчаянии упала в снег. Ей никогда не отыскать это «самое важное». Рэм никогда не вернётся. А Дин... Дин без него не пройдёт экзамен по боевой подготовке. Никто из них троих не выживет. Она всхлипнула. И всё из-за неё! Если б она тогда послушалась Рэма и сбежала из Академии, пока ещё была возможность...

Слуха коснулся противный звук, будто какой-то псих взял в руки нож, встал у окна и вообразил себя музыкантом. Юки скривилась и закрыла уши руками. Вот, стоило подумать о смерти, как ей уже мерещится, как их одного за другим скармливают жутким металлическим монстрам. Иначе зачем бы замку вход в подземелье, полное технокрыс? Однако звук, хоть и не исчез совсем, всё-таки стал тише.

Она убрала руки, подняла голову и прислушалась. К тоскливому вою добавились скрип и лязг. В затылок дохнуло холодом, и ужас, неслышно подобравшийся на тонких костлявых лапах, лизнул в щёку, приглашая побегать наперегонки. Девушка растерянно поднялась на ноги. В прошлый раз они удирали на стерле, и то оторвались, лишь петляя в лабиринте. На своих двоих она, к тому же уставшая, не уйдёт далеко. Но холодный вой раздался ближе, и ноги уже мчали её всё дальше и дальше. А следом, то покусывая за пятки, то толкая в спину, летел панический страх.

Вой перешёл в визг. Юки споткнулась о занесённую снегом корягу – и полетела в сугроб. Холод отталкивал, не давая спрятаться, а то она бы это сделала уже сотни раз. Протёрла глаза и обернулась. Между деревьями мелькала бурая спина. Ещё далеко, но скоро она будет здесь. Девушка выбралась из сугроба, дошла до ближайшей сосны и цепляясь за ненадёжные ломкие сучья торопливо полезла наверх. Пару раз нога сорвалась, и она чуть не сползла по слоёной рыжей коре обратно на землю. Но страх лез следом, подталкивая и не давая возможности подумать, что она будет делать потом. Позже. Она подумает обо всём позже, а пока...

До земли было уже около пяти ярдов, когда по ушам вновь резанул тоскливый режущий полускрип-полувой. Юки глянула вниз и стиснула зубы – нашла-таки гадина!

Чудовище покрутилось внизу и, поднявшись на задние лапы, задрало жуткую, изъеденную коррозией пасть. Одного глаза у технокрысы не было, некогда гладкие полированные бока теперь покрывал ржавый лишай. Но пасть, полная полустёртых стальных зубов выглядела устрашающе. И Юки, сильнее ухватившись за ветки, прижалась к стволу. «Крысы не умеют лазить по деревьям, – сказала она себе. – Не умеют, не умеют...» И тут же сама себе возразила: «Зато им не нужно спать, и мороза они не боятся». А вот через сколько времени она замёрзнет и свалится вниз?

***

– Похоже, я сегодня сорву банк, – радостно потёр руки Сорвел, оглядывая дюжину уже вернувшихся первокурсников. – Хайн, Мичиган, Юз... – Он отыскал глазами ещё нескольких, на которых ставил, и довольно кивнул. – Эти парни мне всегда нравились!