Трое в красном. Алисия

Глава 11

Алиса Вологодина

Из библиотеки я выходила, когда уже стемнело. Я порядком устала, голова буквально бурлила от количества полученной информации, и мне было просто необходимо не только как следует поужинать, но и поспать. Кажется, я сильно переоценила способности этого тела усваивать информацию, не говоря уже о беременности.

Только выйдя из библиотеки, я поняла, что совершила глупость. Мне надо было каким-то образом вызвать слугу или еще кого-то. Как я сейчас сама найду дорогу к своим покоям? Нет сомнений, что Алисия де Плеяс неплохо разбиралась во всех этих дворцовых лабиринтах и хитросплетениях коридоров. Но я очень смутно помнила даже в каком направлении мне стоит идти. Это не говоря уже о том, что я всегда страдала топографическим кретинизмом.

Полутемные коридоры дворца в неровном свете свечей казались устрашающими. Особенно потому, что они были пусты.

— Вот же магию придумали, а до нормального человеческого освещения так и не эволюционировали, — пробормотала я себе под нос, но все же сделала неловкий шаг и побрела в том направлении, которое считала верным.

Сейчас найду слугу и прикажу проводить меня до моих покоев. Главное, найти хоть кого-то. Вот только коридоры были подозрительно пусты, слышалось только тихое эхо моих шагов. Все это начинало напоминать какой-то фильм ужасов. Вот только становиться участницей такого мне совсем не хотелось. Куда же запропастились все?

Может, постучаться в какую-то дверь и узнать дорогу? Будет, конечно, стыдно и точно пойдет море слухов, но если на другой чаше весов мое спокойствие и безопасность, то имеет ли это хоть какое-то значение?

Я прислонилась к двери и опустила руку на ручку.

— Я хочу, чтобы она сдохла, корчась в муках, а ее ребенка растерзали звери! — послышалось из-за двери, а я резко передумала заходить в эту комнату. Боже, о ком это они говорят?

— Ваше Величество, так нельзя, — раздался гораздо более тихий голос из-за двери, а я замерла соляной статуей. Не нужно было быть гением для того, чтобы догадаться о том, что говорили обо мне.

От накативших на меня чувств на мгновение закружилась голова, а я ухватилась за дверную ручку, словно она была моим последним спасением. Так, успокойся, Алиса! Подумаешь, ревнивая и, судя по всему, бесплодная жена хочет тебя прикончить.

От одной комичности этой ситуации я начала смеяться беззвучным смехом.

Ведь я была на месте этой королевы в своем мире. Хотела бы я убить беременную любовницу мужа? Хороший вопрос. Наверное, поначалу точно. Вот только есть большая разница между “скандалить”, “истерить” или “принимать какие-то конкретные шаги” в направлении того, чтобы осуществить эти угрозы. Я бы проплакала, возможно, бы даже прокляла словами. Я имела бы на это право, в конце концов, у нас такие отношения сложно назвать узаконенными и нормальными. Любовниц и содержанок скорее порицают. Но я бы точно не стала пытаться убить девушку.

Именно это отрезвило и заставило вновь прильнуть к двери. Я должна точно знать, обычная ли это женская истерика или же что-то намного серьезнее.

— Ты просто обязана мне помочь, — доносилось шипение из-за двери, а мне очень хотелось отстраниться, вот только я прекрасно понимала, что несмотря на то, что это опасно делать этого нельзя. Я не знаю этого мира и его особенностей, а потому могу даже не предполагать, откуда может прийти опасность. Тут же вспомнились любовные романы моего времени с отравленными пижамами и прочим счастьем. А ведь тут еще есть магия! Нет, я должна знать хотя бы примерно, чтобы у меня не развилась настоящая паранойя. Это ведь так вредно для ребенка.

— Но Ваше Величество! Меня же казнят!

— Тебя никто не казнит, если тебя не поймают, так что в твоих интересах будет все сделать тихо и незаметно, тем более, что эта тварь пыталась меня отравить! Так что, считай, я просто верну ей услугу!

Я пыталась отравить?

Так, ладно, она не меня имеет в виду, а бывшую хозяйку этого тела. Могла ли она попытаться отравить королеву? Сказать наверняка сложно. С другой стороны, если Алисия ле Плеяс уже знала о том, что ей каким-то чудом умудрилось забеременеть, то в случае смерти королевы она могла надеяться на то, что король на ней женится. Несколько невероятная схема с точки зрения местных традиций, но король мог это сделать при условии, что у него не было наследников. Он был просто не вправе разбрасываться бастардами.

Красота! Вот это я попала! Из огня да в полымя. Но разве сейчас имеет хоть какое-то значение, что именно делала та, что была до меня? Ее нет, зато есть я, и умирать мне ой как не хочется. Да права я не имею, это больше не только моя жизнь, но и моего малыша, от которого, кстати, зависит и будущее всего королевства.

Понятно, что врываться сейчас в комнату и устраивать обвинительные речи не только бесполезно, но и опасно. Гораздо разумнее постараться как можно быстрее унести ноги. Предупрежден, значит, вооружен, а что ты уже будешь дальше делать с этим предупреждением — это личное дело каждого. Я, конечно, не хочу уподобляться, но и сидеть и строить из себя белую пушистую овечку в ожидании, пока меня на тот свет сошлют, не собираюсь.

Еле слышно выдохнув, я сделала осторожный шаг назад от двери и вновь окинула взглядом пустынный коридор. Так в какую сторону мне идти? Возвращаться туда, откуда пришла, или же двигаться дальше? У меня ведь даже примерного плана этого дворца нет! Сейчас же было очень важно кого-то встретить и потребовать проводить до моих покоев, но так, чтобы эта встреча произошла как можно дальше от этого места. Можно было, конечно, применить земную логику и предположить, что если это покои королевы, то покои короля должны быть не так уж далеко, но я была совсем не уверена, что оно так тут работает. Впрочем, рискнуть точно стоило. Решив именно так, я как могла тихо отправилась дальше.

Поворот.

— Что ты здесь делаешь? — понеслось мне в спину, заставив вздрогнуть всем телом. Но я совершила над собой усилие и развернулась. Врага надо встречать лицом к лицу. На меня с перекошенным лицом неслась еще совсем не старая женщина лишь слегка за тридцать, если бы не выражение лица и платье зеленого цвета, которое ей откровенно не шло, ее можно было бы назвать красивой.