Ночь в офисе всегда обладала особой тишиной, от которой звенело в ушах. Это были компьютеры: они гудели ровно и сонно. Лампы в потолке мигали им в такт — с какой-то ленивой раздраженностью, словно и сами устали освещать этот бездушный стеклянный улей.
Я сидела за столом, щурилась в экран, стараясь дочитать таблицу, в которой строки уже начали сливаться в серую кашу цифр и дат.
В оконном стекле отражалась моя сгорбленная фигура. Мне даже на долю секунды стало жалко себя. Другие девушки в двадцать два шли после работы в спортзал, встречались с друзьями или смотрели дома киношку — я же была вынуждена батрачить.
Отчет требовалось сдать утром. Генеральный директор компании Алексей Воронцов вечно требовал все раньше срока, испытывая меня на выносливость.
Иногда я думала, что Воронцов специально проверяет, сколько я выдержу. От этого хотелось доказать — я не из тех, кто ломается. Возможно, именно поэтому я и осталась допоздна: не ради отчета, а чтобы он не подумал, что я сдалась.
Исполнительный директор и правая рука Алексея Марк Корин, напротив, относился ко многому проще, но эта его легкость почему-то злила еще сильнее. С ним нельзя было спорить, он просто улыбался, и весь твой гнев таял как сахар.
— Дарина, ты еще тут? — как раз таки слегка насмешливый голос Марка раздался где-то за спиной, заставив меня вздрогнуть. — Я вот уже домой собираюсь, тоже припозднился что-то.
Я обернулась. Марк стоял у кофемашины без пиджака, рукава его рубашки были закатаны до локтей. Обычно он и Алексей покидали офис позднее всех, но сегодня гендир ушел раньше из-за деловой встречи.
— Почти закончила, — ответила я, вернувшись к монитору.
— «Почти» — это твое любимое слово, — усмехнулся он и подошел ближе. — Ты понимаешь, что Лекс нас всех отымеет по самые яйца, если ты не сдашь ему отчет до семи утра?
— Я понимаю, — вспыхнула я от его фривольного сравнения. — Просто... не могу сосредоточиться.
Не знаю, зачем я это сказала. Мы с Марком не были друзьями. Он, конечно, пытался клеиться ко мне, как и ко всем девушкам. Еще бы — что-то новенькое: я недавно перевелась в головной офис. Но я не поддавалась: Марк, хоть и был симпатичным, но явно бабником — а меня такие не интересовали. Да и он не был особо серьезен — так, пошутил скабрезно пару раз, и отстал.
Марк сел прямо на край моего стола, его нога почти коснулось моей. Он вроде бы глядел в экран, но уголком глаза — на меня, и это ощущалось физически. Мне стало не по себе от его близости, но сказать ничего я не могла — все же одним из руководителей был он, а не я. Оставалось изо всех сил не выдать, что это действует на меня сильнее, чем хотелось бы.
— Не можешь сосредоточиться... Почему?
— Ну... Устала уже. Да и воздух какой-то необычный. Не чувствуешь?
Звучало странно, и Марк наверняка мог бы счесть меня сумасшедшей. Но я и правда ощущала сладковатый запах — особенно он усилился к вечеру, когда остальные ушли по домам.
— Да, просто устала. Иди домой, Дарина. Поди уже все доделала.
Я промолчала.
Марк наконец слез с моего стола.
— Лекс завтра придет пораньше. Лучше не показывайся ему в таком виде, — он скользнул взглядом по моему измученному лицу. — Он решит, что ты ночевала на работе.
— С чего бы я ночевала тут? — спросила я, хотя осознавала, что он просто дразнит.
— Кто тебя знает, — ухмыльнулся Марк. — Ну ладно, бывай.
Он ушел, и какое-то время пространство вокруг казалось пропитанным его присутствием. Но уже спустя минут десять я вдруг испытала одиночество и то, насколько велик этот офис — сотни квадратных метров стекла и металла.
Экран бледно светился, текст плыл. Я сняла очки, потерла переносицу. Прошлась между столами. Воздух был густой, наполненный пылью, хотя уборщица проходила тут всего час назад. Как можно было не чувствовать этот аромат, когда он такой настойчивый?
Запах был тягучий, с металлической ноткой, как будто карамель растопили в старой ржавой кастрюле. Я принюхалась и поняла: чем ближе к лестнице, ведущей вниз, тем гуще становился этот аромат. Он был приторный, и все же его хотелось вдохнуть еще и еще. От него во рту оставался привкус металла и меда.
Определенно пахло из подвала. Я там никогда не была. Он считался техническим помещением — там был архив, хранилище старых серверов и каких-то образцов, оставшихся от предыдущего арендатора здания. Но дверь туда была заперта. Ключ был у Воронцова.
Я вспомнила его брелок — массивный, с серебристым кругом и выгравированным знаком, напоминающим перекрещенные кольца.
Иногда Алексей крутил этот брелок в пальцах во время совещаний, и металл поблескивал. Один раз, когда я смотрела на него слишком долго, шеф поймал мой взгляд и приподнял бровь. Сейчас мне вспомнился именно этот момент — и от воспоминания по спине пробежал холодок.
Я стояла перед лестницей, глядя в темноту. Запах становился все сильнее.
Я решила пойти проверить, что произошло, нет ли утечки. Но даже в мыслях оправдание звучало неубедительно. Я знала, что это не просто любопытство. Скорее, тяга. Как если бы кто-то тихо позвал меня по имени.
Кабинет Алексея был не заперт — он редко закрывал его на ночь. Я толкнула дверь и вошла.
Пахло его парфюмом — приятным, но чересчур личным, будто я вторглась туда, куда не имела права. Этот запах вызывал у меня волнение — словно я стою неоправданно близко, дышу тем же воздухом, что и он.
Я вдохнула глубже, стараясь успокоиться, но только острее ощутила, как в груди поднимается тревожное и запретное чувство.
***
Приветствую всех в моей жаркой новинке из серии «Трое». Всегда благодарна за комментарии и звездочки ⭐ Добавляйте историю в библиотеку, чтобы не упустить продолжение — будет горячо!
Отредактировано: 03.11.2025