Трое в кофейне

Глава 1. Последний день

Май в этом году начался нервно. Погоду колбасило: то почти лето, то унылая серость. Сегодня, например, небо затянуло сплошной серой пеленой, а мне, как метеозависимой, срочно был нужен кофе.

Так я и оказалась в кофейне. Конечно, можно было выпить кофе и дома — оставалось пройти минут десять. Но не хотелось возвращаться в пустую квартиру и пить растворимую бурду из банки.

За стойкой с кофемашиной возился Рома. Мы были знакомы уже года два — с тех пор, как я переехала в этот район. Он был типичным красавчиком — темноволосым, зеленоглазым, с легкой небритостью, которая смотрелась чертовски привлекательно.

Я много раз замечала, как посетительницы флиртовали с Ромой, а он умело поддерживал игру, но всегда на своих условиях. Наглый, самоуверенный, он одним взглядом давал понять, что знает, чего они хотят. Но получат ли они это — решал именно он.

Меня все это, скорее, забавляло. Рома был частью этого места, как кофемашина или стойка, — привычный фон, с которым приятно перекинуться парой фраз, но не более.

— Ульяна, ты какая-то кислая, — бросил он, не оборачиваясь.

— Погода, — откликнулась я, доставая ноут. — Мне крайне необходимо залить в себя кофе.

Вообще-то я должна была работать — разбирать очередной любовный роман. Бета-ридерство было моей подработкой, и хотя в глубине души я посмеивалась над клише вроде «он скользнул внутрь, и она закусила губу», иногда попадались достойные экземпляры.

Основной доход мне приносила совсем другая сфера, но после рабочего дня, хорошо было в каком-то смысле отключить голову и поругать за штампы. Или изредка — похвалить за удачную фразу.

— Окей, — коротко отреагировал Рома. — Тогда покрепче, как ты любишь.

Он совершил какие-то манипуляции с кофемашиной, и по помещению поплыл густой, терпкий аромат свежего зерна. Я с наслаждением втянула носом этот запах, предвкушая, как сделаю глоток, и слабость наконец покинет меня.

— Последний день, между прочим, — добавил бариста, вытирая руки о полотенце. — Решила проститься?

— В смысле? — не поняла я.

— Кофейня закрывается.

Я оторвалась от экрана, думая, что это такая запоздалая на месяц с лишним первоапрельская шутка. Но Рома не улыбался. Да и в его тоне не было насмешки.

— Не смешно, — сказала я, надеясь, что он рассмеется и признается, что пошутил.

— А никто и не смеется, — Рома кивнул куда-то в сторону выхода. — Ты что, не заметила объявление?

Естественно, нет. Сегодня я смотрела исключительно под ноги — мелкий моросящий дождик заставлял щуриться, и единственным желанием было поскорее очутиться в тепле.

— Неа. Ничего себе, — протянула я. На душе что-то неприятно екнуло — все-таки я привыкла ходить сюда хотя бы раз в неделю, иногда чаще. Это место стало частью моей жизни, и вот теперь оно должно было исчезнуть. — А почему?

Рома пожал плечами.

— Все кругом закрывается, кризис, — он поставил передо мной долгожданную чашку. — Так что ты на прощальном вечере, можно и так сказать.

Я хотела съязвить, что желающих проститься что-то немного — в кофейне была я одна. Но как раз в этот миг колокольчик у двери звякнул, и в кофейню вошел мужчина.

Он был высоким, выше Ромы. На нем были тренч и небрежно намотанный шарф. Он прошел к столику у окна, сел на стул, снял шарф и тренч, а затем уставился в одну точку где-то за стеклом.

Я его раньше здесь не видела — запомнила бы. Не то чтобы незнакомец был красивым, нет. Просто он выглядел как-то сдержанно и отрешенно, не от мира сего. Лицо было бледным, с резкими чертами, а русые волосы прилипли ко лбу от влаги.

В его позе чувствовалась отстраненность, но при этом он явно ощущал себя здесь своим. Значит, заходил часто, а я его не заставала.

Поймав себя на том, что уже как-то неприлично долго разглядываю нового гостя, я перевела взгляд на Рому. Он же дружелюбно посмотрел на посетителя:

— Глеб, кофе?

— Черный, — ответил тот низким безэмоциональным голосом. — Без сахара.

— Кто это? — спросила я вполголоса, пока Рома не ушел.

— Глеб, — повторил он, как будто это все объясняло. — Тоже постоянник. Вы разве не встречались?

— Нет, — помотала я головой, кинув быстрый взгляд на этого Глеба, чтобы убедиться, что он нас не слышит. — Многословный, как я погляжу.

— Да, молчаливый, — поправил Рома с усмешкой. — Но это не мешает ему быть лучшим гостем. Пьет кофе, не жалуется, а главное — не трещит без умолку, как некоторые.

Я не поняла, на меня ли он намекает, но решила не уточнять. Глотнула кофе, обжигаясь, и снова покосилась на Глеба.

Он по-прежнему не смотрел в мою сторону, и это почему-то начинало раздражать. Не то чтобы мне было дело до незнакомых мужчин в кофейнях — но его полное безразличие казалось демонстративным. Или нет? Может, он просто всегда был таким. Впрочем, какая мне была разница.

— Ладно, — громко сказала я Роме. — Тогда я задержусь — может, еще возьму что-то из еды.

На губах Ромы заиграла его фирменная улыбка — та самая, от которой даже у меня всегда внутри все переворачивалось, хотя я ни за что бы в этом не призналась.

— На это и расчет, — все еще улыбаясь, он глянул на мой ноут. — Ну что там? Он уже сорвал с нее трусики или только подбирается?

— Пока еще нет, — не удержалась я от улыбки. — Он сейчас вообще важный разговор ведет... о чувствах.

Рома хитро хмыкнул и удалился за стойку, оставив меня в покое.

Я сделала еще два больших глотка, отодвинула чашку и открыла книгу на том, чем закончила в прошлый раз — на моменте, где герой шептал героине на ухо грязные развратные вещи.

Перечитала абзац и вспыхнула — от самих слов, от того, как нагло и бесстыдно они звучали даже в моем сознании. И тут же почувствовала себя неловко: сижу в кофейне и краснею над книжкой, словно пойманная за чем-то постыдным. Хорошо, что Рома уже был занят, а Глеб пялился в окно.

Или нет?

Я подняла глаза — он внимательно разглядывал меня. Я машинально убрала выбившуюся прядь, ощущая себя максимально неуверенно — в старом свитере, без макияжа, в очках, которые делали меня похожей на отличницу.